Чтение онлайн

 - Это как же, гражданин начальник? – раздались крики с разных сторон.

 - Все кто сейчас изъявит желание сражаться с врагом, будут немедленно амнистированы и направлены в передовые части.

 - Из лагеря сразу на фронт?

 - Вам Родина прощает совершённые преступления, но взамен требует встать на защиту от агрессора.

 - Так нас же там поубивают!

 - Очень может быть, – устало ответил капитан.
– Однако не всех, шансы выжить есть.

 По рядам заключённых пробежал гул разговоров. Сосед Шелехова довольно громко сказал:

 - Особливо, ежели сразу к немцам перебежать!

 Вокруг засмеялись зэки, довольные удачной шуткой. Григорий неободрительно глянул на шутника, но опять промолчал.

 - Короче! – Капитану надоело слушать причитание каторжан.
– Кто хочет записаться в первую партию, которая сегодня отправляется на передовую, два шага вперёд!

 Сначала несмело, затем всё увереннее из строя стали выходить самые отчаянные. Вышел и Григорий. Он с удивление увидел, что рядом с ним оказались Аким и его недовольные подручные.

 - Надоело торчать на прииске, – шепнул ему вор в законе.
– По дороге всё одно сбежим.

 Григорий так и не понял, было ли это приглашение бежать вместе или простая констатация потаённого желания лагерного авторитета…

 Сбежать, однако, ни у кого не получилось. Сколоченную команду спешно погнали пешим порядком в порт Нагаево. По дороге к ним присоединялись новые партии будущих солдат. Колонну усиленно охраняли, да и бежать в пустынном регионе полного владычества треста «Дальстрой» не имело смысла.

 - Пока доберёмся до моря, последние силы потеряем. – Возмущались измождённые зэки.

 Хорошо, ещё вокруг царило короткое колымское лето. Люди шли в привычной арестантской одежде, тёмные телогрейки никто не снимал.

 - На немца уже не останется. – Пыхтели будущие солдаты.

 В большинстве они были одеты на голое тело, нижнее бельё попрятали в заплечные сидоры.

 - Наконец-то! – спереди колонны раздался молодой голос.
– Вон показался проклятый Нагаевский порт…

 После суток ожидания их погрузили в мрачные трюмы парохода «Сахалин». Люди сидели как килька в банке, правда, перед отправкой всем выдали сухой паёк. Поэтому путь до Архангельска прошёл весело, все отсыпались вволю.

 - Не думал я, что через год возвернусь назад! – признался Григорий случайному соседу.
– Когда плыл сюда, не чаял вернуться…

 В Архангельске заметно поредевшую команду, часть людей умерло в пути, спешно погрузили в зарешёченные вагоны. Поезд двинулся строго на юг.

 - Неужели я смогу вновь увидеть родной Дон? – в голове Григория подобная перспектива даже не укладывалась.

 Раз в сутки, на неизвестных полустанках, с лязгом отодвигалась, обитая железом, дверь и вовнутрь просовывалась бадья с баландой. Как тут убежишь?

 - Менты поганые! – ругался Аким.
– Обложили, как собаки волка…

 Все попытки блатных заточками расковырять толстые доски пола ни к чему не привели. Через несколько суток поезд привычно затормозил где-то в центральной России.

 - Выходи строиться! – раздалась зычная команда.

 В открытые настежь проёмы дверей начали прыгать напуганные угрозой люди. По периметру поезда стояли бойцы в форме НКВД.

 - Кто после пяти минут останется в вагонах считаются дезертирами и расстреливаются на месте.

 Они прикладами формировали колонну по четыре и быстро погнали её прочь от маленькой железнодорожной станции.

 - На убой гонят, – выдохнул шагавший с Шелеховым понурый Аким.
– Хрен теперь вырвешься.

 - Слышишь, артиллерия работает? – Григорий больше вслушивался не в слова бывшего вора, а в грозные раскаты впереди них.
– Немцы больно дружно бьют…

 Ему почему-то было даже приятно слышать голоса немецких пушек, надоевших, казалось бы, до смерти в первую мировую войну. Через час марша они прошли небольшой лесок и остановились на опушке.

 - Граждане уголовнички! – улыбаясь, сказал вышедший перед строем высокий и красивый майор.
– Видите вон ту деревеньку?

 Он махнул в направлении едва видневшихся домишек. Все бывшие зэки, как по команде повернули головы в нужную сторону.

 - Вам приказано занять указанный населённый пункт.

 - А винтовки нам выдадут? – спросил невзрачный мужичок из первой шеренги.
– Не с голыми руками же с ними воевать…

 Майор весело покачал головой. Он неторопливо закурил и продолжил:

 - Оружие добудете в бою!

 - Как так? – начали возмущаться недавние заключённые.

 - Нас же прежде постреляют всех…

 Майор сделал незаметный знак стоящим позади него солдатам. Те расступились, и пулемётный расчёт выкатил вперёд новенький «Максим».

 - Значит так! – В голосе оратора проявились стальные нотки.
– Получаете по одной гранате на брата и бегом занимать деревеньку.

 - Ага, счас побежали…

 - А особо непонятливым объясняю, кто повернёт назад, будут расстреляны из этого самого пулемёта.

 Все дружно посмотрели на хищное дуло скорострельной машины и поняли, что обратного пути нет. Через несколько минут, получив по одной массивной гранате, редкая цепочка нападающих выстроилась на краю большого поля. Примерно посередине протекала узкая речка, её предстояло форсировать по дороге к деревне.

 - Пошли родные! – велел майор, и все побежала, вначале медленно, а потом всё быстрее и быстрее.

 - Ура! – закричал Григорий и бегущие рядом солдаты поддержали его.

 - Ура, твою мать!

 Вдруг впереди выросла грохочущая стена стали, которая будто гигантская волна, надвигалась на цепь атакующих! Грянул беспрерывный взрыв, от которого у Григория чуть не лопнули барабанные перепонки в ушах, а некоторые надолго оглохли. Немцы открыли беглую стрельбу из орудий, и все снаряды были осколочно-бризантные или шрапнель! Не достигая земли, они рвались на высоте 10–15 метрах, поражая вокруг всё живое.