Чтение онлайн

– Куда угодно, – глухо пробормотала ему в волосы.

Он оторвал меня от себя. В синих глазах были грусть и нежность.

– Тогда поехали.

Мы встали на ноги. Я от смущения почему-то не знала, куда деть глаза.

Бьёрн бросил странный взгляд на камень, который я по-прежнему сжимала в руке.

– А вот это давай-ка я у тебя возьму и сам понесу? Вдруг в нём причина?

Я испугалась и спрятала камушек за спину.

– Не-не-нет! Если он и правда причина всего, ни за что тебе не отдам! Не дай бог проклятие на тебя перейдёт!

– Какая заботливая у меня жена… - проворчал Бьёрн, а потом незаметно потянулся рукой мне за спину и вытащил камень из замерзающих пальцев.

Я только рот успела открыть от возмущения.

– Да не бойся ты! Отдам, когда разберёмся, что это. Возможно, там, куда я иду, и тебе смогут помочь. А пока… пусть временно у меня побудет. За сохранность не беспокойся. Я всё равно в ближайшее время от тебя никуда не денусь, забыла? – подмигнул он и подсадил меня в седло.

Я бросила тоскливый взгляд на груду чёрных валунов, когда она стала удаляться.

Прощай!..

Без камня на шее были очень непривычные ощущения.

Я чувствовала себя так, будто волосы обрезала. Или какой-то части тела не хватало.

И в то же время… непривычная лёгкость во всём организме.

Мерная тряска Клыка меня убаюкала, и я уснула на плече у Бьёрна, который смотрел зорким взглядом на бескрайние снежные равнины впереди и напряжённо о чём-то размышлял.

***

Проснулась под вечер с ужасно тяжёлой головой, поняла, что с удовольствием проспала бы ещё сутки.

– Где мы? – спросила Бьёрна, зевнув.

– Скоро приедем туда, где можно будет переночевать, если я правильно оценил расстояние.

Я огляделась. Дневной свет постепенно угасал. Клык быстрой рысью передвигался по заледеневшему руслу какой-то реки. По правую и левую руку от нас поднимались плавно припорошенные снегом берега, тут и там из сугробов торчали голые ветви красного кустарника или свисали унылые сучья плакучих ив, на которых торчали остатки сухой листвы.

Вдруг я поняла, что скучаю без камня.

Как-то грустно стало.

– Можешь… отдать обратно?

Бьёрн вопросительно поднял бровь, и я пояснила:

– Мне самой ведь ни разу не причинил вреда мой камушек. Так какая разница, где именно он с нами едет. Отдашь?

Поколебавшись, Бьёрн вытащил его из седельной сумки и вложил в мою протянутую ладонь. Проворчал недовольно:

– Это твоё, как я могу не отдать? Но мне по-прежнему очень сильно не нравится вся эта ситуация.

***

Когда совсем стемнело, русло реки влилось в какую-то реку крупнее, куда Клык не пошёл. Быстрыми прыжками выбрался на крутой берег… и я с огромным удивлением увидела стоящее на берегу массивное двухэтажное здание под двускатной крышей, из окон которого лил яркий свет. Слышались весёлые голоса людей, доносились отзвуки музыки… из трубы вился дымок, тянуло невероятно вкусными запахами.

– Что это?
– Волнуясь, спросила я.

Бьёрн улыбнулся.

– Ну наконец-то! Значит, я правильно сориентировался. Скоро сможем отдохнуть в человеческих условиях.

– Ты бывал уже тут? – спросила я, пока он спешивался и помогал слезть мне.

– Я – нет. Но дядя мой в молодости путешествовал в этих местах и начертил мне карту. Сказал, что здесь должна быть таверна на перекрестке путей. Рад, что он не ошибся.

Когда мы подошли ближе, я увидела вывеску, написанную на общем языке, на котором говорили и в Долине.

«Тощий поросёнок».

Вывеску сжимал в копытцах аккуратно выпиленный из суковатой доски улыбающийся свин с задорно поднятым пятачком, по упитанным бокам которого, правда, нельзя было сказать, чтоб он был таким уж тощим.

Бьёрн распряг Клыка и тихо отдал ему приказ поохотиться до утра.

Упряжь и поклажу отдал подбежавшему парнишке, который тут же куда-то её уволок, просияв от радости, когда получил монетку.

Через приоткрытую дверь на снег падал прямоугольник света. Голоса чужих людей, гомон и музыка стали громче. Я окончательно заробела.

Бьёрн обнял меня за плечи и подтолкнул вперёд.

***

Хозяин таверны, вопреки названию его заведения, тоже был очень даже упитанным. Он выбежал на порог нас встречать, отирая руки полотенцем. Цепким взглядом окинув с ног до головы Бьёрна и меня, раскланялся, расплываясь в улыбке.

– Приветствую, господин! Чего изволите вы и ваша… спутница?

Бьёрн бросил повелительно:

– Нам с женой ужин на двоих. Мяса побольше! И м-м-м-м… ванну, пожалуй. Да, ещё комнату на одну ночь. – Он кинул на меня такой взгляд искоса, от которого мурашки побежали сразу везде.
– С большой и удобной кроватью.

Глава 13

Глава 13

Пока я смущалась и краснела, хитрые глазки трактирщика превратились в щёлочки. Мне кажется, он уже прикидывал, сколько сможет с нас стрясти. Я тоже невольно пыталась представить, и мне становилось жутко неудобно.

Хозяин угодливо проводил нас в уютный зал, освещённый свечами и огнём очага, над которым поджаривался здоровенный кусок мяса, источая те самые запахи, которые сводили с ума. Его крутил на вертеле юркий поварёнок лет десяти на вид.

В этот поздний час в заведении оказалось на удивление многолюдно – я насчитала человек десять. Некоторые мужчины были в одежде, какую принято носить в Долине, да ещё и с причёсками охотников, и я внутренне сжалась. Впрочем, они выглядели погружёнными в свою беседу, весело смеялись, ели и пили. По нам, конечно, скользнули любопытствующими взглядами – все в таверне обратили внимание на новых гостей – но тут же возобновили разговоры, и я немного расслабилась.

Нам указали на небольшой квадратный стол, сколоченный из прочных дубовых досок, в самом углу, где была уютная полутьма. Кажется, хозяин здесь привык разгадывать пожелания клиентов с полуслова.

– Располагайтесь! Мясо и закуски сейчас принесут. У нас сегодня отменное жаркое с грибами! – вдохновенно продолжал хозяин.
– Для нас большая честь приветствовать гостей из Гримгоста!

– Я из Таарна, - поправил его Бьёрн. – Моя супруга из Долины Каррас.

Хозяин посмотрел на меня удивлённо, скользнув взглядом по моим волосам:

– А я полагал… впрочем, неважно! Прошу простить меня за мою оплошность. Никогда ещё не видел женщин Долины.

Я уселась на стул с мягкой подушечкой, который выдвинул для меня Бьёрн, и вздохнула. Не удивительно. Мы думали, наши мужчины пропадают так долго на охоте. А оказывается, они путешествуют, забредают так далеко в поисках новостей, веселятся… пока женщины в Долине влачат рабскую жизнь. Почему-то сейчас, рядом с Бьёрном, когда удушающий воздух Долины остался позади, я особенно остро ощутила – чем отличается настоящая свобода.