Чтение онлайн

Так что ответ на мой не до конца прозвучавший вопрос был самый ужасный из всех возможных. Мне оставалось лишь дрожать от облегчения, что Боги оказались милостивы и на плахе высших императорских целей не оказались головы моих демонов.

В полном молчании мы двинулись в обратную сторону.

— Я знаю, после такого признания, вам трудно будет доверять мне… - когда до стайки поджидающих своей очереди девиц осталось не больше двадцати метров, вдруг сказал Ронан, деликатно удерживая меня за руку.
– Но я бы хотел знать, что у меня есть ваша лояльность.

— Могу ли я рассчитывать на ответную любезность того же характера?

— Разумеется. Слово императора.

— Зачем вам моя лояльность, Ронан? Если вас заботят мои способности разрушителя тайн, то вам достаточно просто приказать.

— Приказы не слишком-то способствуют преданности, - мудро подметил он, - к тому же с вами на удивление легко быть откровенным. Пускай пока и не настолько, насколько бы мне того хотелось.

Меня охватила печаль и очередная волна облегчения. Печаль от осознания, что чем больше власть, тем сильнее её бремя, как и одиночество, им порожденное. Я от всего сердцем сопереживала Ронану, понимая, что мало чем могу ему помочь. Что же касается облегчения, то оно охватывало меня всякий раз, когда я вспоминала, что судьба моя теперь решена и груз императорской короны, как и её блеск, достанется кому-то другому. Точнее, другой, и я лишь надеялась, что она сумеет прогнать вечную стужу из глаз правителя, вернув им сияние радости и тепла.

— В таком случае, по земному обычаю, пожмем друг другу руки, ваше величество, - стряхнув с себя дымку печали, предложила я, и на глазах изумленных свидетелей мы скрепили наш дружеский пакт рукопожатием.

Вот только сим простым действом император не удовлетворился и, не выпуская мою ладонь из своей руки, без всяких церемоний поднес её к своим губам и с хитринкой в светлых глазах поцеловал.

Однажды смерть-старуха

Пришла за ним с клюкой,…

…Ее ударил в ухо

Он рыцарской рукой.

Из к/ф «Гусарская баллада».

— Так вот, ранья, все во дворце опечалены, особенно матушка императора, благослови её Притёмная Мать, - вещала Янси, ловко вытаскивая шпильки из моей прически.

Отчего-то на неё сегодня напала особая разговорчивость, и она с охотой делилась со мной последними новостями, стоило только спросить.

— Никто из девушек не прошел испытание поцелуем. И мастер плетений, осмотревший всех позже, тоже не заметил никаких признаков формирующейся связи.

Я сделала стойку.

— То есть имеется способ увидеть потенциальный локус заранее?

Ни о чём подобном я раньше не слышала и чуть ли не заскрежетала зубами от досады.

— Способ есть, - подтвердила камеристка, - но таких сильных мастеров плетений, как при дворе, в империи почти что не осталось. Да и связь, как я поняла, должна быть сильной, почти полностью сформированной. Иначе есть риск проглядеть.

— Отчего же тогда такая уверенность, что ни одна из девушек не подошла? Может, связь возникнет позже?

— Откуда же мне знать, ранья.
– Янси отложила в сторону собранные в аккуратную кучку шпильки и взялась за расческу, намереваясь меня расчесать.
– Мне не докладывают. Но известно уже точно. Через день объявлен большой бал в честь праздника Звездной ночи, и к девушкам будут допущены другие молодые демоны, подыскивающие себе локус. Быть может, среди них найдутся их истинные.

Меня к остальным претенденткам Янси уже не причисляла. После возвращения с прогулки я больше не скрывала своей брачной татуировки, и всем стало очевидно, что при дворе я теперь надолго не задержусь. По крайне мере, в прежнем статусе.

Зато Янси очень увлекала романтичная мысль о том, как встретятся отмеченные верховной богиней души. История и в самом деле получалась красивая, особенно если учесть, что речь шла о союзе простой девушки из народа, пускай и другой расы, и могучего родовитого демона из самых высоких слоев местного общества. То, что у некоторой части лиаратта значилось постыдным мезальянсом, у слуг считалось волшебной сказкой.

Я и сама когда-то любила такие.

— И что же девушки? Сильно расстроились?

— Знамо дело, сильно. Многим очень понравилось при дворе. И почти все хотели бы тут остаться. Но теперь это под вопросом. Кто знает, с каким демоном их соединит Богиня.

— Это да. Пути Богов неисповедимы… - перефразировала я земную поговорку.

Янси согласно кивнула, а я задумалась, как там Галя. Несмотря на то, как она меня обидела, на сердце не было никакого злорадства. Скорее уж наоборот, по давней и, кажется, неискоренимой привычке я за неё переживала и искренне сожалела, что её мечта стать кем-то действительно значимым не сбылась. По крайней мере, не в этот раз и не с императором. С другой стороны, это вовсе не означало, что в будущем её притязания на высокий статус не воплотятся с кем-то другим. У Гали доставало и ума, и характера, чтобы пробить себе путь к достатку. Теперь-то я это со всей очевидностью понимала.

В то же время я как никто другой знала, какой тяжелой ношей может быть неопределенность. Наверное, сейчас, когда заветная цель была уже так близка, но словно песок просочилась сквозь пальцы, Галке особенно трудно. И пускай с государственного обеспечения никто иномирянок не снимал, всё же ни одна из них не могла быть в полной мере спокойна за своё будущее. Так что приходилось рассчитывать на благосклонность посторонних, ничем им не обязанных людей. Впрочем, даже не людей, а демонов.

В душе поднялась жаркая потребность пойти и утешить. Сказать Галке, что если нужно, то я по-прежнему рядом. Всё же между нами было так много хорошего. Ради этого стоило побороться. К тому же я по-прежнему была полна намеренья предупредить Полянскую о грозящей всем опасности. Для этого я даже располовинила набор с зачарованными монетами, готовая обеспечить подругу ценной защитой. Но на самом деле, если Галя согласится переночевать со мной, то этого даже потребуется.

Неожиданно для себя воодушевившись, я дождалась, когда Янси закончит все свои манипуляции, и переоделась в так называемое дневное платье.

Стук в дверь подруги вторил ударам моего захваченного волнением сердца. Я внутренне дрожала, точно перед экзаменом, и ничего не могла с собой поделать.

Дверь отворила Галина камеристка.

— К вам с визитом дьерина Лютикова, - услужливо объявила она, оборачиваясь назад и открывая дверь шире.

— Привет, - сказала я, - не хочешь пройтись до зимнего сада?

От Янси я узнала, что дворцовое крыло, в котором размещались наши с прочими попаданками покои, примыкало к стеклянной оранжерее, где с помощью магических артефактов круглый год поддерживался климат, близкий к субтропикам. Мне стало интересно на неё посмотреть, а заодно и соединить приятное с полезным.

— Не слишком, - отозвалась Галя и точно невольно скользнула взглядом по моим ключицам.

Вырез у платья пускай и был скромным, однако вязь истинных не скрывал.

— Хотя ладно.
– Подруга провела рукой по спинке своей лисицы-мутабилиса и строго той велела: - Жди меня тут, я пройдусь по дворцу и вернусь.