Чтение онлайн

“Аненербе” (Ahnenerbe — “наследие предков”, полное название — “Немецкое общество по изучению древней истории и наследия предков”) было создано в 1933 г. по инициативе оккультиста–язычника профессора Фридриха Хильшера при финансовой поддержке кабинета Рихарда Даре. Задачей этого общества было изучать все, что касается духа, деяний, традиций и наследия “нордической” расы. Сам Хильшер никогда не состоял членом НСДАП и даже вел переписку с еврейским философом Мартином Бубером. Он был дружен со шведским путешественником Свеном Андерсом Гедином, специалистом по Тибету, поддерживающим тесные отношения с Карлом Хаусхофером. Возможно, что именно с благословения последнего “Аненербе” и появилась на свет. В 1937 г. Гиммлер интегрировал “Аненербе” в состав СС, превратив его в отдел управления концентрационными лагерями. Однако с 1 января 1939 г. статус “Аненербе” снова изменился, и ему были поручены научные изыскания. В этот момент общество уже располагало 50 институтами, руководимыми профессором Вурстом, специалистом по древним культовым текстам, возглавлявшим кафедру санскрита Мюнхенского университета. После перехода “Аненербе” под патронаж “черного ордена”, Гиммлер не жалел средств на его содержание. Исследователи Луи Повель и Жак Бержье утверждают, что на оккультные изыскания этого подразделения ушло денег больше, чем на создание первой атомной бомбы в Америке. Эти исследования охватывали огромную область: от научной деятельности в собственном смысле этого слова до изучения практического оккультизма. “Аненербе” курировало проект “оружие возмездия”, программу “фау” (создания мощных ракет дальнего действия), проводило эксперименты над заключенными, изучало “силу розенкрейцеровского содружества, символизм ирландской арфы из Ольстера, тайное значение готических башен и итонских высоких шляп” [804] .

Интересно также отметить, что термин “арийцы” (на санскрите это слово означает “благородный”) до Гитлера обычно применялся к народам, говорящим на индоевропейских языках, а не для обозначения расы. В академических и оккультных учениях этот термин был также связан с индоевропейскими народами, след которых ведет еще в доисторические времена. Происхождение этих народов сегодня известно. Это территория Украины. Но в то время, исходя из общих характеристик языка, многие ученые полагали, что они пришли из северной Европы. Одна из ветвей арийцев находилась на территории современного Ирака и была связана с древними историями богов, спустившихся с небес.

Вторая ветвь ушла в Индию и смешивалась с местным населением. О них упоминается в индусских ведах, также в связи с богами, которые прилетели в летательных аппаратах, называемых “виманас”. Все это звучит зловеще, подобно теософической вере о внеземных посетителях.

Поддержанный финансами военной разведки капитана Майера и ярыми антикоммунистами общества “Туле” через Эккарта, Гитлер быстро захватил бразды правления немецкой рабочей партии, которая вскоре стала насчитывать три тысячи членов. Исследователь Левенда отмечает, что Майер докладывал богатым промышленникам и военным чинам, руководящим из отеля “четыре сезона”, что указывает на связь армейской разведки с обществом “Туле”.

В апреле 1920 г. Гитлер изменил название немецкой рабочей партии на национал–социалистскую немецкую рабочую партию, сокращенно “нацистскую партию”. Несколько позже, в том же году партия приобрела газету “Фолькише беобахтер” (народный обозреватель) с тайным армейским финансированием и поставила Эккарта ответственным редактором. “В начале 1923 г. “Фолькише беобахтер” стала ежедневной. Это дало Гитлеру преимущество над всеми немецкими политическими партиями. Ежедневная газета проповедовала евангелие партии” [805] , — писал Уильям Ширер. С этого момента нацистская машина непреклонно покатилась вперед.

Очевидно, что нацисты не могли существовать без помощи и поддержки немецкого Рейхсвера и тайного общества “Туле”.

Учение из двадцати пяти пунктов, сформулированных в 1920 г. Гитлером, Дрекстером и Эккартом как основа нацистской партии, показывает, что многие из них являются почти идентичными пропагандируемым идеалам марксизма, указывая на их общее происхождение. Сходными являются также реформы в областях международного банковского дела и бизнеса, в частности, осуждение “подневольного труда”.

Кто же поддерживал Гитлера?

История восхождения Гитлера к власти широко представлена в исторической и социологической литературе. Особый интерес для современного исследователя представляют вопросы, связанные с ролью немецких спецслужб, армии и бизнеса в продвижении Гитлера. После поражения Германии в Первой мировой войне, в годы существования Веймарской республики руководство Рейхсвера (вооруженных сил) поставило задачу своей разведслужбе собирать всестороннюю информацию о политических партиях и движениях в стране. В Баварии этим занимался капитан Эрнст Рем, под началом которого завязалась политическая карьера будущего германского вождя Адольфа Гитлера. Он тогда проходил как негласный осведомитель разведывательного подразделения баварской группы Рейхсвера и как член руководства национал–социалистической партии, в которой обосновался по заданию “ремовской” спецслужбы.

Гитлер быстро набирал партийный авторитет. Устремления “его” партии и устремления германских военных уже тогда сходились на общей платформе национализма и возрождения великой Германии. В начале 1920–х годов немецкие генералы вели поиск политической партии и лидера, способных выразить их интересы. Особая роль в этом принадлежит бывшему главе немецкой разведки полковнику Николаи. Выполняя поручение генерала–фельдмаршала Э. Людендорфа, не занимавшего в ту пору официального поста в рейхсвере, но пользовавшегося огромным влиянием в армии и политических кругах, полковник Николаи специально встречается с Гитлером в Мюнхене. Встреча происходила незадолго до так называемого пивного путча, преследовавшего цель захвата власти сначала в Баварии, а затем и в Германии. Николаи беседовал с Гитлером как руководителем национал–социалистического движения и доложил Людендорфу свое мнение о нем: “Гитлер — человек с ограниченными способностями и в то же время с большими замыслами. По своим убеждениям он является ярым националистом” [806] .

По мнению Николаи, эта оценка сыграла определенную роль в том, что генерал–фельдмаршал Людендорф согласился участвовать 9 ноября 1923 г. в нацистском путче. Путч провалился. Людендорф, Гитлер и его сподвижник Гесс оказались в тюрьме. Однако в конце 1920–х годов армия снова поставила на Гитлера. А в январе 1933 г. высшие армейские руководители Бломберг и Рейхенау договорились с Гитлером, что он гарантирует ускоренное вооружение Германии, обеспечив армии привилегированное место в новом государстве, а Рейхсвер, в свою очередь, — окончательное продвижение нацистов к власти.

В начале 1920–х годов крупные промышленники и бизнесмены также начали поиск политических партий и лидеров, способных выразить и защитить их интересы в условиях Версальского мира и разрастающейся экономической депрессии. Этот поиск на политическом рынке по заданию своих шефов вели сотрудники служб безопасности крупнейших фирм и компаний, среди которых тогда было немало отставных офицеров армии и разведки. Агент крупного берлинского промышленника Эрнста фон Борзига доктор Детерт в письме сыну Борзига так вспоминал ту эпопею: “Как вам известно, я… прибыл непосредственно из кавалерийско–стрелковой дивизии корпуса Люттвица к Вашему отцу, чтобы в качестве личного секретаря заниматься его секретными личными делами, которые в силу их характера не могли наряду с другими делами проходить через фирму… Ваш отец тогда занимал одновременно или поочередно посты председателя объединения союзов германских работодателей, члена президиума имперского союза германской промышленности… Мой доклад побудил Вашего отца присутствовать лично на… выступлении Адольфа Гитлера в Национальном клубе, чтобы познакомиться с ним. Это выступление так захватило Вашего отца, что он поручил мне связаться с Адольфом Гитлером лично. Я должен был сделать это без посредников и поговорить с ним насчет того, как и какими средствами можно распространить на Северную Германию, в частности на Берлин, это движение, имевшее тогда опору исключительно в Южной Германии, главным образом в Баварии. Адольф Гитлер охотно согласился выполнить желание Вашего отца и встретиться для беседы с глазу на глаз… Он обрадовался обещанию Вашего отца оказать поддержку его движению… Собранные таким образом средства были затем отправлены в Мюнхен…” [807]

Едва получив заключение собственных служб безопасности о перспективности фигуры Гитлера, крупнейшие германские концерны и компании начинали финансировать его партию. Уже в 1923 г. владелец стального треста Фриц Тиссен выделил для нацистской партии 100 тысяч золотых марок. И это в эпоху инфляции. В том же 1923 г. и позже, помимо Тиссена, Стиннеса и Борзига, Гитлера финансировали химический фабрикант, уполномоченный “ИГ фарбениндустри” Питш, и даже американский промышленник Генри Форд [808] .

С 1927 г. в Гитлера и в его партию вкладывают средства крупнейшие банкиры и промышленники, определяющие экономическую мощь Германии. Эмиль Кирдорф — глава Рейнско–Вестфальского угольного синдиката, организовывает отчисления в пользу Гитлера по 5 пфеннигов с каждой тонны проданного угля (всего около 6 млн марок в год).

Альфред Хугенберг — директор заводов Круппа и владелец кино- и газетного концерна, дает Гитлеру по 2 млн марок в год.

Альберт Феглер — генеральный директор Гельзенкирхенского углепромышленного общества и директор Стального треста, деньги которого дали Гитлеру возможность преодолеть “партийный кризис” 1932 г.