Чтение онлайн

– Сегодня ночью в усадьбу не пойдем, - неожиданно произнес Игнат, садясь на кровать и аккуратно снимая ботинки. – Надо набраться сил. Но днем тоже не пойдем. Высок риск спугнуть искателей графского клада.

– Ты что же, в привидение не веришь? – удивленно просил я.

Игнат посмотрел на меня так, что шутить тут же перехотелось.

– Я тоже об этом подумал, - я сменил шутливый тон на серьезный, уже забираясь под плед и зевая. – Главное, чтобы ни Дорохов, ни Беркутов нас за это время не нашли здесь.

– Лучше спать по очереди. Не думаю, что нас выследили, но все же. Надеюсь, на тебя можно положиться - предложил гувернер. – Сейчас я дозорным побуду, а через четыре часа ты.

Игнат посмотрел на циферблат своих больших наручных часов. Я спорить не стал, уж очень напряженный день выдался. Отрубился, едва моя голова коснулась подушки.

Проснулся оттого, что Игнат тихо трепал меня за плечо.

– Просыпайся, Тимофей Александрович. Твоя очередь дозор нести.

Я едва успел продрать глаза, а гувернер уже мирно посапывал. Стараясь взбодриться, я решил прогуляться вокруг дома. Вернувшись, подошел к кровати Игната и, склонившись, прислушался. Да, он спал крепким сном честного человека.

Я забрался с ногами на кровать и выудил из кармана перстень, любезно мне подаренный милейшим Винокуровым. Мне интересно было узнать, что привлекло мою магию в этой побрякушке.

Покрутив перстень, я не нашел в нем ничего особенного. Ни надписей на непонятном языке, ни тайника, чтобы спрятать там яд. Обычный перстенек с камнем.

А вот камень был интересным.

Довольно тяжелый, он высоко выступал над кастом. Граней на нем не было. Идеально гладкая поверхность в виде почти прозрачной полусферы, внутри которой словно замерли клубы серого дыма или клочья тумана.

– Малышка, тебе нравится, - шепотом обратился я к магии.

Реакция Мико была странной. Она вытянулась по струнке и слегка раскачивалась из стороны в сторону. При этом жалобно поскуливала, словно прося о чем-то.

– Надеть? – спросил я, в очередной раз перекладывая перстень из ладони в ладони.

Легкое дуновение коснулось моего сознания, словно кто-то выдохнул:

– Да…

Кто я такой, чтобы пренебрегать желанием женщины, спасшей мне жизнь буквально вчера? Я прикинул размер перстня и надел его на средний палец левой руки.

– Все для тебя, милая, - сказал я, проведя большим пальцем по камню.

В следующее мгновение ослепительная белая вспышка залила сознание, тело скрутило болезненной судорогой, и я рухнул во тьму.

Очнулся от того, что было нечем дышать. Оказалось, я уткнулся лицом в подушку. Едва восстановив доступ воздуха, то есть, с трудом перевернувшись на спину, я «бросился», на уровень магического сознания, чтобы проверить, как там моя малышка.

Каково же было мое удивление, когда вместо головастика размером с ладонь, я увидел сферу примерно в два моих кулака. Это нечто сыто и довольно вибрировало, излучая теплый желтоватый свет.

– Мико? – не веря своим глазам, спросил я.

По сфере прошла волна. Мягко качнувшись из стороны в сторону, моя преобразившаяся магия подплыла ко мне и нежно потерлась о плечо моего магического воплощения.

Мне вдруг стало спокойно. А Мико, словно соскучившись по нехитрой, но уже привычной, ласке, подтолкнула меня под локоть. Я поднял руку и осторожно почесал круглый бок, получив в ответ довольное урчание.

– Что с тобой произошло, милая?

Вместо ответа магия толкнулась в мою ладонь и… растаяла, наполняя магическое тело теплом и энергией.

– Ты стала сильнее? – предположил я. – Из-за этого камня?

А такое возможно? Учитывая, что я ровным счетом ничего не знал о своей новой магии, можно предположить и такое. Возможно, перстень был каким-то артефактом, хранившим в себе магическую энергию. Было бы неплохо это узнать.

Я вынырнул обратно в реальный мир и посмотрел на перстень. Камень перестал быть полупрозрачным, помутнев и став просто серым. Зато я ощущал себя совсем по-другому. Даже мышцы, казалось, стали сильнее и крепче. Что ж, на следующем амбале нужно будет попробовать. Вот только как это сделать, чтобы не сильно пугать Игната. Он ведь не знает, что Тимофей теперь маг.

Возможно, я бы уже давно рассказал об этом гувернеру, но в таком случае мне, скорее всего, пришлось бы раскрыть и правду о себе. Чего сейчас делать совсем не хотелось. Не время еще. Нужно собрать больше информации. Чем я собирался заняться утром. А пока я сидел на кровати, вслушиваясь в тишину деревенского дома и в плеск магической энергии внутри меня самого.

Утро подкралось незаметно. Игнат, и здесь не оставивший своих воспитательных замашек, едва проснувшись, потащил меня во двор умываться.

Он как раз выливал на меня ведро воды, добытой из колодца, когда послышался скрип калитки. Игнат обернулся, принимая боевую стойку, да и я встрепенулся, скорее смахивая с лица воду.

Перепуганная Авдотья, не ожидавшая такой реакции от «фольклористов», замерла у забора, испуганно прижимая себе миску, прикрытую небольшим полотенцем, и кувшин.

– Простите, - извинился гувернер, опуская кулаки и расслабляясь. – Не хотел напугать. Привычка.

– Да, собирание частушек - дело опасное. А вы чего-то хотели? – дружелюбно спросил я.

– Да я вам тут оладушек и молока принесла… на завтрак, - проговорила Авдотья, не отводя взгляда от Игната.

Кажется, запала она на моего гувернера. Ну а что, он мужчина видный. Тонкостью черт лица и осанкой легко мог бы за аристократа сойти. Вот обустроюсь, займусь его личной жизнью. Чтобы не так бдительно за мной присматривал.

Я принял из рук женщины угощение со словами искренней признательности. Она, бормоча что-то под нос, быстро выскользнула обратно в калитку и засеменила прочь.

– Напугали, - покачал головой Игнат. – Больше не придет. А вот на наш след навести может.

– Ну не устранять же ее, в самом деле! Да и оладушки вроде ничего, - заметил я, вдыхая аромат, исходивший из-под полотенца.

Оладьи, действительно, оказались хороши. Как и молоко, еще совсем теплое. Посуду мы оставили у Агафьи за забором, чтобы не пугать лишний раз впечатлительную женщину. Потом решили немного убраться в этом рассаднике пыли и пауков, потому что было непонятно, в каком состоянии моя усадьба, кто там ходил по ночам, и сколько нам еще обитать в деревне.