Чтение онлайн

— Это тебе Дан сказал? — в взгляде Брейта стыло неподдельное недоумение. — Про «немного потерпеть» и про то, что намерен с тобой расстаться?

— Ну да. Сразу, как только связь оборвется.

— А ты сама? Ты этого хочешь?

В памяти промелькнуло лицо Дамиана. Синие глаза, в которых, если долго всматриваться, начинаешь тонуть. Улыбка, от которой дух захватывает. А потом всплыло другое видение — голый демон в одной набедренной повязке, а еще имя… Микаэна, и я, тряхнув головой, уверенно ответила.

— Разумеется, хочу.

И снова повернулась к арене, краем уха уловив тихое, почти на грани слышимости:

— Что ж, может, это и к лучшему.

— Брейт, — предостерегающее от Террелла.

И в ответ упрямое:

— Он собирается отказаться.

Дальше я уже не слушала, полностью поглощенная тем, что происходило на поле, а там творилось нечто невероятное.

Противники перешли на запредельные скорости, двигались все быстрее и быстрее и практически растворились в воздухе, исчезли, превратившись в два вихря — снежный и пламенный. Они кружили бок о бок, сталкивались, разлетались, чтобы, снова рванувшись друг к другу, слиться в один голубовато-оранжевый смерч.

Невероятно. Головокружительно. Ошеломляюще — до мурашек на коже. Я даже невольно поежилась.

Это движение не осталось незамеченным, но было явно неправильно понято. Брейтон придвинулся, осторожно коснулся моих плеч, и по телу заструилось тепло, обволакивая уютным коконом. Надо же, снежная магия и согревать может?

И огненно-ледяной смерч на арене распался.

Дамиан развернулся в нашу сторону, на мгновение, нет, на долю мгновения останавливая взгляд на ладонях Брейта, что лежали у меня на плечах, но Громовержцу этого хватило. Быстрый выпад — и меч Дана отлетел с сторону, выбитый из его руки мощным ударом.

Противники замерли…

Удар сердца.

Еще один.

И Лерой опустил свой меч, дезактивируя его.

— Неплохо, — пробасил он. — Действительно, неплохо. Давно я так не развлекался. Мда… Давненько. Но над концентрацией придется серьезно поработать. Спасибо за бой… демон.

— И вам, командор.

Противники, склонили головы, благодаря друг друга, но Дамиан выпрямился на мгновение раньше прадеда. На его губах появилась и тут же растаяла улыбка. Лукавая такая, победная. Словно это он вышел победителем из схватки. Хотя… Если он специально позволил прадеду выиграть, тогда все встает на свои места.

Вот ведь… демон.

К нам Дамиан не вернулся. Поднял голову, нашел взглядом Террелла с Брейтоном, и те, коротко кивнув, тут же поднялись.

— Перерыв. Десять минут, — объявил Терри, и они двинулись к брату, который остался на краю поля вместе с Лероем, что-то горячо обсуждая.

Прадед сосредоточенно слушал, вопросительно поднимал брови, хмурился, улыбался — скупо, но одобрительно, а потом говорил, время от времени энергично разрубая воздух открытой ладонью. И тогда уже слушал Дамиан — не менее внимательно и серьезно.

За годы нашего вынужденного и весьма тесного общения я видела прадеда разным: строгим, насмешливым, разгневанным, назидательно-поучительным, благодушно-веселым. Но впервые наблюдала вот таким: сдержанно-суровым и заинтересованным. Очень заинтересованным А еще… похожим на Дамиана.

Да, несмотря на все различия, внешние и внутренние, на то, что один был огненным демоноборцем, а другой — снежным демоном, эти двое имели что-то общее, какое-то неуловимое сходство. Передо мной стояли два прирожденных командира, пусть пока и вражеских армий.

— Привет! — раздался сбоку знакомый голос, и рядом, переключая на себя мое внимание, опустился Нейтон.

— Давно не виделись, — не очень любезно буркнула я, все еще злясь на боевика за утреннее представление.

Но Нейта более, чем прохладный прием не остановил.

— Я остаюсь в академии на Ночь Всех Магов, — доверительно поделился он, наклоняясь ко мне.

— Вот как? А как же большой королевский прием? Что по этому поводу думают твои родители и его величество?

— Я уже достаточно взрослый, чтобы самому принимать решения, — неожиданно зло отчеканил внук Гилберта Пятого.

— Как знаешь, — я рассеянно пожала плечами, продолжая наблюдать за Лероем и Дамианом.

Планы Нейтона меня мало интересовали. Отрываться от арены не хотелось, но Траэрн перехватил мою руку, потянул на себя, настойчиво сжал, и я нехотя развернулась, вопросительно поднимая брови. Руку тоже попробовала вернуть. Не получилось.

— Керри…

— Послушай, Нейт, если ты опять о… том же, что и раньше, то давай хотя бы не сейчас, а? — Я поморщилась, не оставляя попыток вывернуть пальцы из захвата.

Бесполезно, Нейтон не дал освободиться. Стиснул мою ладонь еще сильнее, поднялся, расправил плечи, вскинул подбородок и громко, отчетливо произнес:

— Керрис Аркентар, ты пойдешь со мной на бал в Ночь Всех Магов?

Нас словно пологом молчания накрыло, такая вокруг разлилась тишина. Невероятная, оглушительная, в буквальном смысле этого слова. Для меня, так уж точно. Похоже, окружающие даже дышать перестали.

А боевик застыл, напряженный, как натянутая тетива, — еще секунда и сорвется. И я тоже оцепенела.

Что же делать?

Нет, я прекрасно понимала, почему Нейт сделал свое поистине сногсшибательное предложение именно сейчас, да еще так намеренно, чтобы его обязательно услышали посторонние.

Этикет, Шакс его побери. Все дело в этикете.

Одно дело — беседа наедине, она касается только двоих, тут и отказать можно, и спокойно принять отказ, ничего в этом страшного нет. Те, кто не уверен в ответе, задают такие вопросы без свидетелей. Так принято. И только давно сложившиеся влюбленные пары ведут разговоры открыто, ничего не опасаясь. Потому что открыто, на публику — это же совсем другое дело. Это уже вопрос чести.

Отказать Нейтону прилюдно — значит, нанести оскорбление. И не кому-то там, а наследнику королевской крови, то есть, фактически, Траэрнам. Нейт знал, что делает, и, да — поступил подло. Но мне от понимания этого, было не легче.

Тишина сгустилась, стала почти зловещей, лицо Нейтона начало темнеть, губы сжались в тонкую полоску, а я все медлила, не представляя, как поступить.

Скандала, который неминуемо последует за отказом, не хотелось категорически. Но соглашаться на предложение, которое мне сделали, фактически загнав в угол, хотелось еще меньше. В конце концов, я Аркентар, истинная Аркентар, что бы там ни говорили. Родовое пламя избрало меня своей хранительницей, и никому не позволено так нагло меня шантажировать.