Чтение онлайн

— А зачем вы ему вообще сказали?!

— Я не говорила. Ты сама сказала. Точнее, показала…

— Я?! Да я с ним за всю жизнь сотней слов обменялась! И словосочетания «Королевский Дар» среди них не было!

— Однажды, в сопровождении двух младших принцев, ты отправилась в подземный зал столичного дворца. И положила руки на некую сферу. Это была сфера Предназначения в зале Создателей. Именно она решает, может ли девушка стать женой принцу, — медленно проговорила Аленна, и я с трудом, но вспомнила эпизод из далекого детства.

Мы с мальчишками, что-то натворив, убежали от законного возмездия в подвалы. И там кому-то из них пришла в голову идея на мне жениться, чтобы Правитель в порыве гнева не укоротил мою и без того невысокую фигурку еще на голову. Но у нас ничего не вышло. В самый ответственный момент явился коронованный папаша и за уши вывел моих несостоявшихся женихов из зала со сферами. Да и сами сферы на меня, кажется, вообще не отреагировали.

— Вспомнила? Вот тогда-то Па и узнал о твоем Даре. Вы просто перепутали сферы. Но Правитель все видел. Видел, и понял гораздо больше, чем вы. Он вообще не хотел выпускать тебя из своего дворца. Но из-за истинного наставничества вынужден был. Ты моя ученица, и до твоего совершеннолетия разлучить нас невозможно. Плюс, Па не хотел рушить только-только установившийся мир с Черным континентом. Все эти годы Никс отбивался от постоянных требований, просьб и пожеланий так или иначе отправить принцессу Двух Континентов ко Двору белаков. И его отказы служили поводом для некоторых царедворцев настраивать Па против чернаков вообще и их нового правителя в частности. Никс просто устал бегать от неизбежного, устал постоянно доказывать, что он не пытается как-то использовать тебя в своих целях. Вот и решился оборвать все одним махом, дав согласие на эту помолвку. Я хотела, чтобы у тебя было больше времени повзрослеть, понять, но… К сожалению, мир, наконец воцарившийся в нашей Вселенной, нравится не всем… Далеко не всем…

Она говорила устало, даже отрешенно, и этот странный тон, так непохожий на ее обычную жизнерадостную манеру, подействовал на меня гораздо сильнее многочасовых уговоров.

— Кому же может не нравится мир?.. — тихо спросила я.

— Много кому, — вздохнула Аленна. — Хотя бы военным. Необходимость в них пропала, и это не может их радовать. Некоторые жрецы до сих пор считают чернаков порождением Бездны и зла. Торговцы, которые больше не могут наживаться на редкой и от того безумно дорогой контрабанде. Многие аристократы не желают признавать себе ровней жителей Черного континента. Им же куда приятнее считать венцом творения себя, и только себя. У всех свои интересы. И желающих запустить новый виток противостояния, а то и развязать войну, гораздо больше, чем хотелось бы. В результате многие были бы не против, чтобы ты исчезла. Это — политика. Дело грязное и подлое…

— А, что, здесь в посольстве охрана лучше, чем во дворце?

— Намного хуже, — поморщилась наставница. — Но здесь территория белакского государства, и если с тобой что-нибудь случится, то виноваты будут они. Ни один здравомыслящий политик не пойдет на это. Да и не совсем здравомыслящий тоже.

— Ну, да, товар будет целее, если сразу вручить его покупателю. Иногда я думаю, что, когда я впервые вас увидела, мне надо было бежать от вашего костерка, куда глаза глядят, — проворчала я, отвернувшись к окну.

Разумеется, я так не думала. Но безнадежность, навалившаяся на плечи тяжелым плащом, требовала хоть как-то огрызнуться, ударить в ответ на собственную боль хоть кого-нибудь. А никого, кроме Аленны, рядом не было. Но, вопреки моим ожиданиям, наставница не рассердилась. Даже не обиделась.

— Возможно, так и следовало поступить… — задумчиво пробормотала она, бездумно глядя на распахнутый сундук с моими книгами.

Ничего не добавив, она протянула руку и взяла первый попавшийся том. И тут в дверь постучали.

— Ваше Величество? Посол просит вас к завтраку, — донеслось из коридора.

Книжка шлепнулась на кровать:

— Иду, — наставница обернулась ко мне. — Пойдешь?

— Нет, — мотнула головой я, и она вышла.

Я еще долго сидела на подоконнике, лениво рассматривая однообразные верхушки подстриженных парковых деревьев. Да, Аленна не одобряла то, как со мной поступили. Похоже, именно это и стало причиной вчерашней размолвки царственной пары. Вопреки этикету Никс даже не вышел проводить жену. Но, несмотря на это, наставница тоже не стала ничего менять, покорившись обстоятельствам. Значит, единственный человек, на которого можно было положиться, это я сама. После рассказа наставницы многое стало гораздо понятнее. Но это означало лишь то, что моя задача усложнилась. Я все равно не собиралась тупой перепелкой лететь в дворцовый перепелятник. Обойдется Макака без меня. Существуют тысячи способов избавиться от навязанного женишка. Главное — придумать такой, при котором я не поменяю свадьбу на войну.

Дни «гостевания» в посольстве слились для меня в один, длинный и серый. Погода за окнами не ладилась: моросил гадкий мелкий дождь. Ветер закручивал его струи в причудливые водяные вихри. Некоторое разнообразие принесла налетевшая с моря буря. На равнине в столице я таких никогда и не видела. Огромные волны перекатывались через волнорезы, разбиваясь о защитный купол. С некоей смесью ужаса и восторга я с балкона, нависавшего над пропастью, наблюдала за буйством стихии, игнорируя попытки посла отправить меня вниз, в комнаты. Магик, которого мне представили, как навигатора посольского фрегата, поглядывал на суету царедворца со снисходительной уверенностью мастера своего дела, лишь изредка сбрасывая с пальцев маленькие искорки, отводя особо мощные волны в сторону, на пустынный галечный пляж.

Восхищаясь его работой, я не могла не вспомнить утлые чернакские суденышки, виденные в порту в нескольких леях отсюда. И невольно задумывалась, как они справляются с такими шутками Создателей? У чернаков не было стихийников-навигаторов. Но неужели их нельзя как-нибудь заменить?

Я все еще думала об этом, когда от бури остались одни воспоминания и мелкая морось дождя. Чертила какие-то схемы артефактов, рылась в книгах. Но долго творить мне не дали — явилась Аленна и потащила с собой на завтрак.

— Вспомни о том, что такое этикет. Тем более, это знание тебе скоро будет необходимо постоянно. Конечно, Максу коробит от чрезмерной официальности, размалеванных лиц и туповатых придворных дам, но он — не весь Двор, и лишние пересуды нам ни к чему, — выговаривала она по дороге.

— Я по всем правилам этикета отказывалась от приглашений, — отбивалась я, в сотый раз отцепляя широкую юбку от завитушек на резных панелях коридора.

— И, тем не менее, хотя бы один раз составить компанию людям, тебе угождающим всю последнюю неделю, было бы неплохо, — отмахнулась наставница.

— И чем же это мне угождают? — скривилась я. — Тем, что не дают почитать спокойно, приглашая то на ужин, то на обед, а то полюбоваться очередным «восхитительным закатом»?

— Кто это закатами интересуется? — споткнулась на ровном месте Аленна.

— Навигатор наш несравненный. Раз десять приходил: то закат, то обед, то еще какая-нибудь чушь…

— Закат, значит… — задумчиво повторила наставница, но объяснять ничего не стала и молча пошла вперед.

Пожав плечами, я отправилась следом. Завтрак не обманул моих ожиданий: до предела зарегламентированная этикетом трапеза. Даже комплименты и редкие замечания о погоде отдавали многотомным пыльным «Сводом правил и норм поведения благовоспитанных лерр и леров».

— Ваше Величество, позволено ли мне будет заметить, что вы потрясающе выглядите, — выдал между тостом и салатом расфуфыренный посол с разрисованным уродливыми золотыми завитушками лицом, разглаживая несуществующие складки на салфетке.

— Благодарю, лер Огерони, но, думаю, вы мне безбожно льстите. Я сильно отстала от моды, — пропела в ответ Аленна.

— Не мода создает прекрасных дам, но прекрасные дамы моду, — вступил в соревнование напыщенных индюков навигатор, проводя пальцем по замысловатым золотым узорам у себя на запястье. — Вы прекрасны и без украшений, Ваше Величество, простите прямолинейного и грубого солдата, далекого от придворной куртуазности.