Чтение онлайн

— Хватит пока с тебя, — и пустую посудину у меня отобрали, — глаза открывай.

В этот раз попытка прозреть прошла более удачно и уже спустя пару мгновений я озирала окрестности. И первым делом мой взгляд наткнулся на мужские сапоги в метре от меня.

Сапоги, так же, как обутые в них ноги, принадлежали ни кому иному как Его Высочеству Майлсу Рейграну, герцогу Оорскому. Моему мужу, да снизошлют ему боги все возможные пинки Судьбы за наши приключения последних дней.

— Что с ним? — мой голос все еще звучал хрипло, но положительная динамика уже намечалась.

— Спит, — сообщила обладательница женского голоса. Я обернулась.

— Здравствуй, Несс, — поморщилась не только от вида женщины, сколько от солнечных лучей, бьющих прямо в лицо.

— И тебе не хворать, — отозвалась хранительница Подмирья. Женщина сидела на корточках у догорающего костра, на котором исходил паром большой чан и с бесконечной усталостью смотрела на меня. Вопросов не задавала, за что и заслужила мою горячую, но негласную благодарность.

Тем временем Рейгран зашевелился и едва слышно застонал.

— Ну наконец-то! — хмыкнула женщина, доставая из сумки бутыль и стакан и наливая новую порцию прозрачной жидкости. Видимо, той самой. Что пила и я.

— Йена… — тихо позвал архимаг.

— Здесь я, — отозвалась я, а Несс нахмурилась и, подойдя к Майлсу, пнула его носком сапога:

— Вставай! Некогда мне с вами рассиживаться, дел по горло!

Пока мужчина, кряхтя, как самый старый дед, садился и ополовинивал стакан, я огляделась ещё раз.

— Привет, Райенка, — подмигнул мне Лоен. Русал сидел, скрестив ноги, чуть поодаль, в силу чего и не попал в мое поле зрения в первый раз.

Я кивнула и сглотнула. Коты устроили из моего горла самый настоящий общественный туалет, что не добавляло оптимизма к сложившейся ситуации.

А ситуация была самая что ни на есть паршивая.

— Ты чегой в этот лес поперлась? — лесничий, кажется, вознамерился устроить мне допрос с пристрастием, — или одного намёка маловато?

— Как будто мне выбор предоставили, — огрызнулась я, отворачиваясь от подозрительно весёлого русала, - сказали ехать — я и ехала.

— А почему ехала, кстати? — оживилась Несс.

Вопрос, правда, предназначался Майлсу. И получил неожиданный ответ.

— Нужен был лекарь. На всякий, — Рейгран неопределённо пошевелил пальцами в воздухе и виновато уставился на меня, — прости, Райена, я не подумал.

— Как обычно… — пробормотал кто-то слева.

— Заткнись, - беззлобно фыркнул супруг.

Новая сторона света открыла моему взгляду Элькара. Лежащий лицом вниз архимаг не шевелился, но, как отказалось, отлично нас слышал.

— Как ты? — проявила вежливую жалость я.

— Нормально, — Элькар по прежнему не отрывал лица от земли, — вот Несс еще своего отварчика даст - и буду огурцом.

— Обойдешься, — хмыкнула хранительница, демонстративно завинчивая крышку фляги.

Это возымело действие. Архимаг оторвался от родимой землицы и умоляющими глазами уставился на женщину:

— Несс! Ну пожалуйста! Ну будь человеком!

— Страдай, — обрезала Несс, пряча флягу в сумку.

Архимаг издал сдавленный стон и снова упал лицом в землю.

Я вздохнула - ситуация больше всего напоминала студенческую вечеринку на следующее утро после обильного возлияния. А ведь так, по сути, оно и было - в моей голове ещё был жив рассказ Майлса о том, что они с Элькаром и Несс - бывшие однгруппники. И только мы с Лоеном каким-то боком притесались к этому празднику жизни.

— Ветром прибило, — хмыкнул лесничий,добродушно улыбаясь в пышные усы. Я смущено моргнула - видимо, последнюю фразу я сказала вслух.

— Не вслух, — и новая улыбка.

Я сглотнула.

— Лоен обладает талантом иногда лезть не в свое дело, — вкрадчиво сообщил Майлс, — но он очень сожалеет и извиняется. Да ведь?

— Да ведь, — загрустил русал.

— А ещё он помнит, что нам пора ехать. Да ведь?

— Да ведь, — вздохнул лесничий и поднялся на ноги, — поезжайте вперед, а мы задержимся. С этим, — и он кивнул на лежащего архимага. — К сожалению, это надолго.

— Я не встану, — подтвердил Элькар.

***

Узкая тропинка, ведущая от поляны в заросли дубровника, неожиданно вывела нас на небольшой луг с коновязью. Мой верный друг, пожилой Гори, приобретённый на последние деньги где-то на границе с Валигуром у очень подозрительного даже на вид юшца, оторвал голову от поилки и приветственно заржал. Я улыбнулась и нащупала в кармане кусок сахара:

— Держи.

Бархатистая морда ткнулась в мою ладонь. Положив руку на тёплую лошадиную шею, не удержавшись, я уткнулась лицом в нечесанную гриву. И вздохнула, услышав резонный, в общем-то, вопрос:

— Поговорим?

— Нет, — не отрывая лицо от лошади, я покачала головой.

— Может, всё-таки…

— Нет.

— А потом?

— Тоже нет, — я вздохнула и наконец перестала быть с Гори одним целым, — Майлс, нам не о чем разговаривать.

— Знаешь, Йена, необязательно отращивать колючки каждый раз, когда мы расстаёмся на какое-то время.

— Ежом родилась - ежом и помру, — отбрила я майлсов порыв души, — я вообще тебе в попутчики не навязывалась.

— Ну конечно, — в мужском голосе прорезались веселые нотки, — ты всего лишь своими ногами пришла на мою свадьбу и стала моей женой - по собственному желанию, между прочим. И первую брачную ночь, кстати, провела в моем доме.

Неожиданное заявление заставило меня развернуться. Так и есть - улыбается, гад. И улыбка, главное, такая… ехидная.

— И что с этого? — воспоминание о пухлых младенцах на потолке спальни, в которой я ночевала всю ночь, заставило меня содрогнуться, — это в наше время ничего не значит.

— Возможно, — не стал спорить мужчина и, прищурившись, уставился на меня подозрительно добрыми глазами.

Кстати, о глазах.

Седельная сумка отцепилась во второго раза. Неаккуратно плюхнув её на землю, я закопошилась в вещах. Так… кошель - мимо. Теплые штаны, носки… Палец царапнул что-то металлическое, холодное. Зацепив пальцами, я потянула находку наружу.

Маленькое зеркало в тусклой бронзовой раме с завитками, выполненное в форме солнца, приветливо отразило луч и брызнуло солнечным зайчиком в темную крону ближайшего дерева. Молясь всем богам, чтобы моя догадка осталась лишь догадкой, я поймала взглядом свое отражение.

Зеркала врать не умеют. Жаль. Закусив губу, я чуть ли не со слезами на глазах рассматривала себя в зеркале и понимала: там, в храмовом хранилище, бить архимага ногой по лицу надо было сильнее.

Из зазеркалья на меня смотрела смуглая худощавая девушка. Растрепанные темные волосы обрамляли лицо, за последние дни покрывшееся россыпью веснушек. Мазок сажи на щеке наводил на мысли о недавнем кострище. Льдисто-серые, очень светлые глаза довершали картину.