Чтение онлайн

Вампиры. И если в Вальде оставалось что-то от обыкновенного ребенка, то взрослые корды потеряли все, что могло их роднить с людьми. Вытянутые глазные зубы, достигавшие подбородка, запавшие глаза, горящие оранжевым, мерцающим светом. Их было несколько десятков - высохшие фигуры, закутанные в древние лохмотья. Они тянули ко мне руки и заслоняли чувствительные глаза от света, который при их появлении стал только ярче. Тьма рассеивалась под упрямыми лучами, которые пробивались через мои пальцы.

– Вальд… - голос был похож на шелест старой бумаги, которая вот-вот обратиться в пыль, - я думала, что никогда тебя больше не увижу…

Голос плыл из дальнего угла, где было так темно, что даже магический свет не мог разогнать тьму. Вальд, появившийся в поле зрения, остановился рядом со мной. Он таращился в тот угол, не смея сделать последний шаг.

– Мама?

Хриплый смешок разрезал тишину пополам, и тень, едва различимая на фоне холодного камня, обрела плоть и двинулась к нам.

Если бы не Вальд, издавший радостный возглас, доказывающий, что фигура, появившаяся перед нами, и есть его мать, я бы рванула назад, наружу. Но осталась на месте, с ужасом разглядывая сухую, потрескавшуюся кожу, которая обтягивала череп. Мать Вальда выглядела мумией. От человека в ней не осталось ничего, только боль в глазах, когда она увидела, что ее сын прижимается ко мне. Еще один тяжелый шаг, и я поняла, что дрожу. Воображение нарисовало картинку: она бросается вперед, вгрызаясь длинными, кривыми клыками в шею и жадно лакая кровь.

Но она лишь улыбнулась, подходя совсем близко. Высушенные тонкие руки потянулись к Вальду, и он, всхлипнув, приник к ее груди. В каждом ее движении - в том, как она обняла его, погладила по волосам, - скользила невыразимая материнская нежность.

– Ты привел человека?
– в сухом шелесте не было угрозы, только обреченность. Вальд запрокинул голову, заглядывая в глаза матери.

– Она помогла мне вернуться домой, мама.

Безотрывный взгляд вампирши я вынесла с достоинством, даже не содрогаясь от ужаса, пронизывающего меня насквозь. Мне стали понятны полунамеки Айдена, который отговаривал меня от визита в гнездо кордов.

Отодвинув в сторону сына, она шагнула ко мне и властно приказала:

– Подойди, человеческая девчонка.

Помимо моей воли ноги двинулись вперед. Я пыталась остановиться, но не могла - оранжевые огонь в пустых глазницах заставлял меня делать один шаг за другим.

– Мама, не надо! Она помогла мне! Пожалуйста, мама!
– Вальд сорвался на крик, зная, что сейчас произойдет, но он не мог мне помочь. Две тени, бесплотные и сухие, подхватили его под руки, оттаскивая в сторону. Его надрывный плач отражался от стен, а я даже не могла двинуться с места. Не для того, чтобы спасти себя, нет, а чтобы успокоить ребенка, который, сам того не зная, заманил меня в ловушку. Теперь я стану кормом для его оголодавших сородичей.

От нее не пахло ничем, не смотря на пугающий облик, а я почти смирилась со своей судьбой. Когда вампирша оказалась на расстоянии шепота, я закрыла глаза. Оставалось только надеяться, что все будет быстро и безболезненно. Сейчас, вот сейчас…

Сухие губы нежно коснулись моего лба, оставляя легкий поцелуй.

– Спасибо, Лиззет. Второе испытание засчитано.

Я распахнула глаза, чтобы увидеть, как черный смерч с гибкой черной ножкой проходит сквозь мать Вальда, пожирая звуки вокруг.

Холодный ветер больно ударил меня в груди, подхватил над полом и вытолкнул наружу, на сырой песок, как тряпичную куклу.

Я смотрела в небо, разглядывая тусклые звезды, и вспоминала слова, отпечатанные в голове, как выжженное клеймо: “Второе испытание засчитано”.

– Лиззет!

– Сколько меня не было?
– я позволила Айдену поднять меня на ноги, чувствуя, как колени все еще дрожат.

– Не знаю, - Айден поморщился, как от боли, - несколько минут, может быть? Что там было?

Я заглянула ему в лицо. Он знал, это было очевидно. Но мне не хотелось устраивать скандал - выглядел Айден откровенно плохо. Неестественно бледный, на лбу выступил холодный пот, темные круги под глазами стали почти черными. Обхватив себя руками в тщетной попытке согреться, он трясся как осиновый лист - зуб на зуб не попадал.

– Что с тобой?
– я коснулась его плеча, но Айден дернулся в сторону, уворачиваясь от прикосновения.

– Немного устал, не страшно.

Я хмыкнула: не страшно, так не страшно. Это же Айден, капитан рыцарей Талла, его ближайший Советник. Что с ним могло случиться? Он на моих глазах переборол смерть!

Но вид корабля, медленно уходящего обратно в море, моя ухмылка моментально стерлась.

– Мирошник обманул нас! Они уплывают!

Айден неловко обернулся, успевая заметить, как, стоя на корме, Мирошник насмешливо помахал ладонью. Прощался с нами, оставляя на произвол судьбы на Северном Острове.

Совет дня: комментарии и лайки добавляют автору вдохновения и сокращают время ожидания новой главы ;)

Не сговариваясь, мы с Айденом рванули вперед. Перевернувшуюся лодку разнесло в щепки о прибрежные скалы, и ее обломки плавали на поверхности. Остановившись на краю, я с отчаянием смотрела, как корабль, словно издеваясь, медленно удаляется.

– Ну, нет, - процедила я сквозь зубы, без разбега бросаясь в объятия волн. Мне было наплевать, смогу ли я добраться вплавь до корабля, или же захлебнусь мутной зеленой водой с привкусом ила. Я должна была попытаться!

Айден не пытался возражать, кидаясь вслед за мной. Бороться с тяжелыми волнами, которые равнодушно и методично били в грудь, было непросто, но я видела перед своими глазами темно-бурую корму и не видела препятствий. Но хотела бы, чтобы все подчинялось моему желанию.

Соленые брызги разъедали кожу, и все раны, которыми было покрыто мое тело, горели огнем. Словно меня окутало невидимым, но ощутимым пламенем, которое обстоятельно пожирало меня сантиметр за сантиметром. Ноги стали тяжелыми, руки едва ворочались, разрезая толщу воды, чтобы продвинуться чуть дальше. И только бледное лицо Айдена, с запавшими глазами темнее морской глубины, не давало мне сил уйти на дно. Но силы покидали меня - силуэт Советника удалялся, приближаясь к пузатому боку корабля. Рваные паруса в нетерпении бились о мачты, сопротивляясь натяжению дряхлых канатов, которые натягивали, с криками и воплями, матросы на палубе