Чтение онлайн

Селена кивнула, но прежде чем Кира могла уйти, я схватила ее за руку.

— Мы поговорим, — сказала я тихо. — Позже и наедине. Есть так много вещей, которые я хочу спросить…

— Я знаю, — она сжала мою руку. — Я тоже хочу поговорить. Я скучала по тебе, Мина. Каждый день.

— Я тоже скучала, — прошептала я, и мы спешно обнялись снова.

Потом она ушла с Селеной, и я осталась наедине с Кейденом. Он стоял, глядя в лес, его спина была напряжена, руки сжаты в кулаки.

— Кейден, — я подошла к нему, положив руку на его спину. — Я должна была рассказать тебе о Кире. Я просто… я думала, она мертва. Я думала, что никогда не увижу ее снова.

Он обернулся, и в его глазах была боль.

— Ты не доверяла мне, — сказал он тихо. — Даже после всего, что между нами было, ты не рассказала мне о своей семье.

— Это не о доверии, — возразила я. — Это о боли. О ране, которая никогда не заживала. Говорить о Кире… это было все равно что разрывать эту рану снова и снова.

Он смотрел на меня долго, и я видела борьбу в его глазах. Его волк хотел быть злым, чувствовать себя преданным. Но его человеческая сторона понимала.

— Больше никаких секретов, — сказал он наконец. — Что бы ни случилось, мы будем говорить друг с другом. Доверять друг другу.

— Обещаю, — я обняла его, прижимаясь к его груди. — Больше никаких секретов.

Кейден обнял меня в ответ, и мы стояли так, пока звезды не начали появляться на небе. Впереди нас ждали испытания, но сейчас, в этот момент, мы были вместе.

10

Рассвет застал нас в лесу. Кира вела группу из Кейдена, меня, Селены и пятерых лучших воинов клана. Дариус оставил ее координировать поиски, и теперь моя сестра двигалась через подлесок с грацией прирожденного охотника, ее глаза сканировали каждую тень, каждый след.

— Здесь, — она присела у основания старого дуба, ее пальцы скользнули по едва заметным царапинам на коре. — Коул был здесь не больше двух часов назад. Он движется на восток, к старым каменоломням.

— Ты уверена? — спросил Кейден, приближаясь.

Кира подняла голову, и я увидела холодную уверенность в ее глазах, уверенность воина, который знает свое дело.

— Абсолютно. Видишь эти царапины? Он точит когти перед охотой. Это его привычка. И запах… — она вдохнула. — Кровь. Свежая. Он недавно убил.

Мой желудок сжался. Еще одна жертва.

— Мы должны двигаться быстро, — сказала Селена, ее рука легла на рукоять ножа на поясе. — Если он почувствует, что мы близко, он исчезнет снова.

Кира кивнула и поднялась, ее движения были плавными.

— Разделимся на две группы. Кейден, ты возьмешь троих и пойдешь с севера. Я поведу остальных с юга. Мы загоним его в ловушку у обрыва.

— А я? — спросила я.

Кира посмотрела на меня, и я увидела беспокойство в ее глазах.

— Ты останешься здесь с одним из воинов. Коул опасен, Мина. Он убил троих опытных бойцов Дариуса. Я не могу рисковать тобой.

— Нет, — я выпрямила плечи. — Мое место с моим кланом, с моей парой. Я иду.

— Мина… — начал Кейден, но я остановила его взглядом.

— Я не беспомощная омега, которую нужно прятать, — сказала я твердо. — Я доказала это в бою с Селеной. Я иду.

Кира и Кейден обменялись взглядами, и я увидела, как что-то молчаливое прошло между ними. Наконец, Кейден кивнул.

— Хорошо, но ты остаешься рядом со мной. Ни на шаг от меня, поняла?

Мы разделились. Я шла рядом с Кейденом, чувствуя напряжение в каждой линии его тела. Его волк был готов вырваться в любой момент. Через нашу связь я ощущала его эмоции: страх за меня, гнев на убийцу, первобытную потребность защищать свою территорию.

Лес становился гуще, деревья теснились ближе друг к другу, их ветви переплетались над головой, блокируя солнечный свет. Воздух был тяжелым, наполненным запахом влажной земли и чего-то еще. Чего-то гнилого.

Смерти.

— Стой, — прошептал Кейден, поднимая руку.

Мы замерли. Я прислушалась, напрягая все чувства.

Кейден подал сигнал, и мы медленно двинулись вперед. Каждый шаг был осторожным, бесшумным. Мой волк был настороже, каждый инстинкт кричал об опасности.

Мы вышли на небольшую поляну, и то, что я увидела, заставило меня ахнуть.

Олень. Или то, что от него осталось. Тело было разорвано, внутренности разбросаны по земле. Но это было не обычное убийство для еды. Это было… жестокость ради жестокости. Животное мучили перед смертью.

— Боже, — прошептала я, отворачиваясь.

— Он близко, — прорычал Кейден, его глаза сканировали деревья вокруг нас. — Я чувствую его.

И тут я услышала это. Смех. Тихий, безумный смех, эхом отдающийся в лесу.

— Альфа Кейден, — голос был хриплым, искаженным. — Как мило, что ты пришел поиграть. И привел свою маленькую омегу. Как… трогательно.

Фигура выступила из тени. Коул был высоким, худым до изможденности, его кожа была покрыта шрамами и грязью. Но его глаза… его глаза горели безумием, золотые и дикие.

— Коул, — Кейден шагнул вперед, заслоняя меня своим телом. — Твоя охота окончена. Сдавайся, и я обещаю справедливый суд.

Коул рассмеялся, звук был похож на скрежет когтей по стеклу.

— Справедливый суд? От тебя?

Он двинулся так быстро, что я едва успела моргнуть. Один момент он был в десяти метрах, в следующий — прямо перед нами, его когти целились в горло Кейдена.

Но Кейден был быстрее. Он перехватил руку Коула, развернул его и швырнул в ближайшее дерево. Коул врезался в ствол с глухим ударом, но мгновенно вскочил на ноги, все еще смеясь.

— Хорошо! Наконец-то настоящий бой!

Они сошлись в вихре когтей и клыков. Кейден был сильнее, но Коул был безумен, непредсказуем. Он не защищался, просто атаковал снова и снова, игнорируя собственные раны.

Я хотела помочь, но знала, если вмешаюсь, только отвлеку Кейдена. Вместо этого я отступила к краю поляны, мой внутренний волк рычал, требуя действий.

И тут я увидела ее. Кира, бесшумно выходящая из леса позади Коула. Она подала мне знак отвлечь его.

Я не думала. Просто действовала.

— Коул! — крикнула я, и он обернулся. — Ты называешь себя охотником? Ты просто трус, который убивает беззащитных!

Его лицо исказилось от ярости. Он бросился ко мне, и я увидела смерть в его глазах. Но я не двинулась. Верила сестре.

Кира атаковала. Она была как призрак, как тень, ее движения были совершенны. Ее когти полоснули по сухожилиям на ногах Коула, и он рухнул, крича от боли и ярости.