Чтение онлайн

На открытый гроб.

В котором, вместо тела той девушки, имя которой он так и не смог вспомнить, лежали… цветы. Вернее, росли. Да, саркофаг наполнили землёй, и посадили цветы. Кажется, какие-то суккуленты.

— Настоятельница? — позвал Аларик, немного придя в себя.

— Да, мессир, — женщина тут же подбежала к нему, ласково проведя рукой по каменному саркофагу. Так, словно она лично создавала эту… клумбу.

— Настоятельница, — прочистив горло, мессир чуть прищурил глаза, смотря в лицо женщины. — Где тело моей жены, позвольте узнать?

— Авэ, Цезарь, моритури тэ салютант, — четко, чуть ли не по слогам прошептала в ответ женщина, заговорчески подмигнув мессиру.

Правда, прочитав что-то по его лицу, испугалась и, достав из кармана какую-то бумажку, пробормотав: «Неужели что-то перепутала!», произнесла громко и отчетливо:

— Авэ, Цезарь, моритури тэ салютант!

Вот только понятнее Аларику не стало.

На лицо упало что-то влажное и холодное. Разумеется, я потянулась рукой ко лбу, пытаясь избавиться от неприятных ощущений.

— Милая, не трогай компресс, — прошептал кто-то, легонько стукнув меня по руке.

— Мама, — поморщилась я в ответ, пользуясь тем, что родительница не увидит, как скривилось моё лицо.

Только она, стоит мне затемпературить, первым делом пыталась остудить голову.

— Мне приснился такой странный сон, — начала я жаловаться, чувствуя запах картошки.

А это следующее, чем меня будут лечить. Посадят за стол, уткнут лицом в кастрюльку и прикроют полотенцем, периодически покрикивая, чтобы дышала.

Дед часто шутил, что там, под полотенцем, стопки не хватает для того, чтобы чувствовать себя счастливым. Как баня же. И закусить есть чем…

— Что тебе снилось? — совсем тихо уточнила мама, поправляя тряпку на моём лице.

— Да ужас какой-то, — нервно рассмеялась, чувствуя, как она поправила мне одеяло в ногах. — Что меня выдали замуж за демона и положили в гробик. Потом достали, правда…

— И правда, ужас! — чуть громче отреагировала на мои слова мама, каким-то совсем не похожим на неё голосом. — Брак с демоном ничего, кроме смерти за собой не несёт. Для первой жены, конечно. Ну, ничего. Есть у меня настойка от кошмаров… сейчас. Найду, выпьешь и никакие дурные мысли в голову не полезут.

Резким движением скинув с лица тряпку, я во все глаза уставилась на перебирающего склянки… скелета.

— Ты не моя мама, — озвучила я очевидное.

— Разумеется, нет, милая, — зыркнув в мою сторону пустыми глазницами, скелет продолжил перебирать бутылочки. — Это невозможно, по крайней мере, по двум очевидным причинам. Я мужчина. Что само по себе уже лишает меня возможности стать кому-то матерью. И я мёртв. Очень давно, как ты можешь заметить. Так что, из меня даже отца не выйдет, хотя такой вариант был более возможным. Был, а не является таковым, как ты могла заметить.

А ещё ты душнила, — мысленно отметила я.

Вслух же продолжала озвучивать доходящие до меня факты:

— Я не дома.

— Вопрос спорный, — мгновенно отозвался скелет, подтверждая мою мысленную характеристику его личности. — Ты в доме. Но не в своём. Эти два факта стоит признать. И между собой в конфликт они не вступают. Ты дома и не дома. Всё зависит от того, какой смысл конкретно ты вкладываешь в это определение. Что для тебя дом? Просто строение или же нечто большее.

— И это был не сон, — пропустив мимо ушей рассуждения скелета, я присела и с тоской начала осматриваться.

Пыль, паутина, выцветшая мебель. Кровать, с полуразрушенным балдахином, на которую меня кто-то положил.

Кто-то…

Скелеты. Те самые, что играли в карты и напугали меня до обморока.

И самое удивительное, сейчас я совершенно не испытывала страха. Наверное от шока. Не иначе.

— Нашёл! — обрадовал меня скелет, доставая склянку откуда-то из недр шкафа и победно взмахнув ей в воздухе, вернулся к кровати, протягивая мне флакончик. — Три капли на стакан воды перед сном. Ни один кошмар мучить не будет.

— Спасибо, — кивнула я, принимая бутылёк.

— А теперь тебе нужно покушать, — назидательно произнёс скелет и прошёл к камину, в котором над огнём был подвешен котелок. — Очень опрометчиво с твоей стороны идти сюда на голодный желудок. Да ещё и в таком виде. Нет, я всё пониманию. И желание прикоснуться к магии, и узнать свою судьбу. Но зачем ночью? Босиком? Практически голой? Разве есть какие-то указания насчет внешнего вида? Нет. Их нет. Так почему же благовоспитанные девицы несутся сюда без исподнего?

— Я не знаю, — неуверенно пожала я плечами, так как скелет ожидал ответа. — Мои трусы украли монахини. А замена… улетела к дракону.

— Вот я про это и говорю, — покачав головой, скелет снял котелок с огня и голыми руками… вернее, голыми костями, переложил картофель, запах которого я почувствовала, как только проснулась, в мисочку. — Бегут сюда чуть ли не нагими, а потом неделями бредят от жара. Ешь.

— Спасибо, — прошептала я, а когда скелет сунул мне ещё и ложку, повторила: — Спасибо.

Желудок заурчал, требуя немедленно набить его варёным картофелем. Ему было всё равно, кто его готовил. Плевать на отсутствие соли и масла. Он хотел кушать. И кто я такая, чтобы игнорировать стоны собственного желудка?

Да. Съела я всё. И довольно быстро.

— Спасибо, — вновь поблагодарила я наблюдающего за мной скелета, блаженно откидываясь на подушку.

А жизнь то налаживается! Наверное…

— Простите, — вновь сев, я с опаской обратилась к скелету.

Шок прошёл, желудок наполнен. Мозг получил энергию и силы анализировать. И начал мигать тревожным огоньком, намекая, что посиделки со скелетом — это очень и очень сомнительное мероприятие.

— Прощаю, — чинно кивнул мне собеседник.

— Отлично, — протянула я. — Но я хотела спросить. А я… где? И вы… кто?

Я очень старалась говорить тактично. Очень.

— Ты здесь, — ответил он. — Кто я, думаю, очевидно. С другой стороны, я мог не учесть влияние жара на твои органы чувств. Особенно на зрение. Оно могло сесть, не справившись с горячкой. О, это проблема. Не уверен, что у меня остался «Зоркий глаз». И что делать? Смириться с тем, что ты видишь перед собой лишь очертания? Или того хуже — я просто белое расплывчатое пятно…