Чтение онлайн

Ф. Франко оказался один на один с сионизмом, облаченным в одежды мировой демократии, и с пострадавшими от немецко–итальянского фашизма коммунистами. Теперь, несмотря на свою осведомленность, он уже не мог “вмешаться” в “исторический процесс” не только физически, но и по моральным соображениям. Ввергать страну второй раз в братоубийственную войну не имело смысла. Возьмись он наводить порядок, и на сторону испанских либералов станет весь мир: ведь созданный Франко режим на тот момент был всемирно объявлен “фашистским” и потому признан преступным.

“Диктатор”, по большому счету, оказался в положении современных европейских монархов — царствуют, но не правят. Он, правда, ограничивал разгул демократии в стране, поддерживал порядок, требовал соблюдения социальных условий, но власть все больше перетекала к третьей силе, теперь уже, без пяти минут, первой. Первой она себя видит после “естественного” ухода (из жизни) “диктатора”. Либеральная элита умеет ждать, правда, 1974 г. показался ей тем наступившим моментом, когда страна может полностью оказаться в ее руках.

Несколько подробнее об этом периоде. Он интересен полнейшим совпадением в истории двух государств: Испании — в момент падения диктатуры и СССР — в момент краха власти КПСС. И там, и здесь — один и тот же “тайный след”. В 1974 г. (за год до своей смерти в 1975 г.) Франко лег в госпиталь. В стране замелькало слово “камбио” — перемена, как у нас — “перестройка”. Пресса, как по команде невидимого дирижера, объявила о начале “либерального наступления”, о необходимости демократизации страны, о назревшем процессе вхождения страны в общемировую цивилизацию. Появляются кинофильмы, содержание которых повторяет требования прессы: в стране необходимы перемены. Обязательных перемен требуют мгновенно появившиеся многочисленные “клубы”, общества, “кружки”, союзы. Испанское общество оказалось под прессом массированной пропаганды: “Камбио!”, “Камбио во всем!”

Через какое-то время Франко вышел из госпиталя. В правительстве вынуждены были обсуждать “распущенность” средств массовой информации. Да, в стране поддерживалась видимость власти; всепожирающие метастазы либерализма в это время расползались по всему обществу. До полного торжества демократии оставалось совсем немного времени.

А что потом? А потом мы можем проследить на своем собственном опыте. Развал промышленности, инфляция, безработица, духовная деградация…

Созданная Эскривой духовная секта подверглась влиянию фашистской идеологии, а после войны, в 1947 г., получила в Ватикане статус секулярного католического университета. Годом раньше Эскрива устроился в Риме, стал доктором теологии, консультантом двух ватиканских конгрегаций и одним из прелатов понтифика Пия ХІІ. В 1950- 1960 гг. специфика режима Франко дала возможность структурам Opus Dei занять ведущие позиции на политической сцене Испании, заменив фашистскую фалангу, в которую входили представители высшего генералитета.

В 1970–х годах влияние Opus Dei заметно уменьшилось, но организация быстро распространилась в мире, особенно на Американском континенте. Стало известно, что Орден поддерживает генерала Аугусто Пиночета, пришедшего к власти 11 сентября 1973 г. после совершения переворота по типу франкистского. Один из самых богатых людей Чили Крусат, содержавший “банк де Сантьяго” и почти 250 компаний, в 1970–х годах ежемесячно выделял Opus Dei 2 млн долларов. Бывший перуанский президент Альберто Фухимори, который после многих лет борьбы с повстанцам и террористами был обвинен в коррупции и вынужден был покинуть страну, сотрудничал с представителями Opus Dei.

В более чем двадцати городах Соединенных Штатов Америки были открыты центры ордена, в которых работали более 5 тыс. членов. Особенного успеха Opus Dei достиг во времена правления Рональда Рейгана, когда у Ордена были свои доверенные люди в Белом доме, в высших эшелонах Пентагона. При администрации Билла Клинтона у журналистов возникло подозрение о принадлежности к Opus Dei директора Федерального бюро расследования (ФБР) Луиса Фри. Его секретарь Джон Коллингвуд заявил, что ничего не знает об этом Ордене, и назвал информацию прессы “некорректной”. Однако впоследствии организация вынуждена была признать, что брат главного контрразведчика Джон Фри — директор центра Opus Dei в Питсбурге.

Конституция Opus Dei была написана в 1950 г. и издана в 1982 г. Большинство ее статей — секретные. Организация действует также и по тайному уставу. Нет данных относительно внутренней иерархии Ордена, его обрядов и методов подготовки, объединяющей в себе приемы подготовки братств средневековых испанских монахов и психологический тренинг современных бойцов специального назначения. Большинство конспирологов считает, что все члены

Opus Dei делятся на три категории: младшие, старшие и священники (настоятели). Первые придерживаются целибата (обета безбрачия), живут в общежитиях или квартирах и практически не общаются с лицами противоположного пола. Старшие составляют около половины численности Opus Dei, живут семейной жизнью, имеют детей, которые учатся в специальных школах, получающих финансовую помощь Ордена. Им запрещено раскрывать свою принадлежность к организации. Тайная 202 статья провозглашает целью деятельности “апостолата” (правоверных мирян) государственную и общественную службу, особенно на руководящих должностях. Процесс привлечения новых членов к Opus Dei и регламент членства — абсолютно секретны для посторонних.

Прелат Opus Dei — епископ Хавьер Эчеварриа, родившийся в Мадриде 14 июня 1932 г. Официально под его руководством объединены более 85 тыс. человек, а с учетом сочувствующих — сотни тысяч. Летом 2000 г. Иоанн Павел II основал Папский университет Святого креста, который разместился в помещении Святого престола — историческом здании Атениума (духовной церковной библиотеки) в центре Рима. Пять лет назад там учились почти полторы тысячи студентов из 65 стран мира. Прелатуре Opus Dei поручено руководство университетом. Следует отметить, что активными проводниками политики Ватикана являются католические священники, специально подготовленные в службах военных капелланов вооруженных сил некоторых стран — членов НАТО.

В штаб–квартире Opus Dei 17 марта 2001 г. представители организации встретились с Иоанном Павлом ІІ на семинаре, организованном прелатом Хавьером Эчеваррия. Обращаясь к собранию, Папа сказал: “Иерархическая сущность Opus Dei, установленная апостольской конституцией, которой я утвердил прелатуру, является отправным пунктом пастырского служения, исполненного практических задач”. Понтифик обратил внимание на объединение усилий прелатуры с деятельностью каждой епархии или прихода, в структуре которых внедрены центры Opus Dei. Это, по словам Иоанна Павла ІІ, “особая миссия”. Глава Ватикана высказал свое доверие той старательности, с которой правоверные последователи блаженного Эскривы отдают себя работе, молитве, вере, процитировав 271–й параграф из книги “Путь” Хосе Марии Эскривы как параграф боевого устава: “Наступило время отбросить все сомнения и продолжать придерживаться благих апостольских начинаний”.

Количество центров, открываемых прелатурой во всем мире, постоянно увеличивается. Критики продолжают называть Орден тайной силой, проникшей в верхние эшелоны политической власти на пяти континентах. Особый вопрос — активность доверенных лиц Ордена в международных организациях. Папская прела- тура богаче большинства стран третьего мира. В “третьем Риме” Орден действует исключительно тайно. По данным Министерства юстиции РФ, на территории России не зарегистрированы ни одно представительство, филиал или иная организационная структура Opus Dei.

В Ватикане не все поддерживают концепцию личной прелатуры Opus Dei. Среди тех, кто не признавал такую идею, был и ближайший помощник Павла VI кардинал Джованни Бенелли. Спустя месяц после создания прелатуры в конце 1982 г. он внезапно умер от сердечного приступа. С тех пор, считают многие исследователи, папские владения стали строже контролироваться членами Opus Dei. Не все они заявляют о своем членстве, как, скажем, личный секретарь главы Ватикана монсеньор Станислав Дзивич. Один из влиятельных членов Римской курии епископ прелатуры Opus Dei Хулиан Эрранс — сопредседатель папского Совета, в котором у него есть еще два помощника.