Невероятные серые будни
Шрифт:
Да, интересная методика обучения, ничего не скажешь. И ведь он прав.
***
Постепенно я втянулась в учебу.
Мышцы и связки перестали невыносимо болеть по утрам. Голова не кружилась от обилия новой информации. Работа с энергетическими потоками на парах и самостоятельных тренировках больше не приводила к полуобморочному состоянию. А организм перестал жаловаться на постоянный недосып и смирился с отдыхом не больше пяти-шести часов.
Я бы сказала, что потекли серые будни, но… будни эти серыми не получилось бы назвать даже с большой натяжкой.
Каждое утро еще до рассвета я направлялась к де Эксилиру, где целый час выполняла упражнения для увеличения своего резерва. Длительные медитации по утрам помогали не только расширить мои возможности, но и додремать то, что не успелось ночью.
Во время наших занятий эльф охотно пояснял мне дополнительно непонятные моменты из основной программы.
Однажды, во время подготовки к очередной паре по защите от разных типов энергии у меня возникла идея попытаться использовать стихии, не задействуя напрямую соответствующую энергию. Например, разжечь огонь с помощью воздуха по аналогии с молниями. Или отравить воздух, используя энергию воды или земли.
В общем, я попыталась применить земные знания физики и химии в мире магии и энергии.
Рен тоже увлекся этой идеей, и после медитаций мы по пол часа занимались нашим общим новым хобби.
Несмотря на то, что де Эксилир был моим преподавателем и тренером, он и сам охотно учился у меня новому. Мир частиц, из которых и состоят потоки энергии, увлек его с той же скоростью и жадностью, как и меня привычная местному населению магия.
Мне хотелось верить, что наши совместные занятия нас сближают: Рен был терпеливым, с чуть резковатым чувством юмора, ироничным и улыбчивым мужчиной.
Но только наедине и только пока я не делала попыток сблизиться еще сильнее или пока не начинала спрашивать о его прошлом. Стоило мне, например, в шутку попросить поцелуй в качестве награды за очередной успех или полюбопытствовать, как же его, такого умного и предусмотрительного, поразило проклятием, как он замыкался в себе и вновь превращался в безэмоционального робота.
И я бы уже давно плюнула на все и сдалась, несмотря на взволнованное «Джози», до сих пор заставляющее мое сердце сладко сжиматься, если бы не одно «но».
Раньше де Эксилир, не зависимо от того, были ли мы наедине или он выходил куда-то из дома, всегда одевался во все черное и неизменно закрытое, а в последнее время ходил еще и в плотных перчатках, скрывающих появившиеся живые шрамы на кистях рук. А сейчас он по утрам представал передо мной в легких домашних брюках и в светлых футболках с коротким рукавом, и перестал дергаться от случайных (а иногда и вовсе не случайных) прикосновений.
Такой прогресс окрылял и заставлял надеяться, что однажды Рен ответит на мои чувства.
Книги, хоть как-то связанные с магами-универсалами, которыми меня снабжали де Эксилир и, изредка, Ивар Авфул, закончились там, откуда они их брали. Так что и так скудный поток информации вовсе превратился в редкие капли, собираемые в разрешенной литературе.
Совсем погрязнуть в учебе, тренировках и исследованиях мне не давал Риан, вытаскивающий меня при каждом удобном случае покататься на рапторах.
До обещанного мной участия в парных гонках на выживание был еще почти год, но серый ушастый и слышать ничего не хотел, каждый день придумывая новые извращенные тактики и приемы и пытаясь их отработать. Ведь что именно будет ждать участников, не знал никто, даже сами организаторы, которые, во избежание утечки информации, лишь в самый последний момент объединяли свои идеи.
Мы довольно неплохо сработались в паре, ловко перехватывая управление за раптором в нужные моменты.
Казалось, что мы предусмотрели все, даже вариант, когда один из нас оказывался лишен зрения и слуха, полагаясь лишь на собственную интуицию и на напарника. Похоже, чувство самосохранения погибло во мне еще в зародыше.
При такой нагрузке я вообще не понимала, как большая часть учащихся в Академии умудряется еще и работать. Оставалось лишь радоваться полученной зимой крупной сумме от демонов за помощь им, да регулярно передаваемым от Эрика процентам от прибыли за придумываемые мной и создаваемые им самим артефакты.
Ролан Грань тоже не давал скучать.
Каждый день после занятий меня ждала записка на кровати. Как он умудрялся там ее оставлять – для меня так и остается загадкой. Я каждый раз перепроверяла защитную сеть вокруг комнаты (шутки парней в прошлом году быстро научили меня это делать), не находила никаких ее нарушений и накладывала поверх очередное плетение. Думаю, что моя комната сейчас защищена лучше, чем королевские покои. Но каждый раз записка лежала на подушке. Просить раскрыть секрет материализации аккуратно сложенного листочка плотной бумаги я не стала, оставив этот интересный феномен маленьким вызовом себе – смогу или нет сама отгадать?
Да и сохранение загадки будоражило, чего уж скрывать.
Содержание записки всегда было кратким: изящный комплимент и приглашение поужинать. Но при этом комплименты никогда не повторялись, а приглашение всегда было завуалированным и никогда ни к чему не принуждало.
Первая записка была найдена мной на следующий же вечер после услышанного рассказа Ролана Грань.
Ваша утренняя улыбка сегодня согревала мне душу весь день.
Даже знаменитый розарий, расположенный в двух кварталах к югу от городского портала не сравнится с Вашей красотой.
Искренне Ваш, Р.Г.
Не знаю, что меня побудило, но уже через пятнадцать минут я бодро шагала к упомянутому розарию. И какого же было мое удивление, когда помимо роз меня там ожидал и сам автор письма.
Ваши глаза напоминают мне чистейшее расплавленное серебро.
Даже самые лучшие кузницы Конкордии не смогут похвастаться таким чистым металлом.
Искренне Ваш, Р.Г.
Мое любопытство не дало мне возможности посидеть в спокойствии в комнате общежития. Возле ближайшей к Академии кузницы меня вновь ожидал улыбающийся Ролан Грань. Впервые в жизни меня пригласили на свидание в такое неромантическое место. Но интересная экскурсия, на мой взгляд, была намного круче любого мелодраматического произведения искусства, куда так любят приглашать девушек парни на Земле.
Ваша естественная красота ослепительнее самых дорогих алмазов.