Чтение онлайн

– Прости меня за это, - прошептал он вновь, как тогда в ночи, стирая с моей руки знак Мертвой Головы. За что он сейчас извиняется? Но прикосновение губ к нежной кожи шрама ответило на все вопросы, которые жалили меня разъяренными осами. Я выгнулась дугой, не выдерживая остроты ощущений.

– Остановись!
– мой шепот прозвучал жалко, и я зажмурилась, стыдясь собственной трусости.
– Что скажет Талл? Ты же его ближайший друг…

В груди заболело еще сильнее. Айден поднял голову - растрепанные волосы заслоняли лицо, и я не могла увидеть, что на самом деле он чувствует. Темные пряди, свешиваясь, щекотали мое лицо.

– Ты права, - выдохнул Айден, отстраняясь, - Талл будет в бешенстве… Какая хорошая у него невеста.

Шатаясь, как пьяный, он рухнул на свою койку, закрыв лицо руками. Я лежала, не шевелясь, и прислушиваясь к его дыханию. Оно с каждой минутой становилось глубже и размереннее, но иногда прерывалось отчаянными всхлипами. Айдену снились кошмары - он содрогался всем телом, бормотал что-то и скрежетал зубами.

Выждав, я неслышно поднялась с кровати и выскользнула на палубу.

Надеялась глотнуть свежего воздуха и привести мысли в порядок. Я перестала понимать, что происходит. Мужчина, в которого я была влюблена… Испытывал ли он те же чувства? Стоило ли мне принимать поцелуи, если я предназначена другому? Выходить замуж за Талла я не собиралась, сюда я пришла только для того, чтобы вернуть дедушку и остальных жителей моего мира. Но до момента, когда я взгляну Таллу в глаза и откажусь от судьбы, предсказанной хрустальным яблоком и пророчеством, я была его невестой, хотела я тогда или нет. А потому, как бы я не была влюблена в Айдена, даже против своей воли, отвечать на его поцелуи я не имела права. Быть может, позже, - промелькнула в голове мысль, подсвеченная робкой надеждой, но я и сама знала ответ. И позже - ничего не получится. Проснувшись и получив, Талл вернет меня домой. У этой истории любви нет ни единого шанса на счастливое продолжение.

Ночной ветер встретил меня запахом соли. Я прикрыла глаза, ощущая дуновение морского бриза, ставшего ласковым и нежным, как котенок. В столь поздний час палуба была пуста - команда, как и их вероломный капитан, прятались по каютам. Корабль, ветхий и скрипучий, самостоятельно справлялся с тем, чтобы найти верный маршрут к большой земле. В нем было что-то, магия, быть может? В огромном пространстве зеленого, успокоившегося моря, корабль казался крошечным, словно игрушечным.

– Не спится?
– насмешливо уточнил голос за спиной. Мирошник встал рядом, как будто пытался проследить за моим взглядом. Он подкидывал на ладони мою серьгу, наслаждаясь тихим звоном, которым она отзывалась на каждое прикосновение.

– Тебе тоже, судя по всему, - я дернула плечом, смиряясь с его присутствием, - Мирошник? Или же правильнее будет - Вилф Красноглазый?

Капитан восторженно хихикнул, поворачиваясь ко мне. Ветер колыхнул кудрявую челку, блеснули в темноте ярко-алые глаза.

Совет дня: комментарии, лайки и подписки помогают автору творить чаще и плодотворнее ;)

– У меня много имен, - движением, полным достоинства, Мирошник отвел в сторону челку, которая упрямо лезла в глаза. Он смотрел на меня в упор, уже не скрываясь.
– Не удивлен, что ты догадалась. Но, цветочек, я сгораю от желания узнать - как?

– Видела твое лицо, - нехотя призналась я. Вилф или Мирошник, не важно, как его называть, суть от этого не изменится, стоял в двух шагах, а страха не было. Без своей маски он терял большую часть той жутковатой ауры, что окружала его при каждой нашей встрече, но шрам все равно кольнуло призрачным напоминанием о боли. Я прижала ладонь к горлу под насмешливым взглядом глаз, алых как кровь.

Мой ответ Мирошника немало встревожил:

– Видела? Меня?

– В одном из своих кошмаров мне привиделось твое лицо. Именно поэтому ты показался мне таким знакомым, когда мы встретились на причале. И все же, где маска?

Праздный интерес был утолен, Мирошник лениво пожал плечами, по старой привычке забираясь на бочки. Они для него были своеобразным троном, с которого она насмешливо созерцал меня сверху вниз. Глаза угрожающе багровели во тьме, пульсируя в такт сердцебиению.

– А как ты думаешь?

Я сердито нахмурилась - играть в игры мне надоело давным-давно. Время для них закончилось , когда острый клинок разделил мою жизнь на “до” и “после”. Вилф мог попытаться закружить меня словами, зачаровать, но, почему-то, не шевелил и пальцем. Только ветер, с горьким соленым ароматом, колыхал тугие кольца кудрей.

– Ты здесь, как напоминание о том, что идешь по пятам?

Мирошник тихо хихикнул, сцепляя ладони в замок и устраивая подбородок на колене:

– Прости за маленький обман. Хотя, если рассуждать глобально, что такое обман? Считается ли ложью, что я не нарочно ввел вас с Советником в заблуждение, касательно своей личности? Думаешь, меня когда-нибудь спрашивали: “Мирошник, дружище, имеешь ли ты отношение к великолепному, могущественному магу, чья красота славится везде и всюду?”

Он вопросительно уставился на меня, ожидая ответа, но я упрямо молчала. Стоит вступить с ним в полемику, и беседа будет длиться до бесконечности.

– Нет, не спрашивали!
– не дождавшись внятного отклика, Мирошник раздул щеки от негодования и фыркнул.
– А значит, и обмана никакого не было. А то, что я сам не спешу посвящать других в свое происхождение - так кто сможет меня за это осудить?

– Маска, - сквозь зубы процедила я. Вилф моргнул, с трудом вспоминая, о чем шел разговор.

– Ах, маска…Иногда мне хочется от нее отдохнуть.

Воспоминания о кошмаре, как липкие хлопья паутины, тут же всплыли в памяти. В моем сне маска, раскрашенная завитками и спиралями, мучила Вилфа, доводя его до сумасшествия. Она изводила его не хуже, чем сам Вилф издевался над жителями мира, которые остались без защиты, пока Талл дремал, набираясь сил и ожидая свое Невесту.

– К тому же, - беспечно махнул рукой Мирошник, словно говорил о чем-то будничном, - маска существует в единственном экземпляре, и на мои копии ее сила не распространяется. Сейчас это тело беспомощно, как котенок. Хочешь, убей меня?

Серьга из ладони пропала, сменившись коротким и широким ножом. По зазубренному лезвию пробегали волны, как будто металл жаждал крови до дрожи.

Мирошник протянул мне нож рукоятью вперед, без страха держась за обнаженное лезвие. Лукаво улыбаясь, он играл с клинком как с любимой игрушкой.

– Какой смысл?
– с вызовом произнесла я, жестом отказываясь от щедрого предложения.
– Ты же сам сказал, тело - обычная копия. Убью тебя - и ничего не изменится.

Мирошник заулыбался, словно мои слова его обрадовали. Нет, смерти он не боялся, определенно.

– Оригинал сейчас… - он прислушался, склоняя голову к плечу, как будто пытался подобрать верное слово, - занят. Очень занят. Иначе, прикончил бы тебя на месте. А я, так, игрушка, забытая создателем. Напоминание о днях, когда эксперименты с магией интересовали меня больше власти и могущества.

Голос стал почти печальным, и я бы даже поверила в его тоску, если бы не чувствовала на своем лице жар от взгляда алых глаз.

– О милосердии Вилфа Красноглазого ходят легенды, - я красноречиво обвела пальцем шрам, повторяя его четкую, выпускую полосу.
– И что, мне сделать, позвать Айдена? Устроить тебе масштабный допрос?