Никольский. Выйти из Тени
Шрифт:
– С какой стати я должен это делать? – фыркнул Илья Ильич.
– Если вы этого не сделаете, то широкая общественность, а, возможно, и полиция узнают о том, что вы продаете информацию о своих клиентах.
– Какого?.. – начал душеприказчик.
– Такого, Илья Ильич, что только вы знали информацию о завещании Александра Никольского, а также где искать его наследника. Больше обо мне никто не знал.
Ипатов несколько мгновений смотрел на меня в упор совершенно круглыми ошалевшими глазами. Затем вынул из ящика стола бумагу и ручку и быстро написал несколько строк. Закончив, он положил письмо в конверт из плотной коричневой бумаги, написал на нем свое имя и адрес получателя и передал мне. Я забрал рекомендательное письмо.
– Вот теперь, пожалуй, все, - довольно произнес я.
– Теперь Тимофей Александрович позвольте мне озвучить одну просьбу.
– Да, конечно, - согласился я.
– Вы могли бы впредь не обращаться ко мне, а найти какого-нибудь другого человека, чтобы вести дела?
– С чего вдруг, уважаемый Илья Ильич?
– Видите ли, уж очень беспокойная работа с вами, господин Никольский, - поморщился душеприказчик, еще раз промокнув шею платком.
– Беспокойная работа – это сдать меня бандитам, ни мгновения не задумываясь, зачем я им нужен?
– произнес я, с удовольствием наблюдая, как вытягивается и бледнеет лицо Ипатова.
– Я не сдавал вас бандитам, а всего лишь подтвердил вашу личность!
– душеприказчик перестал бледнеть, но начал покрываться красными пятнами и хватать воздух ртом.
– Хорошо, - я примиряюще поднял вверх ладони. – В благодарность за услуги я исполню вашу просьбу и больше не буду обращаться к вам. Хорошего дня!
Я поднялся и направился к выходу.
– Позвольте еще один вопрос, - обернулся уже в дверях.
Ипатов нервно сглотнул.
– Спрашивайте, - обреченно простонал он, явно понимая, что разрешение я спросил чисто формально.
– Подскажите хороший магазин мужской одежды. А то в таком виде моя репутация выглядит совсем уж сомнительно, - я красноречиво развел руки в стороны, демонстрируя растянутую футболку с вылинявшим рисунком.
По лицу душеприказчика было видно, что мысленно он посылает меня совсем не по адресу магазина. Тем не менее, он выдвинул один из многочисленных ящиков стола и, с минуту порывшись в нем, выудил прямоугольник картона размером с ладонь и протянул мне.
– Вот визитка. Один клиент рекомендовал. Магазин через два квартала отсюда. Как выйдете из здания, повернете налево.
Я кивнул душеприказчику и, на этот раз ничего не сказав, вышел.
Итак, какие варианты получения денег у меня были? Ипатов как-то уж больно легко и бескомпромиссно порекомендовал обратиться в банк. Скорее всего, он имеет от них определенное вознаграждение. За то, что направляет отчаявшихся и не совсем клиентов за кредитом. Так что, возможно, это не самый лучший способ получения денег.
За этими невеселыми размышлениями я не заметил, как вышел на нужную улицу. Сверив адрес с тем, что был написан на визитке, я направился к зданию с высокими окнами, в которых были выставлены модели костюмов, и массивными деревянными дверями, на которых висела табличка «Тайницкий и сын».
Войдя, я оказался в большом светлом помещении с высокими потолками и двумя большими люстрами. Справа от входа стояли вешалки с похожими на те, что стояли в окнах, костюмами. Слева за протянувшейся вдоль стены стойкой обнаружился долговязый парень, лет на пять старше Тимофея.
– Вы что-то хотели? – протянул он, даже не пытаясь убрать с лица брезгливое выражение.
– Я хотел бы купить одежду, - ответил я, подойдя к стойке и в упор глядя на нахала.
– Каать, тут по твою душу! – закатив глаза, выкрикнул он.
На его зов из-за занавеса, скрывавшего находившуюся за стойкой дверь, выглянула девушка в белой рубашке и синей юбке в складку. Темные локоны были разделены ровным пробором и крупными волнами ложились на плечи. Девушку нельзя было назвать красивой, но она была весьма милой.
– Иди, учись отшивать клиентов, - довольно громко проворчал долговязый, разворачиваясь и проходя мимо девушки. – Скажи, что тут для него ничего нет, и пусть уходит.
Девушка промедлила лишь мгновение, а затем выпорхнула к стойке.
– Чем могу помочь? – против ожидания спросила она весьма вежливо и даже улыбнулась.
Я положил руки на стойку и, чуть подавшись вперед, спросил:
– Могли бы вы, Катенька, помочь мне подобрать одежду? Видите ли, я совсем недавно получил крупное наследство. Хотелось бы внешне соответствовать статусу.
Тихий доверительный тон я подкрепил улыбкой. Моя новая физиономия была симпатичная, в отличие от бывшей, так что можно было надеяться на лояльность со стороны Кати. Девушка, улыбнувшись в ответ весьма искренне, приподнялась на носочки и, приблизившись к моему уху, шепотом произнесла:
– Какой суммой вы располагаете и какому статусу необходимо соответствовать?
От ее теплого дыхания по спине пробежали мурашки. Я уже начал представлять как… Но усилием воли подавив разыгравшее воображение и вспомнив, зачем мы тут собрались, я вынул из кармана пачку купюр и внезапно севшим голосом произнес:
– Я теперь граф. Надеюсь, на данную сумму мы сможем что-нибудь подобрать?
Сверкнув глазами, Катя игриво выгнула бровь.
– Конечно, ваше сиятельство, - ответила она и поманила пальчиком в сторону вешалок.
Следующий час я был в полном ее подчинении. В смысле, примерял все, что она советовала. В итоге я оказался обладателем двух пакетов, в которых лежало все необходимое: от нижнего белья до заколки для галстука. И содержимое этих пакетов меня полностью устраивало.
– Надеюсь, господин граф остался доволен? – прощебетала Катя, протягивая мне пакеты.
– Почти, - уклончиво ответил я.
– Чего же не хватает вашему сиятельству? – глаза девушки удивленно округлились.
– Вашего согласия отужинать со мной.
Катя заливисто рассмеялась.
– Что ж, если это единственное, что вас сейчас беспокоит, то я с удовольствием принимаю ваше предложение. Но сегодня я не могу. А вот завтра после семи вечера я свободна. Могу дать свой номер телефона. У вас есть телефон?
– видимо, уловив некоторую растерянность на моем лице, уточнила она и положила на стойку черную коробочку точь-в-точь такую, какую Игнат раздавил у поверенного Дорохова.
– Нет, у меня нет телефона. Но, поверьте, я очень быстро исправлюсь.