Чтение онлайн

Вдохнула полной грудью, прикрыла на мгновение глаза…

Как же сложно решиться сделать шаг с крыльца!

Теперь, когда я знаю, что ухожу так надолго. И понимаю, что дом… он всё-таки был мне дорог. Столько воспоминаний… по нему как будто до сих пор бродит моя старенькая бабушка, ищет очки. И кажется, что слышу покашливание деда Жиона. А вдруг и правда, к моему возвращению дом совсем обветшает? Что я буду делать?

– Готова?

Меня подхватили за талию и одним движением переставили с крыльца вниз.

Вот и не пришлось делать шаг. За меня его сделали.

Бьёрн забрал из рук узелок, который получился на удивление увесистым. И в то же время… таким маленьким, что даже странно. Вся моя жизнь уместилась в куске ткани.

– Ты в этом собралась ехать? – он скептически оглядел мой плащ и заношенные ботинки, которые выглядывали из-под слишком короткого подола.

Я смутилась, переступила с ноги на ногу.

– Больше не в чем.

– Ясно. Найдём тебе что-нибудь при первой же возможности. А пока… видимо, придётся что-нибудь придумать, чтоб греть тебя по дороге, - он подмигнул, и я почувствовала, что заливаюсь краской. Возможно, у меня уже развилась ненормальная подозрительность, но такое чувство, что мой странный супруг как-то чересчур с энтузиазмом воспринял наш договор. И теперь мне в каждом его слове чудился двойной подтекст.

Бьёрн тем временем подтолкнул меня вперёд по основательно вытоптанному множеством ног двору.

А потом мне на плечи приземлилась увесистая рука. Чуть коленки не подогнулись под тяжестью этого бугая.

– И о чем ты, интересно, сейчас подумала, м-м-м? – мурлыкнули в ухо. – Я-то хотел тебе эликсир согревающий дать. Моя тётка изобрела, она у меня бывший друид. А вот ты чего зарделась, как маков цвет? Неужели я поторопился хвалиться своей целомудренной женой? И у моего цветочка в голове бродят… совсем… не целомудренные мысли?..

– Дурак… - Я отпихнула его голову и кое-как вывернулась из смущающих объятий. А то, кажется, на мою шею снова покушались. И далась она ему! Зачем вообще это надо, туда лезть? Я никак не могла привыкнуть к таким повадкам.

Потом сообразила, что путешествовать-то нам, судя по всему, верхом на Клыке.

Оно и само по себе событие из ряда вон. А если учесть, что седло на котике одно…

Я так живо себе это безобразие представила, что остановилась в ступоре посреди двора, пока Бьёрн энергично шагал вперёд. И где, кстати, котик? Надеюсь, не отправился вслед за жителями деревни, завтрак себе искать… там некоторыми если позавтракать, несварение заработать можно.

– Мр-р-р-р-р… - сзади мне в плечо ткнулась здоровенная лохматая голова, потёрлась, едва не сшибив с ног, напрашиваясь на ласку. Всё ещё робея, я осторожно погладила пушистую морду, провела по серебряному лбу, усеянному тёмными пятнами, почесала за ухом…

– Мне уже можно начинать ревновать? – улыбнулся Бьёрн, возвращаясь ко мне. – Нет, вы только поглядите на неё! Родному мужу столько ласки не досталось!

– Ты специально издеваешься? – возмутилась я.

– Ещё бы! – его улыбка стала возмутительно широкой. – Так, ладно. Клык, хватит прохлаждаться, мы уходим!

Кот посмотрел беспокойно на хозяина, потом на меня. Чёрный кончик длиннющего пушистого хвоста нервно дёрнулся.

– Да не переживай ты так, разумеется, она с нами! – снисходительно пояснил Бьёрн.

Серебристые глаза вспыхнули, и котяра кинулся облизывать мне лицо шершавым языком. Я смеялась и отпихивалась. От избытка чувств меня чуть не уронили.

– Осторожно, не помни мне жену! – засмеялся Бьёрн.

– А он что, у тебя человеческую речь понимает? – удивилась я.
– Как он понял, что я еду с вами?

Бьёрн пожал плечами.

– Клык со мной с самого детства, росли вместе. Так что думаю, понимает.

Я колебалась мгновение, а потом всё-таки предложила:

– А давай… мы ему кур моих отдадим? Мне, конечно, жалко птичек, я им всем имена давала, они меня от голода спасали яйцами своими… но всё равно уходим ведь! А котику есть много надо…

– Не станет он твоих кур есть, - покачал головой Бьёрн. – Он у меня домашнюю птицу не трогает принципиально. С котёнка так приучен.

– Ну… так давай хоть одну забьём в дорогу! Жаль, много мяса не взять, испортится… но хотя бы на день же нам хватит?

– Оставь, Фиолин! Это сколько мороки сейчас – ощипать, сварить… я здесь ни минуты лишней оставаться не намерен. И вообще, яблоки твои недоспелые с подоконника прихватил, перебьёмся! Сказал же, кое-что в котомках ещё осталось, протянем первое время. Не внушают мне доверия твои любезные односельчане, извини. Смогу расслабиться только, когда Долина останется позади. Так и жду удара в спину.

Мне тоже было тревожно. И хотелось как можно скорее уйти из деревни…

Я вздрогнула, когда моя ладонь вдруг оказалась в его – широкой и горячей. Под разговор, пока я отвлеклась, он каким-то образом умудрился взять меня за руку, переплетя пальцы со своими, и теперь настойчиво тянул за собой к выходу за околицу.

Это он зря, конечно. Потому что я тут же потонула в непривычности ощущений, и уже практически не слышала, что говорит.

– Какой умный у тебя котик! – сказала я вслух невпопад. Барс мордой отворил калитку и уже ждал нас снаружи.

– Эти барсы – непростые звери. Давным-давно мой далёкий предок заключил с ними договор о дружбе. Ночные стражи были первым кланом в Таарне, который смог приручить этих непокорных созданий. Правда, я не люблю называть это «приручением». Мы с Клыком как братья. – Бьёрн пропустила меня вперёд и закрыл за нами калитку, а потом добавил: - Хотя у меня и родные тоже имеются.

– У тебя есть братья? – удивилась я.

Он страдальчески закатил глаза:

– Целых четыре штуки. И две сестры! Я же говорил, я старший.

Он отпустил мою руку и стал деловито поправлять упряжь на Клыке, подтягивать ремни. Кот терпеливо опустился на землю брюхом и пережидал, только дёргал кончиком хвоста в нетерпении.

А я ужасно удивилась и подумала – интересно, каково это, когда такая большая семья… Смутилась немного.

– Наверное, твой папа очень любит твою маму.

Бьёрн тепло улыбнулся, привязывая мой узелок в поклажу.

– Ага. Он её завоевал на поединке. Она не из Таарна, иностранка. Папа её издалека привёз. У нас, похоже, семейная традиция такая, - пробурчал себе под нос.

У меня щёки заалели.

– Что-что?

Кажется, я не совсем расслышала.

– Да так, ничего! – усмехнулся Бьёрн.
– Говорю, отец мой тоже путешествовать любил! Ему всё дома не сиделось. Пока не появился я. Так, всё! Лезь давай.

Я с опаской посмотрела на мохнатую громаду передо мной.