Чтение онлайн

Дети Пожарских в полном составе стояли чуть в сторонке, и я уверенно направился к ним. Константин выглядел довольно бледно, но держался ровно, на меня старался не обращать внимания, а мне это и не обязательно.

— Хорошо выглядишь, — сказала мне Софья Фёдоровна с напряжённой улыбкой.

— Спасибо, — ответил я. — Но ты лучше.

На княжне сегодня было самое красивое платье из всех, что я успел увидеть. Девушка явно волновалась, на щеках обозначился румянец. Александр держался хорошо, а Дмитрий тоже заметно нервничал. В этот момент к нам подошла чета Пожарских, их спокойствию я мог только позавидовать.

Через несколько минут скрипнули открываемые створки ворот и заскрежетала поднимаемая вверх тяжёлая кованая решётка, перекрывавшая проезд. Ещё через минуту из плавно уходящего вниз тоннеля процокала подковами четвёрка лошадей и выкатилась нарядная карета с чужим гербом на дверцах. Синхронно с открытием ворот грянул оркестр, стоявшие в строю воины вытянулись по стойке смирно.

Карета остановилась прямо перед нами, слуги бросились открывать дверцы и подавать руки выходящим. Первой на каменную мостовую опустилась нога князя Ивана Ярославовича Куракина. Это был видный мужчина, ростом выше среднего, также в праздничном расшитом золотом камзоле, лицо его выражало интерес, величие и нотку брезгливости по неизвестной причине.

Он стал мне неприятен с первого момента. Скорее всего та самая нотка брезгливости появилась сразу после того, как он взглянул на меня, буквально припечатывая взглядом к мостовой.

Вслед за князем вышла его супруга, поддерживаемая слугами, а потом высыпали трое детей с такими надменными и недовольными физиономиями, словно их вместо шикарного замка привезли в свинарник.

— Ну что, здравствуй, Иван Ярославович, — сказал, улыбаясь, Фёдор Алексеевич, шагнув навстречу гостю и протягивая руку.

— Ну здравствуй, сосед, — ответил Куракин со снисходительной улыбкой отвечая на рукопожатие и снова бросив взгляд в мою сторону. — Это он?

— Познакомься, Иван Ярославович, — сказал Пожарский, обернувшись ко мне. — Мой новообретённый сын, Пожарский Михаил Фёдорович.

От представления у Куракина дёрнулось веко, он подошёл чуть ближе, но руки не протянул, разглядывая меня, как никудышный товар.

— Так вот, значит, ты какой, — князь сделал паузу, потом с подчёркнутым пренебрежением добавил: — Бастард.

— Всем на загляденье, правда? — не удержался я, чтобы не съязвить.

У Куракина от удивления чуть шире открылись глаза и снова дёрнулось веко.

Князь Куракин, его супруга и дети приветствовали семью Пожарских, сверкая натянутыми улыбками. Следом за ними везде ходили их личные слуги, которых они привезли на отдельном большом дилижансе. Даже не ожидал, что оттуда вылезет такое количество людей в нарядных ливреях. Видимо слугам соседей они не доверяют.

С этого момента меня никто из Куракиных словно не замечал. С одной стороны немного обидно, а с другой – можно на некоторое время расслабиться, им всё равно не до меня. Когда поднимались по мраморным ступенькам центрального входа, со мной поравнялся барон Каменский.

– Вы, Михаил Фёдорович, так больше не шутите, – сказал он негромко с усмешкой. – Мне понравилось, но это совсем другие люди. Не забывайте, ваша основная задача сегодня – не ударить в грязь лицом и показать им, что вы достойны назваться княжичем, достойным носить фамилию Пожарского.

– Я постараюсь, Борис Николаевич, – так же тихо ответил я мужчине. – Но, глядя на их чванливые физиономии, меня так и подмывает сморозить в их адрес какую-нибудь гадость.

– Я вас прекрасно понимаю, – сказал барон со вздохом. – Здесь многие хотели бы высказать им всё, что думают. Проблема лишь в том, что Куракины на хорошем месте при дворе, государь к их мнению прислушивается, а для Пожарских очень важно, чтобы соседи не объявили им войну. Причём не открытую, с боями и баталиями, а тихую, но смертоносную. Не удивлюсь, если именно он нашептал царю, что у Фёдора Алексеевича дети не могут достичь девятой ступени. Как сосед, он всё знает про нас.

– То есть на мне сейчас ответственность не только за себя, но и за род Пожарских, так? – решил я уточнить, хотя и так уже всё было понятно.

– Именно так, Михаил Фёдорович, – кивнул Каменский.

Тем временем мы вошли в обеденный зал, где уже был накрыт праздничный стол. И в обычные дни разнообразие блюд было шикарным, но сегодня повара особенно постарались. А количества нагромождённой ярусами еды скорее всего хватило бы на всех находящихся в замке, в том числе и многочисленных слуг.

– Ну сегодня твои повара чуть получше постарались, Фёдор Алексеевич, – провозгласил князь Куракин. – А то в прошлый раз, как у крестьян в постный день, ушли полуголодными.

– Шутить изволите, Иван Ярославович? – нарочито весело спросил Пожарский. – У нас всегда на столе разносолов хватало.

– Ну не скажи, не всегда, – с гаденькой ухмылкой покачал головой Куракин. – Сегодня хоть есть из чего выбрать. Ну, отведаем, чем тут у вас высокородных гостей потчуют.

Армия слуг дружно отодвинула стулья и помогла господам усесться с комфортом. В этот раз Дима и Костя сидели по правую руку от меня, а семейка Куракиных в полном составе расположилась напротив. Расстояние между стульями было не меньше метра и на каждого гостя приходился практически недельный запас еды.

Прямо передо мной сидел старший сын Куракиных Савелий, примерно мой ровесник или чуть старше. Насколько я знаю из рассказов Софии, он уже год отучился в магической академии, но хорошим прилежанием не отличался, достиг лишь второй ступени и то с натяжкой.

В какой-то момент я перехватил обращённый на меня взгляд Савелия. Такое впечатление, что он разглядывает ботинок, который по неизвестным причинам угодил в свежую коровью лепёшку.

– Вы тоже сегодня прекрасно выглядите, Савелий Иванович, – сказал я ему, глядя прямо в глаза.

У парня от моих слов судорожно дёрнулся кадык. Казалось, ещё немного и его вырвет. Он так ничего и не ответил, лишь снова смерил меня презрительным взглядом и принялся нарезать кусок мяса у себя в тарелке.

Почти так же смотрел на меня и Мирон. С таким выражением лица чаще наблюдают за шевелением опарышей в выгребной яме. Мне уже стало интересно. Я сегодня бесчисленно раз посмотрел в зеркало. Я вовсе не урод, камзол у меня шикарный, на мой взгляд не хуже, чем у этих двоих.

Хотя, о чём это я? Если уж стол, на котором присутствует полтора десятка мясных блюд и бесчисленное количество холодных и горячих закусок из редких и дорогих продуктов сравнивают с крестьянской трапезой, то что уж говорить об остальном. Мне кажется, что они нарочно принижают, чтобы самим казаться выше. Если это не так, хотелось бы увидеть их праздничный стол.