Чтение онлайн

 - Ты слышишь звуки пистолетных выстрелов? – спросил Петька, до предела вытянув тонкую шею.
– По-моему там началась рукопашная.

 - Так они и до нас доберутся…

 Довольно скоро пули засвистели у их укрепления, выпущенные с новых позиций противника. При свете частых вспышек Пётр увидел внизу огромное количество наступавших немцев. Часть из них уже ползло вверх по склону.

 - Закрываем лавочку, - сказал возбуждённый Глухов.
– Если мы не уйдём сейчас, то будет слишком поздно.

 - Понял.

 Они с двух сторон взяли тяжеленный «Максим» и немного оставшихся патронов. Выбрав относительно спокойный момент, выбрались из окопа, и побежали, спотыкаясь под пулемётными очередями, взбивавшими мёрзлую землю. Пули отскакивали рикошетом и пролетали со свистом над их головами.

 - Поднажми Шелехов! – хрипел уставший Семён.
– Вон виднеется запасная позиция.

 - Не могу быстрее.

 Самая смертельная гонка, которую когда-либо выигрывал Пётр, закончилась. Они упали в овражек, на который давно нацелились, и в изнеможении привалились к его стенке, наслаждаясь минутной безопасностью.

 - Пока немцы не успокоятся отсюда нам не двинуться, – предположил, отдышавшись, опытный шахтёр.

 - Еле ноги унесли…

 - Если бы не пулемёт, добежал бы быстрее! – оправдывался Пётр.
– Все ноги синие от ударов об проклятую железку.

 - Скажи спасибо, что жив.

 Юный Шелехов лихорадочно заправлял оставшиеся патроны в матерчатую ленту. Они попробовали расстрелять её, но очевидно в спусковой механизм попала пуля и он не работал.

 - Знали бы, раньше бросили эту бандуру! – сказал Глухов и грязно выругался.
– Рук не чувствую, словно смену отпахал…

 Им пришлось какое-то время пролежать без дела, пока атаки немцев не закончились. Они бросили сломанный пулемёт и поползли назад. За внутренним гребнем горы они увидели жалкие остатки своей части.

 - Это все?

Раненые, поддерживая друг друга, ковыляли в тыл. Здоровые солдаты лежали маленькими группами, спали на мокрой земле, там, где упали, не пользуясь даже плащ-палатками. Люди едва могли говорить, это отнимало слишком много усилий.

 - Видать немцы выдохлись,– предположил с надеждой Петька.
– Давненько не атаковали…

 - Тоже, небось, люди, есть, и спать хотят!

 Они не скрываясь, в полный рост опустились к своим. Рядом с ними плёлся сержант Кошкин, грязный, как и они, в изодранных и забрызганных кровью брюках, без винтовки и даже без поясного ремня. На расспросы Семёна он неохотно отвечал:

 - Командир роты? Он убит.

 - Неужели оставим город?

 - Я что командир дивизии…

 - Приказано отходить?

 - Я почём знаю.

 ...Как оказалось после ночного боя в их роте осталось в живых четырнадцать человек. В лощине их покормили кашей из походной кухни. Несколько часов они поспали, не смотря на прилетающие иногда снаряды. Рядом с ними вторая рота ожидала нового ввода в бой. Они вышли из побоища почти без потерь, основные атаки немцев пришлись на участок первой роты.

 - Получите оружие и вставайте в строй! – приказал им подошедший старший лейтенант.
– Мы занимаем оставленные вами позиции.

 Не особо заботясь о том, что с ними будет, отупевшие от усталости люди присоединились ко второй роте и пошли вверх по тому же оврагу, который утром использовали для бегства.

 - Неужели снова в бой?

 Пётр оказался в первом взводе, Глухов во втором. После обеда опять начали завывать орудия, их снаряды круто взмывали вверх, делали в воздухе пологие дуги и падали за холмом. К ним чуть позже присоединился гавкающий тяжёлый миномёт.

 - Ты смерти не боишься?
– Настойчиво спрашивал Петра незнакомый солдатик.
– А у меня, понимаешь, как начинает он стрелять, поджилки трясутся…

 - Чего уж боятся? – устало отвечал тот.
– Убьют так только один раз...

 - Шутишь! – Солдат изумлённо уставился на него.

 Он даже остановился, перегородив узкую дорогу, не обращая внимания на догонявших бойцов, пока сержант Кошкин не окликнул:

 - Давай поторапливайся!

 - Иду.

 - Заснул что ли?

 Пётр был настолько поглощён своими мыслями, что некоторое время даже не замечал, что стало тихо и немцы не проявляли никаких признаков жизни.

 - И что так волноваться? – думал Шелехов, шагая машинально.
– Я уже ничего не могу изменить… Если суждено умереть, умру сегодня, а нет так завтра!

 По ним не было сделано ни единого выстрела, пока солдаты карабкались по гребню и добирались до вершины. Бойцы продолжали движение совершенно без прикрытия и ничего не происходило. Гитлеровцы захватили наши позиции в том адском бою, а потом оставили их без единого выстрела.

 - Смотрите, Степаненко погиб! – сказал сержант, указывая на недавнего проводника.
– Опять он нас первым встречает…

 Тот лежал лицом вниз, вытянувшись во весь рост прямо перед укрытием. Ему не хватило всего одного шага, чтобы оказаться в безопасности. Каска соскользнула с его головы и оказалась зажатой между небритым подбородком и землёй. Создавалось впечатление, что он напоролся на её твердый край и умер от этого.

 - А вон Федька Кулаков! – Семён и стряхнул землю с кончика носа.
– Как он деньги любил! Даже в добровольцы записался ради повышенного денежного содержания.

 - Не может быть.

 - Точно говорю, я с ним лет пятнадцать рядом работал.
– Вполголоса проговорил он, обращаясь как бы к самому себе.
– Какой теперь толк для него во всех накопленных деньгах?

 Весь остаток бесконечных суток Пётр участвовал в непрекращающихся боях. Он автоматически стрелял из винтовки, падал от близких взрывов на дно окопа и урывками спал там же. Его охватило страшное безразличие к своей судьбе.

 - Может быть, завтра, на следующей неделе или через месяц я буду лежать где-нибудь?
– Рассеяно думал он.
– Такой же застывший, такой же жёлтый, с точно так же полуоткрытыми глазами. Ради чего?

 С другой стороны, как и все люди, во все времена он надеялся, что выживет.

 - Если так случится со мной, я всегда буду благодарен судьбе за то, что остался жив. – В редкие минуты тишины размышлял Пётр.
– Я бы почувствовал вкус настоящей жизни, во всей её полноте. А когда настанет её естественный конец, скажу:

 - «Я славно пожил и прожил своё».

 Утором порядком поредевшую роту отвели в тыл. Шелехов безучастно сидел на холодной земле, когда подъехала одна из уцелевших машин, доставившая их на передовую. На полу открытого кузова лежали тела некоторых убитых во время недавних боёв. Водитель и человек из тылового опорного пункта вышли из кабины.