Никогда не прощу (Чужой свободы господин)
Шрифт:
– Сядь, - сдавленно прохрипел Вир, чуть сжав колени и согнувшись.
Я, было, взбрыкнула, испытывая ничем не передаваемое торжество, но ощутив на себе тяжелый взгляд поверженного короля, чинно опустилась на край кровати. Затем медленно расправила сбившийся халат и принялась сверлить вампира злобным взглядом.
А он вывез что-то уж совсем удивительное:
– Сейчас. Я отойду - и сможешь продолжить, - я в шоке!
– Я заслужил это. Забыл распорядиться, чтобы тебя выгуливали два раза в день. Слуги боялись делать это без моего разрешения..
Выгуливать. Как про лошадь сказал!
– Не боишься повторения?
– я злорадно кивнула куда-то в низ его живота, успешно подавив сладкую боль внизу своего. Скотина! Он еще и желание во мне вызывает!
– Матери моего ребенка простительно, - довольно осклабился этот гад.
– Ты знал? Конечно, ты знал! Скотина!
– Вампиры чувствуют, когда это происходит, - теперь дурацкая улыбка не сходила с ли… морды моего личного врага.
– Но с самого первого раза, Рина!
– он покачал головой, словно до конца не веря самому себе и все также сияя, словно начищенный медяк.
– Ты создана для меня.
– Скотина!
– что еще я могла сказать? Скотина и есть.
– Я не отберу у тебя ребенка, - а может, не такая уж и скотина… Последняя фраза звучала волшебной музыкой, но я не спешила радоваться, все также настороженно взирая на него.
– Ну, вернее, навсегда не отберу.
– Нет, все же ты сволочь!
– взвилась я, но тут же притихла, с тоской заглядывая ему в глаза. А внутренне готовилась ползать перед ним на коленях. Все, что угодно! Все!
– Не надо. Прошу.
Проникся, но неумолимо покачал головой.
– Нельзя. Первое время с ребенком могут находиться лишь вампиры.
– Собой покончу, - пригрозила.
– Врешь, - Вир ухмылялся самодовольно, как-то по-мальчишески.
“Соблазню, а кольцо выкраду и выкину”, - пришло вдруг в голову, и я даже испугалась таких коварных планов, не свойственных мне. А в животе снова сладко тянуло. Да что ж это такое?
Вир прошелся по комнате, а потом уселся на тахту, что стояла у окна, у которого я обычно “гуляла”.
– Рина, что ты знаешь о детях вампиров?
Я задумалась. Действительно, что? Покопавшись в памяти, поняла, за все время в Фальвах видела только одного ребенка. Ту девочку у дома с “кукушками”. Как же ее звали? Она еще хотела убежать со мной.
Подумала и твердо ответила:
– Только то, что вы их разлучаете с матерями. И они от этого страдают.
– С человеческими матерями, - со значением поправил вампир.
– Ах, да! Мы ведь недостойны. Подарили ребенка - и можем гулять. Как там? Если я решу остаться, то все, что смогу - это наблюдать со стороны, работая служанкой, а если нет - то вернусь в Лестеду?
– Никакой Лестеды!
– кажется, я впервые видела побагровевшего вампира.
– Я. Никогда. Не отпущу тебя.
Я должна была расстроиться. Отнюдь. Сердце радостно забилось в робкой надежде.
– Может, ты позволишь…
– С трех лет.
– Почему?!
– До трех лет маленькие вампиры чересчур кровожадны. И ненасытны. Он тебя съест и не заметит.
Вскочив, я заметалась по комнате, периодически ударяясь о некстати подворачивающуюся мебель.
– Как же так. До трех лет. А что я буду делать эти три года? Как я без нее?
– Вир неправ. Это материнское сердце ненасытно. Еще миг назад оно переживало о том, что меня могут разлучить с ребенком, теперь же и три года казались вечностью.
– Может, и меньше, чем три года, - как-то он это сказал… настороженно.
Я замерла, почуяв здесь какой-то подвох.
– Ты же сказал, что нельзя.
– Не думай об этом, - снова эта мальчишеская улыбка, преображающая такое холодное лицо.
– Ты совсем не о том сейчас думаешь. Гулять хочешь?
– Да!
– я засуетилась, едва не начав при нем переодеваться. Пусть выгуливает! Пусть, как лошадь. Пусть. Я на все согласна. Со всем смирюсь. Только бы не думать, что меня могли в очередной раз мастерски обмануть. Только не думать.
Осень ударила в лицо прохладой. Голова закружилась от влажного аромата прибитой дождем пыли. А я и не знала, что сегодня был дождь. Хотя именно в этот момент очень хотелось, чтобы тугие струи сильно хлестали по волосам, по лицу, смывая затхлый запах неволи. Как по заказу, в небе забурлили тучи такие густые и такие низкие в этом краю. Здесь вообще было как-то прохладней, чем дома.
Замок стоял на вершине холма, но часть его огромным выползком спускалась по его пологому краю в долину, окружая серые домики небольшой деревушки, как паук добычу. Неровная крепостная стена, похожая на причудливую паутину, довершала образ.
Неудивительно, что меня неудержимо тянуло наружу. Вперед по вымощенной гладким камнем дорожке, через подвесной мост и дальше. В своем стремлении молчаливый сопровождающий был почти забыт, но он и не препятствовал моему порыву.
И если выходила я почти крадучись, то по дорожке и мосту шла быстро-быстро, а по склону уже почти бежала. Вир спокойно мог меня обогнать, но предпочитал неслышно следовать сзади, ничем не напоминая о себе. А я предпочитала делать вид, что его вовсе нет. Хотя природное любопытство подталкивало засыпать вампира такими важными и волнительными вопросами, так что приходилось все время сдерживаться.
Конечно, хотелось бы знать, где находится замок, сколько я здесь пробуду, смогу ли хоть иногда видеть ребенка, но внезапно проснувшаяся во мне мудрая женщина (даже более того! Мать!) предпочитала помалкивать и выжидать. Надо решать проблемы по мере их поступления.
А пока ноги сами собой шли мимо маленьких, словно игрушечных, домиков, поближе к редкому лесочку, что скрывал русло небольшой реки. Ступни в мягких туфлях с наслаждением погрузились в ворох опавших листьев, шуршащих при каждом шаге. Не раздумывая, наклонилась, набирая букет. И этот момент вдруг пошел дождь. Чистый, свежий, он смывал все горести и смятение. Вот так, стоя на берегу быстрой реки, сжимая в руках букет из разноцветных листьев, под проливным дождем я поняла, что мне нужно делать дальше. Раз не получается бороться и действовать, как воин, буду действовать, как женщина. Как дождевая вода, что обтекает и укутывает, освежает и дает жизнь. Она может больно хлестать, но тогда несет разрушение. Это не мой вариант.
Только женская хитрость и чувства, которые до сих пор испытывает ко мне Вир, помогут мне остаться со своим ребенком и сделать его счастливым.
Словно чувствуя, что в голове моей вертятся важные мысли, Вир меня не трогал. Не кричал, что простыну, промокнув под дождем. Только когда вода потекла с платья ручьем, молча подхватил на руки и понес в замок. А я улыбалась, запрокинув лицо и растворившись в такой мудрой и прекрасной природе…
Только на третий день поняла, что строить планы легко, а воплощать их в жизнь гораздо трудней. Особенно если объект всячески сопротивляется.