Чтение онлайн

— Слушаюсь, матушка, — кивнула монахиня, стремительно выбежав в коридор, не забыв обогнуть меня по дуге.

— Алланиэль, — мягко улыбнувшись, она указала мне на стул. — Присаживайся. Как прошла ночь?

— Спасибо, хорошо, — вежливо отозвалась я, сев только после того, как чуть-чуть передвинула стул так, чтобы мои ноги оставались на ковре. — Немного прохладно у вас.

— Я понимаю, — с сочувствием протянула женщина, разводя руками. — Но, по твоему статусу не положены скромные одеяния обители. А вещей, что будут удовлетворительны в данной ситуации, здесь нет. Как и с другими бедняжками, попадающими сюда, у тебя с собой было лишь письмо.

Какая удивительная логика.

То есть, нет шелков — ходи с голой ж…

— Ты ведь прочитала письмо? — не дала мне мысленно выругаться настоятельница, с трудом скрывая любопытство. — Просто я как раз писала мессиру и…

— Мессиру? — икнула я.

— Твоему супругу, — пояснила мне монахиня, заставив икнуть ещё раз.

— Только не говорите, что его зовут Воландом, — нервно попросила я, с кривой улыбкой на лице.

Просто других мессиров я не знала.

— Его зовут Аларик, — растерянно пояснила мне женщина. — Аларик Дор Рирал, третий мессир и будущий владыка Огненных Пределов.

— Фух, — рассмеявшись, я с облегчением выдохнула. — А я уже… да. Чего это я, — убрав с лица улыбку, я повторила. — Аларик. Аларик Дор Рирал. Я же маркиза Дор Рирал. Всё логично.

— Маркиза Кернос Дор Рирал, — шокировано поправила меня настоятельница, явно не успевая за сменой моего настроения. Или просто не понимая причину нервного смеха. И второе было более верным. — Ты забыла упомянуть имя своего рода.

На этот раз я решила, что лучшим будет промолчать и просто кивнуть.

— Так… — разорвала образовавшуюся тишину между нами настоятельница, демонстративно беря в руки перо и пару раз окунула его в стоящую перед ней чернильницу. — Я почти закончила письмо для мессира. Ты хочешь передать ему что-то от себя? Он получит его не раньше завтрашнего вечера и сразу же явится за тобой. Уверена, твоему супругу не составит труда принести вещи первой необходимости.

— Не нужно ему ничего писать, — мгновенно отреагировала я.

— То есть, пожеланий нет?

— Ему вообще не нужно ничего писать, — перефразировала я, стараясь выглядеть спокойно.

А это было не так!

Быстро проанализировав услышанное, я очень чётко поняла, что не хочу, чтобы демон забирал меня куда-то. Категорически не хочу!

Во-первых, потому что он демон. Нечто рогатое и волосатое. Стоящее у власти каких-то наделов… впрочем, не это важно.

Он же может продолжить начатое! То, из-за чего настоящая маркиза сделала финт ушами и заманила меня сюда!

Нет уж, спасибо.

Быть за…любленной демоном, мне категорически не хотелось. Или что они там с женами вытворяют?..

В любом случае, мне хотелось другого. Домой. А так как план у меня был…

— Видите ли, матушка, — с милой улыбкой обратилась я к настоятельнице, пытаясь всеми правдами и неправдами отговорить её от затеи с письмом. — В послании, что мне оставил супруг, была подробная инструкция о тех действиях, что я должна буду предпринять, если выживу. И самое главное — всё это должно держаться в строжайшей тайне.

— В строжайшей? — шёпотом переспросила женщина, проникшись моим тоном.

Не зря же я столько детективов за свою жизнь пересмотрела.

— Именно. Кругом враги, — добавила я в голос трагедии. — Никому. Никогда. Даже если он сам придёт и начнёт спрашивать…

— Зачем ему это, если мессир и так всё знает? — удивилась настоятельница.

— Он решит проверить, как вы исполняете его приказ. Не подведите, матушка. На все вопросы отвечайте: «Ave, Caesar, morituri te salutant!».

К моему стыду, это была единственная фраза на латыни, которую я знала.

— Авэ, Цезарь, моритури тэ салютант, — медленно повторила настоятельница, беря чистый листок и на всякий случай записывая. — И что это значит?

— Мессир, ваша супруга там, где вы просили её быть, — с убийственной серьёзностью перевела я «Здравствуй, Цезарь, идущие на смерть приветствуют тебя!».

— Хорошо, — нервно сглотнув, настоятельница заговорила на грани слышимости: — А что делать с саркофагом?

— Закрыть и никогда не открывать…

Я с удивлением наблюдала, как монахиня вскочила на ноги и начала выводить странные жесты руками. Было похоже на то, словно она крестится. Но… выглядело иначе.

— Боги с тобой! Пустой саркофаг нельзя… — она даже задыхаться начала от волнения.

Примета, что ли, какая-то здесь есть? Или суеверие? Вера не позволяет?

В любом случае — проблема.

— Тогда держите крышку приоткрытой…

— Приоткрытой в пустой саркофаг?! — практически завизжала она.

Да что же такое! Предложить ей положить туда кого-то, что ли?

Или что-то…

Проинструктировав настоятельницу осенившей меня идеей, и заметив её одобрение, я тихонечко выдохнула. С облегчением.

— А теперь самое главное, — по-деловому обратилась я к ней. — Мне нужно к камню судьбы. Вы сможете меня проводить?

— Лично? — ужаснулась матушка.

— Можете лично, можете попросить кого-нибудь проводить меня. Но тайно, — напомнила я.

— Пешком… проводить? — замешательство этой женщины можно было потрогать руками. Так плотно оно витало вокруг.

— А есть другие варианты попасть… туда? — с опаской уточнила я, боясь использовать слово «транспорт».

Кто их знает, может у них и телеги ещё не изобрели, не говоря о чём-то более сложном.

— Портал устроит? — с надеждой спросила настоятельница, улыбнувшись, когда я согласно кивнула.

И как я сама не догадалась?

Демоны, драконы… Конечно же, здесь должны быть и порталы! Магия… чтоб её.

Я и предположить не могла, что к порталу меня поведут так оперативно.

Забыв покормить. Проигнорировав ещё одну просьбу об одежде. Честное слово, не такая я благородная, чтобы брезговать монашескими облачениями. Но слушать меня не стали.

Не по статусу мне одеяния послушниц. А вот топать куда-то босиком, в тонкой ночной сорочке и накинутым сверху колючим покрывалом — это да. Сразу видно, маркиза на променад идти изволит…

Так и хотелось нервно выкрикнуть настоятельнице, чтобы она мне в сад вынесла «пианину», ведь я на ней свой «кофий» оставила. Но я молчала.

Молча и топала, в сопровождении настоятельницы и трёх вызванных ею монахинь, отстукивая зубами от холода какую-то мелодию. Скорее всего задавала ритм воющему от голода желудку. Симфонический оркестр имени меня. «Ода к еде и теплу». Почти как Бетховенская к радости…