Чтение онлайн

Исходя из той скудной информации, которой я на данный момент обладал, противостоять чужой магии, мешая её созданию, будет невероятно сложно, но в принципе возможно. Жаль только, что у меня нет возможности в ближайшее время хоть как-то потренироваться в этом вопросе.

И я понял ещё кое-что: магия воздуха или ветра довольно редкий фрукт. Чаще встречается именно у дальних отпрысков бастардов аристократов, но чаще всего они имеют невысокий потенциал развития, а с таким, как у меня, скорее всего считанные единицы. Это я уже нашёл только что в одной из книг от деда Филиппа. Умный всё-таки дед, знал, что надо в первую очередь стащить у князя и что дать мне с собой. Эх, зря он тогда это затеял с цветами, но если бы он тогда не перестарался, я мог бы с ним и не встретиться в Хорошевке.

– Михаил Фёдорович, вы готовы? – спросила София, просунув нос в приоткрытую дверь кабинета.

Девушка, похоже, немного привыкла к моей демократичности и даже не стала стучать, сразу заглянув. Ну ладно, ей можно, всё же мой первый относительно близкий человек в замке.

– Готов к чему? – уточнил я, с трудом выныривая из текста. – К поединку?

– К какому ещё поединку? – не своим голосом спросила София, шагнув в кабинет. – О чём вы говорите, Михаил Фёдорович? Я хотела вас на завтрак позвать…

– А-а-а! – воскликнул я и невольно расхохотался, возвращаясь в реальность. – Практически готов, осталось надеть вот это, – я кивнул на висящие на стойке камзол и жабо.

– Так давайте я вам помогу, а то уже пора идти, – девушка торопливо подошла к стойке, снимая с плеча камзола жабо. – А про какой это вы поединок говорили?

Голос девушки всё ещё был напряжённым, а взгляд обеспокоенным. Неподдельно за меня переживает.

– Да это я случайно сказал, – отмахнулся я. – Слишком глубоко погрузился в изучение материала.

– Уф-ф, слава Богу! – с облегчением воскликнула София, фиксируя жабо у меня на шее и расправляя складки. – Страшное дело эти поединки, особенно у вас, у господ. У мужиков-то что, вмазали друг другу несколько раз как следует, кровь утёрли и разошлись, а вы, господа, бьётесь так, что ближе версты от вас лучше не находиться.

– М-да, – покачал я головой, критически разглядывая себя в зеркале. – Страшные вещи ты рассказываешь. А тебе хоть раз приходилось такое видеть?

– Слава Богу нет, – вздохнула девушка. – Это мне матушка рассказывала про покойного Алексея Петровича, вот тот любил «пошалить». Не раз у него были столкновения с соседями и другими аристократами. Но они-то чаще всего выходили живыми, а вокруг порой кладбище. Говорят, когда-то давно натворили здесь делов, с тех пор царь и запретил дуэли у высшей знати.

– Да уж, страшное дело, – сказал я, поправляя камзол и одёргивая полы. – Идём.

На завтрак я пришёл один из первых. За столом пока сидели только Софья и Александр, о чём-то тихо разговаривая. То ли они всегда самые голодные, то ли самые дисциплинированные, скорее второе. Услышав моё приближение, оба обернулись и даже слегка улыбнулись.

– Доброе утро! – сказали они почти синхронно.

– Доброе, – кивнул я им обоим и занял своё место рядом с Софьей Фёдоровной. – Что там Константин, неизвестно? Удалось Дмитрию с ним договориться?

– Ты и правда за него переживаешь? – поинтересовался Александр.

– Можешь мне не верить, но да, – ответил я. – И я их обоих понимаю, хоть и считаю их поступок непростительным и ужасным, достойным соответствующего наказания, но сейчас не мне это решать, к тому же они отстаивали свои права и свою территорию, не понимая, видимо, что не правы и какую дичь творят.

Софья как-то странно посмотрела на меня, но не холодно, нет, а словно открыла во мне что-то новое, хорошее.

– Видел Диму сегодня утром, вроде даже улыбнулся мне, скорее всего договориться получилось, – ответил Александр.

Дверь в зал открылась и вошли Дмитрий с Константином. Вид у обоих был довольно спокойный, нейтральный. Оба поздоровались со всеми, в том числе и со мной. Даже Костя, он бросил на меня короткий виноватый взгляд и сразу отвёл глаза в сторону. Я не верил своим глазам, неужели пришло понимание, что я им не враг и меня не надо травить десертами и жечь фаерболами?

Буду очень на это надеяться, но всё равно буду настороже, я ведь понятия не имею на самом деле, что у него там на душе творится. Да в принципе у них обоих, ведь нельзя исключить, что это временное перемирие на время приезда Куракиных, которые на данный момент были общим врагом.

Только все уселись на свои места, как дверь открылась и вошла чета Пожарских в сопровождении Куракиных, вслед за которыми шествовали их вечно недовольные сыновья, только у Прасковьи было совершенно спокойное лицо. Хоть мне и говорили до этого, что она та ещё язва, хоть и младшая в семье, но на данный момент мне казалось, что она единственная, кто ведёт себя более разумно. Взгляд её, как обычно, не выглядел злобным или спесивым, а скорее загадочным.

Иван Ярославович рассказывал какой-то примитивный анекдот, все немного через силу засмеялись, когда он закончил, и уселись за стол.

– Ну что, Фёдор Алексеевич, – обратился к Пожарскому Куракин, с показным сомнением разглядывая содержимое одного из блюд. – После завтрака посмотрим, как наши ребята играют? Уж мы-то с тобой, как игроки с опытом, сможем разглядеть, кто там жульничает, а кто нет?

– Не извольте сомневаться, Иван Ярославович, – усмехнулся Пожарский. – В шары немало за жизнь сыграно.

– Но всё равно ты всегда проигрывал мне! – с довольной гримасой провозгласил Куракин, что вызвало смешки у его сыновей.

Князь Пожарский этого словно не заметил, видимо это было уже в порядке вещей и проще никак не реагировать, чтобы не разжигать скандал.

– Проигрывал, – кивнул он. – Но ты ведь признанный мастер, ты шары разве что только верхом на кошонет не ставишь.

Все тем временем дружно начали выбирать, с чего начать завтрак, а Иван Ярославович особенно не торопился, так и смотрел сквозь яства, задумчиво крутя вилку в руках.

– А помнишь, мы как-то играли, и я удачным броском вбил кошонет в землю? – спросил Куракин с ностальгической улыбкой. – Жаль, что мой шар после этого далеко откатился, а то как раз и получилось бы, как ты говоришь.

– Я сейчас об этом как раз и вспомнил, – кивнул Фёдор Алексеевич.

– Интересно мне посмотреть, как твой бастард сегодня сыграет, – сказал Куракин, одарив меня пронзительным взглядом. – Как он так кидает шары, что смог моих сыновей обыграть.

Куракин нарочно назвал меня бастардом, подчеркнув интонацией, а своих – сыновьями. Основная цель – задеть побольнее, но я никак не отреагировал, ответил абсолютно невозмутимым взглядом на его испытующий.

– Вот посмотришь и убедишься, что никто у нас не жульничает, – невозмутимо ответил Фёдор Алексеевич. – У Миши, видимо, талант к шарам проснулся, я уже видел один раз его игру и был впечатлён. Ты увидишь в нём достойного конкурента твоим сыновьям.