Чтение онлайн

Я улыбнулась и кивнула, покачав головой:

— Давай полетаем, — предложила я, уже поняв, что в воздухе, высоко над землей, там, где свирепствуют сильные воздушные течения, бросающие дракона, покрытого чешуей, словно увядший листок, думается очень легко.

Мужчина улыбнулся и протянул мне руку. Действительно, очень жаль, что я не могла обернуться подобно ему или нашим детям, лишь выпрыгнув из окна. Для оборота мне было необходимо сконцентрироваться и призвать свою огненную сущность, которая оказалась невероятно капризной и очень вредной.

Нет, это абсолютно не походило на раздвоение личности, о котором нам рассказывали на уроках психологии в институте, это было абсолютно иное. Драконица все время была со мной, изменив мой характер, сделав его резче, циничнее, мудрее, но при этом, во время полета я не осознавала себя как человека, а происходящее на земле казалось очень далеким и абсолютно неважным.

Прохладный ветер растрепал мои волосы, стоило нам выйти на улицу. Сердце забилось сильнее, когда пространство вокруг растянулось, а по венам пробежал огонь. Первый в жизни оборот был болезненным, будто все кости разом сломались, но сейчас я не испытывала дискомфорта, лишь намек на него, и то с каждым разом превращение проходило все более и более естественно.

"Надеюсь, дети не решат последовать примеру родителей", — раздавшийся голос в голове был больше похож на рык, но я чудесно разобрала интонации супруга.

"Если что, у тебя уже есть опыт в их поиске", — да, теперь, окончательно став драконом, ментальная магия стала даваться очень легко.

Взмахнув несколько раз крыльями, мы оказались в воздухе, и я мотнула головой, наблюдая за Расаром, летящим на расстоянии десятка метров от меня. Он был куда массивнее, да и ороговевшие пластины чешуи больше напоминали тяжелый доспех, защищающий своего хозяина не только от любых видов оружия, но и от магии, направленной на него. Мне летать еще лет двести, чтобы дойти до такой степени защиты.

Мы поднимались все выше и выше, туда, где не слышны отзвуки бурлящего жизнью Шарха и никакие огни с земли не помешают наслаждаться идеальным хаосом звездного неба. Воздух становился все холоднее, а ветер все более яростно врезался в крылья. Даже в облике дракона я ощущала холод, впивающийся миллиардами острых иголок.

Теперь я понимала, почему супруг никогда не поднимался выше пары сотен метров над землей, пока еще не было оборота и я могла насладиться полетом, лишь сидя у него на загривке. Поступай он иначе (как я просила, вернее — умоляла) — получил бы на земле ужасно простывшую (в лучшем случае) девушку.

Полет казался бесконечным — воздушный поток, подхвативший нас, позволял просто парить, наблюдая с невероятной высоты за происходящим на земле. Зрение у драконов было поистине идеальным, и ничто не могло помешать ему рассмотреть окружающее — ни сумрак, ни дальнее расстояние.

Постепенно вместе с умиротворением, подаренным яростными ветрами, приходили воспоминания двухнедельной давности. Я отчетливо помнила, как огонь, которого в один момент стало слишком много внутри, начал сам собой менять пространство. Как после пришла боль. Не было ничего, что предвещало бы оборот именно в этот день, и говоря после и с супругом, и с дедушкой, мы просто сошлись во мнении, что пришло время, что огонь, наконец, победил.

***

Полет закончился лишь на рассвете, далеко от столицы, почти на границе центральной провинции Ширасарна. Да, Шарх был фактически ничейной землей, которая управлялась советом. Ни один лорд-протектор не получал дохода от этих бесконечных равнин, довольствуясь прибылью от своей провинции.

Ступив на землю, я улыбнулась — оказалось, что сложнее всего не держаться в воздухе и не бороться с ветрами, а возвращать себе человеческий образ, не оказываясь при этом в чем мать родила. Я провела рукой по волосам, ощущая, что кончики прядей покрыты тонкой корочкой льда.

— Домой? — спросил Расар с улыбкой, подходя и обнимая меня.

Я кивнула — можно подумать, я могла предложить что-то иное! Глаза сами собой слипались, но ночной полет помог мне избавиться от страхов, касающихся моей настоящей семьи.

— Я скажу всем, что ты простыла, — едва слышным шепотом произнес мужчина, укладывая меня на кровать и заворачивая в пушистое одеяло.

— Ммм, — я сладко потянулась, силясь разлепить глаза. — Наверное, я заболею на несколько дней, хорошо?

Даже так, находясь в полудреме, я ощущала, как заинтересованно сверкнул взгляд супруга, и отрицательно мотнула головой.

— Ты прав, мне нечего бояться, — пробормотала я, осознавая, сколь путанно звучат слова, их и разобрать мог разве что только он.

— Я всегда прав, — раздалось его ворчание, а после шаги и звук закрывающейся двери.

Впрочем, прежде чем выйти из спальни, он поцеловал мое плечо, пробормотав на ухо пару неприличных милых слов, заставивших меня покраснеть даже сквозь дрему. Не будь я настолько уставшей — наглец бы точно получил подушкой…

***

Пробуждение в полдень уже долгое время было для меня роскошью, но сегодня, не то благодаря отсутствию срочных дел, не то благодаря супругу, которому удалось "отмазать" меня от посещения Капитолия, никто не помешал мне выспаться.

Настроение от этого факта было солнечным и радостным, а внутри расцветало предвкушение встречи, которую я очень долго ждала.

Потребовалось немало времени, чтобы принять поступок родителей и оправдать его перед собой же. Теперь я отчетливо осознавала — все происходит в свое время и именно так, как должно было бы произойти.

Накинув халат, я медленно прошлась по комнате, сладко потягиваясь и улыбаясь солнечному дню. Зима постепенно отступала, и сейчас за окнами я слышала бодрый и радостный звук капели, оглашающей приход весны.

— Ваша светлость будет завтракать? — раздался приглушенный голос Шанаи.

— Да, пожалуйста, — задумчиво сказала я, открывая ящик письменного стола, находящегося в спальне.

Там мягко, спокойно мерцал медальон, который мне подарила Амолина, объяснив, как пользоваться этим артефактом. Пусть я знала все и так, но прерывать в последний вечер девушку, ставшую мне почти подругой, я не могла. Прозрачный камень был наполнен ее магией, которая могла изменяться согласно самочувствию своей хозяйки. Сейчас я видела, что теперь в кулоне не один огонёк, а два, значит, она ждала маленького. По ровному, спокойному мерцанию я могла убедиться, что девушка находится в гармонии с собой и со своим избранником.

Как жаль, что я не могла дозваться до нее — то ли слишком большое расстояние, значительная часть которого покрыта водой, мешающей огненной магии, то ли защита, окружающая Амолину, слишком сильна… Мне оставалось лишь надеяться, что когда-нибудь мы обязательно встретимся с отчаянной искательницей приключений и сможем поговорить.

Монотонные утренние действия вроде душа, методичной шнуровки корсета и чашечки кофе успокаивали мечущиеся в голове мысли. Одного я боялась — открывать портал, привязываясь к человеку, чей образ был крайне расплывчатым, не точным. Это было попросту опасно, ведь я могла наткнуться на защитную магию (которая, судя по рассказам дедушки об Эшрахате, не является гуманной), могла оказаться в стене, если мой отец будет стоять в тесном помещении — малоприятных возможностей было слишком много, а вероятности хорошего, нужного мне исхода — отчаянно мало. Просить Расара? Он знает не больше меня, а путешествие на крыльях не только может занять продолжительное время, но и причинить неудобства вроде отсутствия продовольствия и питьевой воды — пусть мы оба знали магию, которая могла утолить голод и жажду, но она крайне слабо действовала на драконью ипостась, да и хватит ее ненадолго. К тому же ладно, с едой придумать что-то можно, но как ящера, парящего над землей, встретит Эшрахат и его коренные жители, которые в принципе не слишком жалуют драконов и, насколько я могла понять, имеют возможность противостоять ящерам?