Чтение онлайн

Британские наблюдатели, которые время от времени наведывались в Германию, вполне отдавали себе отчет в происходящем, но были морально не готовы перехватить у американцев инициативу. Например, директор авиационного научно-исследовательского центра в Фарнборо У. С. Фаррен из-за бюрократической проволочки, которая длилась едва ли не месяц, сумел приехать на завод Мессершмитта лишь в июле 1945 года. К этому времени здесь находилась уже куча американских солдат и различного рода специалистов — на других предприятиях картина наблюдалась схожая. В своем рапорте У. С. Фаррен писал:

Хотя такого рода рапорт был далеко не единственным, никаких положительных сдвигов не последовало. Были придуманы всяческие отговорки, например недостаток кадров, что звучало по меньшей мере наивно, особенно с учетом того, что Британия вместе с партнерами по Содружеству располагала многотысячной армией, готовой в любую минуту прийти стране на помощь. Но едва речь заходила об отправке в Германию экспертов, британские промышленники заводили одну и ту же пластинку: «А зачем? Мы ведь и так выиграли войну».

К концу войны «Роллс-Ройс» ежемесячно производил сто с небольшим самолетных двигателей в месяц, тогда как немецкие предприятия — более двух тысяч штук. Будь британские администраторы и политики чуть более дальновидными, они переняли бы немецкий опыт и тем самым, возможно, поправили экономическое положение своей страны. Британия выиграла войну, но экономическое и политическое соревнование она проиграла.

И не одна она. Советская разведка также не сумела обеспечить надлежащее присутствие в Германии; недостаток квалифицированных экспертов привел к тому, что по вине армии, в которой было немало невежд, несметные богатства оказались уничтоженными или «утерянными». Правда, ситуация коренным образом изменилась с началом операции «Осваким». Знаком того, что советская сторона стала смотреть на вещи более серьезно, явилось хотя бы то унижение, которое делегация союзников потерпела в Блицне.

В результате операции в 1946 году в СССР были отправлены более трех тысяч немецких специалистов вместе с семьями. Из них были образованы две группы авиаконструкторов. Первая должна была продолжить работы над проектом сверхзвукового самолета-ракетоносца, вторая — доработать реактивный бомбардировщик «Ю-287» с обратной стреловидностью крыла. Этот самолет по многим характеристикам существенно обгонял свое время, однако ряд аэродинамических проблем вынудил конструкторов остановиться на более традиционном крыле. Правда, когда оно было готово, работы по бомбардировщику были официально прекращены. В серию он так и не был запущен.

Кроме того, советские разведчики обнаружили многочисленные реактивные двигатели, оборудование и приборы, разработки ракет «ФАУ-2» и несколько законченных моделей самолетов. Помимо комплекса в Блицне они «унаследовали» от американцев научно-исследовательский центр в Нордхаузене. Правда, к этому времени из него уже были вывезены сотни «ФАУ-2», следы которых позднее обнаружились в Аризоне.

По всей видимости, материалы, касающиеся «летающих дисков» и «Фу-файтеров», СССР не достались. Возможно, это объясняется тем, что у нацистов сильно было идеологическое неприятие советских идей, сформированное за предвоенные и военные годы. Слишком долгое время им внушались пропагандистские клише, выставляющие русских недочеловеками, славянскими рабами, правда, активно такая пропаганда была развернута лишь с началом плана «Барбаросса».

За тем, чтобы русским «врагам» не досталась сверхсекретная информация, зорко следили профашистские организации вроде «Одессы» и «Слайдера», состоящие из бывших членов СС. Пожалуй, единственной крупной добычей СССР стал авиационный инженер Клаус Хабермоль, согласившийся на сотрудничество с Москвой.

Однако что именно было известно СССР о его прошлых разработках, сказать нельзя. Можно лишь предположить, что он выдал некоторые секреты в обмен на определенные уступки. Впрочем, воссоздать «летающий диск», не имея ни чертежей, ни профессиональной команды, было практически нереально. Так что, скорее всего, Хабермоль участвовал в разработках обычных реактивных двигателей, тем более что, как и Мите, он прекрасно сознавал, что не все секреты подлежат огласке.

Британская разведка действовала далеко не так умело, как американская, однако ей удалось существенно обойти своих советских коллег. В Великобританию отправились несколько первоклассных специалистов, в том числе знаменитый конструктор Вальтера, который спроектировал электрическую подводную лодку, а также ракетную систему для «Ме-163» «Комета». Вместе с другими немецкими специалистами по поручению британского адмиралтейства он приступил к разработке подводной лодки нового поколения. Но и здесь возникли трудности. Дело в том, что местные жители, страдающие от холода из-за постоянного недостатка угля, пожаловались властям на то, что из дома, где размещалась лаборатория Вальтера, постоянно идет дым. Впрочем, эта проблема была не единственной. Конструкторы платили настолько высокие налоги, что работа почти теряла смысл. Кроме того, с ними были подписаны только кратковременные контракты — исключительно ради того, чтобы выманить из Германии. Такой стиль поведения был типичен для британцев.

А тем временем ВВС Великобритании, решив наверстать упущенное, разработали план операции «Хирург», поставив ее главной задачей вывезти из Германии научно-исследовательский центр люфтваффе в Фолкенроде. Однако было уже слишком поздно. Хотя некоторые ученые и инженеры согласились на переезд, в целом операция потерпела неудачу. Для МИ6 этот провал был как бальзам на сердце. Она с самого начала была против трудоустройства немцев в Великобритании, поскольку опасалась провокаций и появления пятой колонны.

И все-таки было бы несправедливостью выставлять деятельность британского правительства и МИ6 в сплошном черном свете. Вполне может статься, что прохладное отношение к «ФАУ-1», «ФАУ-2» и реактивным истребителям было вызвано тем, что им достался значительно более лакомый кусок, а именно, документация по «летающим дискам». Какой-нибудь мелкий технический специалист вполне мог выразить желание предоставить чертежи дисков или «Фу-файтеров» (либо и то, и другое) в обмен на свободу. Этот амбициозный работник мог похитить копии чертежей, пока лаборатория готовилась к эвакуации. Поскольку самих моделей дисков никто не видел, можно прийти к заключению, что британцы получили лишь чертежи, возможно, в виде микрофильма. Как бы то ни было, эта информация была оценена по достоинству.

В Великобритании наряду с МИ5, обеспечивающей внутреннюю безопасность, действовала служба разведки, которая занималась более широкими геополитическими вопросами и, как следствие, довольно тесно была связана с армией. Таким образом, ситуация скорее всего выглядела следующим образом: дабы успокоить общественность, ей было сказано об ограничении контактов с немцами, а центр активности тем временем сместился в армию.

Итак, предположим, сразу после войны британская тайная служба заполучила бесценные чертежи неизвестных воздухоплавательных аппаратов, обещающих вписать новую страницу в историю освоения воздушного пространства. Хочу оговориться, что прямых доказательств настоящей гипотезы у меня нет, только кое-какие косвенные свидетельства. Тем не менее было бы любопытно докопаться до правды и установить, что же происходило на самом деле.

Великобритания в это время еще не полностью утратила имперский ореол. Она по-прежнему контролировала Индию, Пакистан и Австралию, имела колонию в Африке (Родезию). В Британском содружестве состояла еще и Канада с ее обширными лесами, арктическими пустынями, тундрой, плато и непроходимыми горными цепями — идеальное место для работ над секретными проектами, в отличие от плотно населенной Великобритании.

Надо добавить, что между британскими и канадскими властями уже однажды было заключено секретное соглашение. В 1945 году в провинции Онтарио на реке Чок был построен завод по переработке урана. Аналогичный завод был также возведен в Британской Колумбии на реке Клинтон, а на северо-западных территориях, неподалеку от озера Грейт-Бир, действовал урановый рудник. Таким образом, совместный британо-канадский запас стратегического сырья был сравним, если не превосходил, запас США. Это сотрудничество явилось основой для дальнейшего сближения.