Ничего, кроме правды
Шрифт:
Партии Ликуд необходимо четко сформулировать цели и в социальной сфере. Мы не вправе передоверять заботу о социально незащищенных израильтянах партиям ШАС, ИБАи «Гешер». Мы всегда уделяли внимание социальным заботам. У нас есть политические и моральные обязательства перед жителями городов развития и кварталов бедноты. Придание приоритетного значения заботе о них — обязанность любого правительства во главе с Ликуд ом. И нам надо проводить в жизнь эту линию, ни на кого не оглядываясь и ничего не стесняясь. Рабочая партия не считала нужным оглядываться на кого бы то ни было, изыскивая в госбюджете возможности погашения многомиллиардных долгов политически близких ей кибуцев. Между прочим, соглашения и договоренности по списыванию и «взаимозачету» долгов кибуцного движения обошлись казне в 28 миллиардов шекелей. Так что, у нас нет никаких причин стесняться для оказания помощи схожих масштабов городам развития.
На посту гендиректора министерства главы правительства я выдвинул комплексный план вывода из кризиса городов развития. План назывался «Израиль-2000». Он основывался, подобно плану оздоровления ситуации в кибуцах, на предоставлении рассрочки муниципалитетам этих городов в выплате долгов, на оказании прямой финансовой помощи, на изменении законов землепользования с целью выделения пустующих или убыточных сельхозугодий под городскую застройку, и передаче земельных фондов местных советов с малой численностью населения муниципалитетам сопредельных городов развития.
Я рекомендовал инвестировать большие средства в систему просвещения. Такое вложение средств — в человеческую инфраструктуру — есть самый выгодный способ инвестирования. Все, что мы сегодня вложим в образование, завтра сторицей воздастся нам развитием нашей обороноспособности, промышленного, научного и экономического потенциала.
Создание политизированных направлений школьного образования вроде «Независимой школы» (религиозно-ортодоксальные партии), «религиозно-государственной школы» (при партии МАФДАЛь), «Эльха-маян» (партия ШАС) при невозможности создавать новые школьные направления с физико-математическим, естественнонаучным и техническим «уклоном» причинило огромный вред нашей системе просвещения. В деле школьного обучения есть место индивидуальной инициативе, предприимчивости, здоровой конкуренции с целью создания максимально комфортных условий для развития «еврейских мозгов». Способности надо поощрять и создавать условия для их развития, и тут не надо бояться показаться кому-то недемократичным. Уравниловка в деле выявления и развития талантов ни к чему хорошему не ведет. Единственное преимущество, которым мы обладаем в сравнении с другими народами — это еврейские мозги. И детям, проявляющим недюжинные способности, надо дать возможность развиваться в идеальных условиях, не сковывая талант популистской болтовней об интеграции всех неизвестно для чего.
Школам должна быть предоставлена полная свобода действий. Уместно говорить о полной приватизации системы просвещения. И в этом вопросе обе крупные партии должны выработать и совместную программу действий. Примером чему-то подобному может служить система просвещения, созданная в Англии по инициативе Маргарет Тетчер.
Нам нельзя забывать, что успехи таких секторальных партий как ШАС и ИБА обусловлены непрекращающейся дискриминацией тех, кто составляет их электоральную базу. Свобода и достоинство человека — это только декларация, законопроект или тема студенческого диспута. Однако мерилом этих красивых деклараций служит реальность, в которой мы живем. О каком человеческом достоинстве может идти речь, когда студентку-медика из СНГ арестовывают у нас по подозрению в проституции. Недавно у нас в аэропорту ретивые сотрудники полиции задержали, а затем взашей вытолкали из страны, ехавшую к нам на соревнования известную теннисисту из Белоруссии. Подозрения те же, основания для них такие же — страна происхождения, пол и внешняя привлекательность подозреваемой. Из той же оперы — все разговоры о русской мафии и о ее, якобы, влиянии на наших политиков.
Все это напоминает мне СССР в самые мрачные периоды его истории. Происходившее тогда в Советском Союзе полностью совпадает с тем, что происходит сейчас в Израиле. Тогда все вокруг говорили: «Мы не имеем ничего против евреев. Мы боремся с сионизмом и с сионистами…». Знаете, я могу с полной ответственностью утверждать, что все упущения, даже преступления, совершенные во времена приема огромной алии из стран Северной Африки, повторяются сейчас в отношении алии из стран СНГ. Все разговоры о «русской мафии», о «русских проститутках» и т. п. имеют одну цель: отвлечь внимание общества от явных провалов полиции в деле борьбы с реальной преступностью, не говоря уже о провалах всего руководства страны в таких сферах как просвещение и соцобеспечение.
Если можно было значительно снизить преступность в Нью-Йорке, то уж в Израиле, суммарное население которого почти втрое меньше, это тем более возможно. Те, кто всерьез захотят взяться за решение этой задачи, пусть возьмут несколько уроков у мэра Нью-Йорка Джулиани. Есть такой афоризм: справедливость должна не только вершиться, она должна быть еще и заметна. Именно поэтому я принимаю в штыки все разговоры о необходимости вернуться к старой избирательной системе. Растерянность, разброд и шатания в высших эшелонах нашей власти напоминают Францию в канун ее краха — перед началом Второй мировой войны.
Работы впереди много, и именно поэтому не хочу утомлять вас сейчас слишком длинной речью. Давайте выпьем за то, чтобы наступающий год был действительно хорошим. Давайте пожелаем «почетному ликуднику» Эуду Бараку оставаться и впредь образцовым оппозиционером. А Рони Мило пожелаем научиться решать проблемы уборки мусора в Тель-авиве, а если он так и не научится, то мы отправим его учиться по обмену опытом в Газу.
Государству Израиль я желаю выйти, наконец, на проторенную дорогу к процветанию.
А вам, дорогие друзья, всего самого, самого наилучшего. С новым годом!
Выступление на пресс-конференции, посвященной созданию партии «Наш дом Израиль» (Январь 1999 г.)
Исторический фон: Оказалось, что если финансовое и организационное оздоровление Ликуда — дело почти невозможное, но Либерману, все же, по плечу, то возвращение этой партии к ее идеологическим первоистокам — дело уже совершенно немыслимое. События конца 1998 года, описанные в предисловии этой книги, окончательно убедили в этом даже такого преданного «делу Ликуда» человека, как Авигдор Либерман. В самый канун нового 1999 года он вместе с группой единомышленников прекращает свое членство в Ликуде и объявляет о создании новой партии «Наш дом Израиль», призванной стать идеологической наследницей обанкротившегося Ликуда и правого лагеря в целом.
В последнее время этот зал [23] видел массу пресс-конференций. И я благодарю всех, собравшихся здесь, тем более, что оповещение об этой встрече нельзя назвать заблаговременным. (Я искренне удивлен тем, что у вас, журналистов, еще остались силы и желание приходить сюда и выслушивать что бы то ни было)1.
Начнем с формальной декларации: «Да. Я решил создать политическое движение, партию под названием «Наш дом Израиль» и во главе этой партии я буду на всеобщих выборах 17 мая 1999 года баллотироваться в Кнессет.
23
Тель-авивский Дом журналиста (на иврите «Бейт Соколов», дословно «Дом Соколова») — назван так в честь Нахума Соколова. Традиционное место проведения пресс-конференций.
Как только в ноябре 1998 года Кнессет принял закон о самороспуске, десятки «видных» деятелей Рабочей партии и Ликуда начали активное движение в разные стороны. Первые пытались всеми силами расшатать лидерство в Ликуде Биньямина Нетаниягу, вторые, не веря в силы Эуда Барака (тогда — председателя Рабочей партии и лидера оппозиции), соответственно пытались либо «подсидеть» Барака, либо подыскать себе политическую нишу, гарантирующую им сохранение места под солнцем. Каждый из них, соответственно, созывал пресс-конференции, делая громогласные заявления о своих намерениях или о намерении этими намерениями обзавестись.
После избрания Нетаниягу премьер-министром проф. Яков Неэман по рекомендации Либермана был назначен министром юстиции. Однако это назначение было отменено из-за того, что против Неэмана велось уголовное расследование, дошедшее до передачи дела в суд. Суд полностью оправдал Якова Неэмана. После этого он занял в правительстве Нетаниягу пост министра финансов (случай в политической практике Израиля редчайший — Я.Неэман не был депутатом Кнессета, в правительство он попал «извне», т. е. не из мира политических функционеров).
На иврите это выражение, по-русски звучащее вульгарно, считается вполне безобидным и является даже официальным термином, описывающим поведение чиновников. Более того, этот термин имеет даже аббревиатуру, вполне употребимую и в прессе, и в парламенте.
В июле 2000 г. президент Эзер Вейцман ушел в отставку. Вопреки всем прогнозам, президентом был избран канидат от партии Ликуд Моше Кацав, а не его конкурент — кандидат левого блока Шимон Перес. Впервые в истории президентом страны стал представитель не Рабочей партии. Ошеломляющий проигрыш Переса, которому сулили абсолютную победу, коментаторы приписывали не столько его мистической неспособности выиграть хотя бы одну избирательную кампанию, сколько явным желанием большинства депутатов Кнессета «насолить» Эуду Бараку.
Все, созывавшие тут пресс-конференции до меня — были государственными мужами вселенского масштаба, и потому я позволю себе не распространяться на темы внешней политики и обороны страны, а сосредоточусь на причинах, вынудивших меня принять решение о баллотировании в Кнессет, да еще и не в рядах Ликуда. Я решил создать политическую партию с «говорящим» названием: она должна стать подлинным домом для всех, кто разделяет ее идеи. Я подчеркиваю: домом, а не безличной и безразличной организационной структурой.
Разумеется, мы будем отстаивать и продвигать наши идеи — в этом смысл существования политической партии — но не менее важной для нас будет забота о каждом отдельном человеке. Жаботинский, скромным поклонником и последователем которого я останусь до конца своих дней, за полвека до нас сформулировал отношение нашей партии к каждому отдельному человеку: «Каждый человек — царь».
Да, всего год назад я стоял тут перед вами и торжественно заявлял, что не собираюсь баллотироваться в Кнессет на ближайших выборах. Я искренне старался удержаться вне рамок формальной политической деятельности, но, видимо, реальная жизнь сильнее любых, даже самых благих намерений. И поэтому мне очень важно объяснить, что же, собственно, изменилось за этот год. И объяснение свое я начну с пресс-конференции, состоявшейся здесь неделю-другую назад. Я имею в виду пресс-конференцию г-на Дана Меридора.