Чтение онлайн

Она покраснела. В отличие от Адама, мистер Солсбери, который определенно не был ее женихом, просиял, увидев ее, когда в начале вечера подошел с сестрами поприветствовать хозяев бала. Он улыбнулся ей своей особой улыбкой с ямочками на щеках и попросил столько танцев, сколько она сможет ему подарить, и, казалось, был искренне разочарован, когда она не смогла отдать ему ни первый, ни последний перед ужином, которые обещала Адаму.

Дома, в Оксфордшире, когда Калли представляла триумф своего дебютного бала, она думала, что ее будут осаждать поклонники. Она хотела, чтобы ее общества искали, и ей приходилось делать выбор между кавалерами.

Она не ожидала, что все окажется таким запутанным… или болезненным. Калли отвела взгляд от мистера Солсбери и обнаружила, что Адам наблюдает за ней.

– Ты счастлива? – тихо спросил он.

– Почему я должна быть несчастна? У меня есть все, чего только можно хотеть.

Возможно, ее улыбка была слегка агрессивной, потому что Адам покраснел.

– Понимаю, что я – не тот, о ком ты мечтала, но я и правда хочу, чтобы ты была счастлива.

– И я счастлива, так что тебе не о чем беспокоиться.

Танец увел ее от Адама, но она чувствовала на себе его взгляд, даже когда кружила по залу в объятиях другого партнера.

Когда они снова оказались вместе, Адам больше не возвращался к этой теме. Вместо этого он сказал:

– Мне нравится цвет твоего платья. В нем ты похожа на Мелюзину [3] .

– Спасибо. – На Калли было ее любимое бледно-зеленое платье с кружевом по подолу, похожим на морскую пену. Она любила этот наряд, в нем чувствовала себя красивой и немного опасной – редкое сочетание для такой невысокой девушки, как она. – Но будь осторожен, чтобы я не поймала тебя в сети и не утопила.

Адам тихо рассмеялся.

– Полагаю, мне следовало бы содрогнуться от одной только мысли, но я тебя знаю. У тебя слишком доброе сердце. Когда мы были детьми и бродили по полям, ты плакала, если мы натыкались на животное в капкане.

Калли наклонилась ближе и прошептала:

– Иногда я все еще плачу.

Адам ответил шепотом:

– Знаю. Я помог тебе освободить одно такое существо, и трех месяцев не прошло.

Находясь так близко, она чувствовала апельсиновый аромат одеколона, которым он воспользовался по случаю бала. Она почти могла сосчитать удары его сердца по биению жилки на шее. Внутри у нее не тянуло, и ее не опаляло жаром, как в музее или как было, когда она танцевала с мистером Солсбери. Но с Адамом она чувствовала себя в безопасности. Комфортно. Если это и не так захватывающе, как в романе, о котором она мечтала, это все же не худшее начало брака.

Когда танец закончился, и Адам повел ее обратно к тете, туда, где ждал мистер Солсбери, она надеялась, что Адам что-нибудь скажет. Удержит ее руку на мгновение дольше, чем необходимо. Но он лишь улыбнулся мистеру Солсбери и передал ему партнершу так легко, словно носовой платок, взятый взаймы.

Для следующего танца участники образовали два концентрических круга, где джентльмены стояли внутри, а дамы – снаружи. Мистер Солсбери поклонился, а Калли присела в реверансе, и, когда они шагнули навстречу друг другу, он сказал:

– Вы прекрасно выглядите. – Его комплимент был изысканнее, чем: «Мне нравится цвет твоего платья» от Адама, – но почему-то Калли он не понравился.

Фигуры танца требовали, чтобы партнеры оставляли друг друга, поэтому пары менялись через равные промежутки, и прошло некоторое время, прежде чем Калли и мистер Солсбери снова встретились.

– Вы счастливы? – спросил он, пристально разглядывая ее.

Почему все спрашивают об этом?

– Я выгляжу несчастной? – Она одарила его своей самой ослепительной улыбкой.

Это не сработало.

Он покачал головой, а затем сказал:

– Не знаю. Это так?

Калли собиралась ответить «нет», когда вспомнила слова леди Стэнторп.

– Ваша сестра заметила, что мы похожи в том, что ставим счастье людей, которые нам небезразличны, выше собственного.

– Иногда, – признал он с нехарактерной для него серьезностью. – А вы?

– Да, – произнесла Калли. – Иногда.

– И вы сейчас делаете именно это?

Он говорил о ее помолвке? Или о чем-то другом?

– Не уверена. Может быть. Иногда я сама не знаю, чего хочу.

Он улыбнулся ей сверху вниз, и на его щеке появилась едва заметная ямочка.

Его взгляд был таким нежным, что у нее внутри все сжалось.

– Как это любопытно. Я часто нахожу, что понятия не имею, чего хочу, но прямо сейчас ощущаю поразительную ясность.

Калли покраснела и не представляла, что ему ответить.

К счастью, со следующими ее партнерами было гораздо проще, чем с Адамом или мистером Солсбери. Они похвалили ее платье и грацию, закружили ее по залу и оставили улыбающейся, вернув тете Гармонии. Когда Адам подошел, чтобы пригласить ее на последний танец перед ужином, она обрадовалась, увидев его. Во время танца они почти не разговаривали, и Калли подумала, не устал ли он. Была почти полночь, а она знала, что Адам жаворонок.

Затем он повел ее в столовую, принес ей немного ветчины и силлабаба [4] , который, как ему было известно, она любила, и нашел для них тихий столик, чтобы они могли поесть.

Калли увидела, как Грация смеется с мистером Левесоном на другом конце зала. Талии нигде не было видно. Возможно, она еще не пришла.

Адам наколол кусочек говядины, поднял вилку, затем снова опустил.

– Калли, я должен тебе кое-что сказать.

У нее перехватило дыхание.

– Мне нужно съездить домой на несколько дней, чтобы проведать отца. Он говорит, что с ним все в порядке, но я не так оптимистичен.

Калли с облегчением вздохнула.

– Тогда, конечно, ты должен ехать. Но тебе не стоило так пугать меня… Я почти не сомневалась, что ты хотел сообщить мне нечто ужасное.

Это была одна из ее любимых черт в Адаме – то, как он заботился о близких.

– Это не единственное, что я собирался сказать, – продолжил он.

Калли положила руки поверх салфетки, лежавшей у нее на коленях.

– Тогда признайся сразу, это что-то плохое?

Он покачал головой.

– Нет. По крайней мере, я так не думаю. Я должен перед тобой извиниться. Кажется, мы не совсем удачно начали помолвку, и это моя вина. Ну, моя и Талии. Я уделял ей больше внимания, чем тебе, и мне не следовало это делать. Талия всегда будет моим дорогим другом, но ты… – Он заколебался, и сердце Калли подскочило к горлу. – Я бы хотел, чтобы мы с тобой тоже были добрыми друзьями.

Он протянул ей руку, и она взяла ее, переплетя затянутые в перчатке пальцы с его, хотя ее сердце упало. «Друзьями».