Невольница его величества
Шрифт:
– Давай, Элин, – услышала я у самого уха мягкий и до боли знакомый голос.
Хельм появился передо мной, как мираж. Как чудо, в которое уже не веришь. Как грёза, которая неожиданно стала реальностью. И пока я пыталась поверить своим глазам, он забрал у меня Астера, улыбнулся ему и встал перед служителем.
Мне следовало прислушиваться к продолжающемуся обряду, следить за происходящим вокруг, но я глупо рассматривала Анхельма и никак не могла отвернуться. Он почти не изменился, разве что волосы стали длиннее, и теперь королю Вергонии приходилось собирать их в низкий хвост. На нём был белый мундир, пальцы украшали несколько перстней, а на голове красовалась золотая корона. Именно она казалась лишней во всём образе, Хельм и без неё выглядел, как настоящий король.
Я знала его совсем другим, оттого сейчас будто бы смотрела на незнакомца. А он так внимательно слушал служителя, настолько был погружен в ритуал, что совсем не замечал моего пристального внимания.
Пришлось заставить себя тоже вернуться к происходящему, а то ещё провороню какой-нибудь важный момент, и Кэт это очень огорчит.
Когда перед статуей богини Герды служитель нарёк малыша именем Астер и вписал его в храмовую книгу, церемония закончилась. Теперь, по правилам, калтон должен был передать ребёнка отцу, а тот – вынести из храма и показать людям. Считалось, что после церемонии имянаречения ребёнок получает защиту стихий и богини Герды, и ему больше не страшны чужие злые взгляды и мелкие проклятия.
Видя, как Хельм вручает малыша Гервину, я вдруг с кристальной ясностью поняла, что мне срочно нужно уходить. Не факт, что Анхельм вообще решит со мной разговаривать, но рисковать не стоило. И пока вокруг царила суета, я отошла к боковой аллее и направилась в сторону делового крыла дворца. Мне было жизненно необходимо хоть немного побыть одной, успокоить нервы, разобраться с эмоциями. А главное – оказаться подальше от венценосного вергонца, который одним своим присутствием умудрился выбить меня из равновесия.
Когда спустя полчаса я пришла в зал приёмов, здесь уже собралась целая толпа разодетых гостей, а праздник должен был начаться с минуты на минуту. Так хотелось спрятаться где-нибудь за колонной и весь вечер просидеть там, но Кэт же не позволит. Да и перед Кастелом неудобно, он же сюда только из-за меня пришёл. Поэтому первым делом я решила отыскать своего кавалера.
Каст ждал на первом балконе от входа, как мы с ним и договаривались. Увидев меня, восхищённо улыбнулся и изобразил учтивый поклон.
– Ты великолепна. Очень красивая, – сказал он, взяв меня за руку. А поднеся мои пальчики к губам, добавил: – Я бы многое отдал, если бы ты согласилась стать моей настоящей невестой.
– Кастел, – виновато проговорила я. – Ты же знаешь…
– Твой недуг излечим, Эби. Поверь, я интересовался у специалистов. Тут дело в том, что ты сама не хочешь от него избавляться.
В его голосе звучал мягкий укор, а взгляд обжигал грустью. Я не раз говорила Касту, что не смогу его полюбить, предлагала закончить наши странные отношения, чтобы дать ему шанс найти себе нормальную девушку, но он всегда отказывался, уверяя, что уже нашёл свою единственную, и другая ему не нужна.
– Идём в зал, – я попыталась закрыть неприятную тему. – Мне нужно присутствовать на официальной части вечера. Потом можем уйти, если хочешь.
– Как тебе будет угодно, – проговорил он, отведя взгляд. Уложил мою руку на сгиб своего локтя и повёл в зал.
***
– Разрешите пригласить вас на танец.
Услышав рядом голос Хельма, я вздрогнула и крепче вцепилась в локоть Кастела. Весь вечер мне удавалось избегать этой встречи. Благо Анхельм был фигурой заметной, проводил время или с сестрой и её супругом, или с Гервином и Кэт, или со своей свитой, да и местные красавицы не давали ему прохода. Решив, что на всякие глупости вроде разговора со мной у него просто не останется времени, я успокоилась, даже смогла немного расслабиться. Но, как оказалось, зря.
– Прошу прощения, ваше величество, но моя невеста не танцует, – чуть дрогнувшим голосом, но всё же твёрдо ответил Каст.
Хельм вздёрнул светлую бровь, холодно посмотрел на моего кавалера и снова перевёл на меня вопросительный взгляд.
– Эбелин? – сказал он, вложив в моё имя всё, что хотел спросить.
– Простите, ваше величество, но я действительно предпочитаю на подобных мероприятиях не танцевать с посторонними мужчинами, – ответила я, собрав в кулак всё своё хладнокровие.
Но вместо того, чтобы молча удалиться, он протянул мне руку в приглашающем жесте.
– Эбелин, не ставьте меня в неловкое положение, – проговорил он холодно. – Я всё же гость вашей страны, а ваш отказ может спровоцировать лишние разговоры и существенно испортить отношения между нашими королевствами.
Фактически, он не оставлял мне выбора. И как бы ни хотелось прямо сейчас изобразить обморок или как-то иначе избежать этого танца, пришлось соглашаться.
Едва я вложила руку в его ладонь, и по телу пронеслась обжигающая волна. Хельм мягко сжал мои пальцы, кивнул Кастелу и неспешно повёл меня к танцующим. Зазвучали первые аккорды, оркестр заиграл мягкую неспешную мелодию, и Анхельм осторожно приобнял меня за талию, как и требовал танец.
Мы закружили вместе с остальными парами, но мне казалось, что моё сердце сейчас стучит так громко и сильно, что его может услышать каждый.
– Ты слишком напряжена, – тихо сказал Хельм. – Я тебя пугаю?
– Нет, ваше величество, – ответила максимально спокойно и холодно, а смотреть старалась выше его плеча. – Я просто не люблю танцевать. С чужими.
– Элин, – он наклонился чуть ближе к моему уху, – с каких пор я стал тебе чужим?
Стоило промолчать, перевести тему или придумать подходящую отговорку. Но что-то дёрнуло меня сказать правду:
– Наверное, с тех самых, как вернулись в свою привычную жизнь, а надобность в невесте из Айвирии отпала.
Он чуть крепче сжал мои пальцы, а я почувствовала его недовольство. Вот только меня не проняло.
– Не ври, что была со мной только из-за клятвы и договора, – сказал Анхельм. – Мы оба знаем, что это не так.
– И мы оба знаем, что вы забыли о моём существовании сразу после того, как вернули свою драгоценную корону, – бросила я с упрёком. – Кстати, спасибо за откуп. Те драгоценности позволили нам с отцом приобрести дом. Ведь после освобождения ему не стали возвращать конфискованное имущество.
Хельм напряжённо и резко вздохнул, но промолчал. Правда, хватило его молчания всего на полминуты.
– Нам надо поговорить. Наедине. Без свидетелей. Это важно, Элин, – сказал он серьёзным, назидательным тоном. – Давай встретимся сегодня после бала. Назначь любое место.
– О чём нам с вами разговаривать? – спросила я устало. – У вас своя жизнь, у меня – своя. Они далеки друг от друга и вряд ли будут часто пересекаться.
– А я хотел рассказать тебе о Гарсинии, Холте, о том, что стало с ведьмой, пытавшейся меня убить. Ещё о некоем рабе Риноре, который отбывал наказание в каменоломнях на севере Айвирии, а некоторое время назад сбежал.