Чтение онлайн

— Если ты считаешь меня ребенком, то ты ошибаешься, — она постаралась как можно сильнее выставить напоказ свою небольшую грудь. — Я вполне женщина. И ничем не хуже моих подруг.

— Каких еще подруг? — он думал о Гайе, которую вынужден был оставить одну в камере, разве что попросил пробегавшего мимо Вариния присмотреть, но Вариний же бегал не просто так, а под руководством своего наставника, вредного сухопарого иллирийца, заменившего внезапно выкупившегося галла.

— Подруг? — с вызовом спросила Юлия, картинно подбочениваясь. — Моих. С которыми мы приехали сюда развлекаться с гладиаторами.

— О ужас, — он сел на ближайший к нему клисмос, сжав виски пальцами. — И много вас?

— А ты бы хотел всех? — она попыталась быть нарочито развязной, но у нее не получалось и голос срывался.

— Прекрати! — он тихо и уверенно рявкнул на нее, потому что видел такой кураж у молоденьких, еще не побывавших в настоящем бою воинов, и зачастую это был их первый и последний бой.

Но она не унималась:

— Я все понимаю. Конечно, эта Невеста смерти настоящая красавица. И она зрелая и умелая женщина, она знает, как доставить удовольствие в постели. А меня ты считаешь ребенком. Раз так, то я пойду к тому, кто так не считает. В конце концов, это я здесь деньги плачу.

И девушка развернулась, чтобы позвать управляющего. Он метнулся к ней и накрыл руку, уже готовую дернуть колокольчик:

— Не смей!

— Кто ты такой, чтобы мне приказывать?

И вот тут он понял, что не владеет собой. Ярость, досада, нежность и волнение смешались в одну безумную смесь в его так долго жившем только сражениями сердце, оно ухнуло, замерло и понеслось. Рагнар обхватил ее обеими руками и начал целовать, постепенно снимая с нее все эти покрывала, какие-то пояски и ленточки, развязал мягчайшие ремешочки ее сандалий, подхватил обнаженное девичье тело на руки, целуя каждый куточек ее нежного, пахнущего цветами тела.

Рагнар остановился только в самый крайний момент, когда осторожно уложил замершую в его ладонях Юлию на вздыбленную взбитой периной простыню и увидел, что ее тело как будто светится изнутри теплым розоватым светом.

Он шумно вздохнул и выпрямился, содрогаясь от осознания того, что едва не сотворил с этой наивной девочкой. Но девочка и правда оказалась не столь наивна. Или наоборот, наивна до такого предела, который он себе и представить не мог. Она приоткрыла длинные пушистые ресницы и посмотрела на него:

— Что же ты остановился?

И тут ее внимание привлек нависший над ней его восставший против всякой воли и здравого смысла орган.

— Что это? — с восторгом и ужасом спросила замирающим голосом Юлия и дотронулась до него пальчиками.

И вот тут он рухнул со стоном плашмя во весть рост поперек кровати — как стоял, так и упал.

Юлия вскочила на ноги, топча подушки:

— Что с тобой? Я сейчас позову на помощь. Тебе нужен врач?

— Топор мне нужен, — простонал он, не решаясь перевернуться на спину.

— Зачем? — не на шутку испугалась она.

— Дрова рубить! Врагов рубить! Голову свою самому себе снести!

— Нет, погоди! — она с неизвестно откуда взявшейся силой перевернула его лицом к себе. — Я пришла казать тебе очень важные вещи. Твоя рука… Я рассмотрела в тот раз, пока ты спал, все узоры. И даже зарисовала из в кодикиллус. А на днях сходила в библиотеку. И нашла ответ на свои вопросы! Ты мне и правда снился! И я теперь знаю, кто ты!

— Знаешь, я тоже знаю, кто я. И память не терял. У меня ни одной раны в голову еще не было.

— Послушай меня, — и она рассказала ему о своих снах про воина с черной от надписей рукой.

Он сел на кровати и потер лицо обеими руками — только что, перед тем как его вызвали снова «ублажать заказчицу», он говорил об этом с Гайей…

— Да, и именно поэтому я и стала приходить сюда. И еще… Еще для того, чтобы все таки убедиться, что не ошиблась. И Невеста смерти — это центурион из дядиного отряда. О всеблагие боги, как же все перемешалось!

— Вот уж по-другому не сказать! Если все так… Тогда понятно, почему я могу думать только о тебе.

— А я о тебе.

— Прошу тебя, Юлия, не подвергай себя опасности. Не приходи сюда больше. Я действительно не могу без тебя, и уже знаю, как люблю тебя. И от этого еще страшнее потерять тебя. Наберись терпения…

— Что?! Это та же песня, что пел мой дядя десятилетиями тетке! И теперь она одна, все так же ждет его вечерами и даже ночами, а он спасает Ойкумену! А кто спасет тетку Гортензию?

— Ты. Будь рядом. Помоги ей не быть одинокой.

— Мы сейчас не о ней. А обо мне. Я не могу и не хочу только ждать! Я хочу быть с тобой вместе.

— Это невозможно. Я презренный раб, гладиатор. И моя жизнь может оборваться даже завтра.

— Подумаешь! А в отряде моего дяди воины. И они тоже и гибнут, и раны получают, хотя вроде и служба такая престижная, завидная, в столице. И что? Они даже женятся, и зовут его на свадьбы. И продолжают служить.

— Знаешь, если бы я был на своем месте и был бы свободен, тоже предложил бы тебе жениться. Но не в этих условиях… Прости… Не порти себе жизнь.

— Таранис! — Рениту трясло как в лихорадке.

Она прекрасно помнила угрозы Вульфрика в адрес Тараниса, но вчера не решилась сказать ему, а вот сейчас произошло непоправимое. Врач не боялась за себя лично — скорее, гадливое чувство, то, которое заставляет нас стараться обойти оказавшуюся на пути кучу испражнений. Ренита прекрасно понимала, что, окажись она в постели Вульфрика, будет больно и стыдно, но жизнь не закончится. Она даже больше боялась за Гайю — она такая гордая, что не будет тихо лежать, сжимаясь от страха и боли, как решила поступить Ренита для себя. Она знала, что Гайя будет биться до последнего, и Вульфрику в лучшем случаем случае достанется ее им же изуродованный труп. Но, скорей всего, Гайя убила бы Вульфрика — элементарно даже зубами бы в шею вцепилась, если бы спеленал своими руками и ногами. И тогда казнили бы и ее…

Ренита вылетела во двор, где уже стоял крик надсмотрщика и несся через двор Требоний и несколько урбанариев из числа охраны лудуса. Один из подоспевших надсмотрщиков крутил руки Тараниса, а второй вцепился в длинные волосы мужчины так, что почти согнул его назад до земли. Вульфрик тяжело поднимался с земли, вытирая рукой кровь, стекающую из рассеченной губы.

Ренита почувствовала легкие шаги за спиной и не успела обернуться, как мимо нее пронеслась Гайя в развевающейся окровавленной простыне.