Чтение онлайн

Пошевелив бровью, мол, здесь нечего обсуждать, я отвела взгляд, а когда снова посмотрела в сторону двери, Вилоры уже не было.

– Лотти!
– позвала я громко. – Если сейчас же не встанешь и не поможешь мне переодеться, прикажу призракам вернуться – будешь лежать в обмороке до посинения.

– Да, госпожа! – подскочила на ноги служанка. – Уже несу платье, госпожа! – И проворчала себе под нос словно нарочно так, чтобы я слышала: - И чего угрожать, спрашивается? Можно подумать, вы без доброй умелой Лотти сможете хотя бы переодеться.

Пока Лотти помогала мне с одеждой и прической, я вспоминала свой последний сон.

Значит, у его светлости была невеста... Занятно, но один из предыдущих снов довольно недвусмысленно давал понять, что Дайнари была возлюбленной герцога, так же, как он был ее возлюбленным. И вдруг... невеста?

Но самое интересное заключалось в другом. В том, что у невесты его светлости было лицо одной из участниц нынешнего Проклятого отбора. И как это понимать?

С каждым новым сном я узнавала все больше подробностей, которые так или иначе были связаны с его светлостью и Дайнари – двумя учениками Орвина Даркина.

Однако... сегодняшний сон немного отличался от предыдущих. Перед тем, как я погрузилась в сон-воспоминание, и когда вынырнула из него – оба раза я слышала одинокий плач, который принадлежал странному существу – сияющему, словно морской розовый жемчуг. И почему мне кажется, что это существо мне знакомо?

Нахмурившись, я изо всех сил напрягала память. Где же я его видела? Розовое и сверкающее, как перламутр, тельце... Хвостик...

«Подарок! – осенило меня. – Это же подарок моих зубастеньких русалок!»

Существо, которое я получила в награду за то, что прошла первое испытание. Существо, которое волшебным образом просочилось внутрь меня, но ни разу за все это время не подавало признаков своего присутствия.

Стоп.

«Думай, Сусанка, - велела я себе. – Когда впервые тебе приснился сон, в котором ты была Дайнари? Случайно не после первого испытания?»

А ведь точно! Сон, в котором я смотрела глазами Дайнари на Орвина Даркина, который говорил о призыве демона и необходимости спасти Равель... Это случилось именно тогда – в первую же ночь после испытания в пещере.

А теперь проникшее в мою грудь существо впервые дало знать о своем присутствии... во сне.

Это связано. Должно быть связано.

Это странное существо внутри пробуждает во мне... воспоминания Дайнари?

Подарок за прошедшее испытание...

Кто-то хочет, чтобы во мне пробудилась память Дайнари? Кто-то хочет... воскресить прошлое? И кто же это?

Его светлость? Не думаю. Он и сам лишен воспоминаний – не раз говорил об этом. Тогда кто еще это может быть?

Мои размышления прервал стук в дверь. Переодевание было закончено, и я велела Лотти:

– Открой.

На пороге стоял дворецкий его светлости Силуян. С почтительным поклоном он произнес:

– Госпожа, распорядитель Тильман собирает невест с целью объявить о следующем испытании...

В этот раз невест собрали не в большом зале, как это было при Гранвиле, а в отдаленной гостиной. Следуя за Силуяном, я с нетерпением предвкушала встречу с Сайей Даркин. Какой будет ее реакция, когда она меня увидит? Если это она была той, кто столкнул Альвину в море – а я ни на йоту не сомневалась, что это она, - то она должна себя выдать.

Когда мы пришли, Силуян открыл двери в гостиную и жестом пригласил меня войти внутрь. В тот момент, когда я появилась в гостиной, служанка предлагала невестам какое-то питье – возможно, воду, в тесной гостиной было довольно душно.

Мой взгляд искал и в мгновение ока нашел самую красивую из невест – Сайю Даркин. В тот же миг она повернула голову к двери, и наши взгляды встретились.

Магичка мягко улыбнулась и, кивнув мне, отвела взгляд.

Ничего.

Признаться, поведение Сайи на мгновение выбило меня из колеи. Никакой реакции. Однако... либо у Сайи не нервы, а стальные канаты, либо... Возможно ли, что еще до того как прийти сюда, она уже знала, что этой ночью совершила ошибку? Каким-то образом знала, что вместо меня погибла Альвина Мизан.

Звон разбившегося стекла заставил меня забыть на миг о Сайе Даркин. Бросив взгляд в ту сторону, откуда донесся звук, я увидела стоящую с поднятой рукой и словно сжимающими что-то невидимое пальцами Ойвию Лантини. У ног невесты-плаксы в небольшой лужице были разбросаны осколки стакана, а сама Ойвиа смотрела на меня потрясенным взглядом.

В голове у меня будто созрела, но не успела еще оформиться какая-то мысль, как я услышала голос:

– Распорядитель Тильман...

Перехватив взгляд Сайи Даркин и Анетты Ливис, которые в этот момент тоже смотрели в мою сторону, я догадалась повернуться.

За моей спиной, на пороге гостиной, стоял уже знакомый мне человек – усы-щупальца, закручивающиеся колечками, волосы, чуть длиннее, чем у слуг замка, но недостаточно длинные для аристократа, устремленный на меня изучающий лукавый взгляд.

Потрясение плаксы Лантини было вызвано не моим появлением. Пожалуй, сейчас я могла бы согласиться – было в Тильмане что-то отталкивающее, скрытое и даже слегка... пугающее. По крайней мере, пугающее ровно настолько, чтобы нервная Ойвиа выронила из рук стакан при появлении этого человека.

Я отошла в сторону, пропуская Тильмана, и он, не задерживаясь, прошел мимо меня в глубь гостиной.

– Рад, что все вы, соэллы, собрались здесь и не стали подвергать сомнению мои полномочия. Это сильно усложнило бы дело, - хрипло произнес Тильман; сложив руки за спиной, он пересек комнату и остановился перед невестами. – Как вы все уже знаете, сегодня я собрал вас, чтобы объявить третье испытание. Но прежде, чем я это сделаю, мне хотелось бы поделиться с вами моими наблюдениями.

Невесты переглянулись между собой.

Это что-то новенькое, думала я. Гранвилю, помнится, не приходило в голову вести беседы с невестами, ему достаточно было лишь нас стращать до потери сознания. Что же Тильман собирается рассказать?

– Наверное, вы будете удивлены, если я скажу, что наблюдаю за Герцогским Отбором уже много лет, - произнес Тильман.

Я насторожилась.

– Но это правда, - продолжал распорядитель. – Я видел всех невест его светлости, всех победительниц каждого отбора, ставших герцогинями.

Мое удивление росло. Неожиданно, однако.