Чтение онлайн

– Ты должна была...
– он остановился, а когда снова заговорил, его голос стал грубым.
– Ты должна была позабыть свою жизнь здесь.

Я кивнула, морщась от его прикосновения к моему плечу.

– Я забыла многое.
– Я почти все забыла, и если бы я не вспомнила лицо Джека, я бы, вероятнее всего, ушла с Коулом.

– Зачем ты вообще решила вернуться? Ты могла бы просто пойти в туннели. Зачем, Ник?

Я перевернула страницу книги.

– Я не обязана тебе отвечать. Я ничего тебе не обязана.

– Хм.
– Его взгляд затвердел.
– Знаешь, я заинтересовался твоим братом, Тимми.

Я посмотрел на него с опаской.

– Томми. Что с ним?

Он пожал плечами.

– Ничего особенного. Это просто, что я никогда не насыщался ребенком до этого, в основном, потому что детские эмоции не созрели до их полного потенциала. Я всегда думал о них, как о незрелом плоде. Но теперь мне интересно, не будет ли это похоже на телятину.

Я встала и схватила его за руку и потянула в сторону от двери спальни.

– Не делай этого.

– Не делать чего?

– Ты знаешь. Оставь Томми в покое,- мой голос стал сильнее, чем был, когда я вернулась.
– Я отвечу на твой вопрос, если пообещаешь не трогать мою семью.

– Ответишь на мой вопрос?

"Ты пройдешь через это", - подумала я.

– Да.

Он склонил голову, словно рассматривал предложение. Наконец, он сел на кровать.

– Идет. Почему ты вернулась? И помни, не будет считаться, если ты соврешь. И, Ник, - он сделал паузу, его взгляд сверлил меня.
– Я узнаю, если ты солжешь.

Я перевела дыхание.

– Я вернулась, чтобы увидеть снова свою семью.- Джек - тоже моя семья.
– И попрощаться... получше. В тот раз я ушла без всяких объяснений. По крайней мере, на этот раз я могу оставить им записку, чтобы они не тратили время впустую, думая, что меня похитили или что похуже.

Коул продвинулся немного вперед.

– Будь серьезной. Ты же не взаправду веришь, что это хороший способ попрощаться навсегда, не так ли?

Я не ответила. Его голос звучал в моих мыслях, которые я старалась похоронить, потому что знала, насколько эгоистичной стала после возвращения.

Он вздохнул.

– Вот что я скажу, Ник, ты, возможно, и пережила век в Нижнем Мире, но не выдержишь шести месяцев на поверхности. Ты будешь умолять меня снова забрать тебя. Я обещаю. Здесь слишком много боли для тебя.

Я зажмурилась, когда я услышала, как открылось окно в спальне. Коул остановился.

– Твоя метка.

Моя рука взлетела на черный кинжал, шрам на ключице. Она была все еще теплой.

– Что с ней?

– Это отпечаток Тени. Теперь внутри тебя есть Тень, - увидев выражение моего лица, он быстро добавил - Не волнуйся. Это не повредит тебе. Но в конечном итоге, Тень захочет воссоединиться с туннелями. Для них это как магнит.

А я думала, что это всего лишь шрам. Мне вдруг захотелось сорвать кожу на плече. Разорвать её, извлечь оттуда тень. Это не может быть правдой.

– Почему ты говоришь мне это?

– Если ты вдруг подумываешь скрыться, туннели найдут тебя. От них не убежать. Их нельзя подавить. И пока метка есть на тебе, они найдут тебя.

– Почему тебя беспокоит, что я могу попытаться убежать?

Когда он заговорил, его голос был мягок.

– Туннели могут отследить тебя, а я не могу.

Я не могла больше слушать это. Была ли это правда или нет.

– Уходи. Просто уходи.

Он кивнул.

– Я ушел. Но наблюдай за своей меткой. Она будет становиться тем больше, чем у тебя остается меньше времени на поверхности.

Он выскользнул в окно и пропал.

Я бросилась к зеркалу, висящему на обратной стороне двери шкафа, и оттянула ворот футболки в сторону.

Коул был прав насчет метки. Я не замечала до этого, но она становилась больше. Что если это не просто шрам? Что если это настоящая Тень внутри меня? Следящее устройство, растущее, отсчитывающее время, оставшееся мне.

И нет такого места, где я могла бы спрятаться.

Сейчас.

Столовая для бедных.

Пять месяцев и одна неделя до моего возвращения в Нижний мир.

Я пыталась забыть о визите Коула. Он не возвращался до конца недели, и я подумала, что он сдастся. По крайней мере, я надеялась на это.

Моя смена в столовой для бедных началась в эту субботу. Я с облегчением погрузилась в работу. Конечно, невозможно было смягчить боль, на которую я обрекла свою семью, но служение другим было началом - моим последним шансом на какое-либо искупление, если оно вообще существует.

Когда я попала в приют, управляющий столовой для бедных встретил меня снаружи в сопровождении с другим мужчиной с хорошим фотоаппаратом. Мне хотелось развернуться и уйти, но я не могла больше расстраивать отца. Мне придется пройти через это.

Управляющий подошел ко мне, протягивая руку.

– Никки, да? Твой отец сказал мне, что ты придешь. Я Кристофер.

Улыбка. Щелчок. Как только Кристофер взял мою руку, сработала вспышка.

– Приятно познакомиться,- сказала я.

Кристофер наклонился и тихо сказал:

– Просто не замечай этого парня. Что такого в том, что ты здесь, чтобы сделать что-то хорошее.

Мне сразу понравился Кристофер. Его дыхание пахло мятой и табаком, а татуировки лианы и проволоки выползали из-под воротника футболки, извивались вдоль его шеи. Он не обратил внимания на фотографа и повел меня в обеденный зал, в котором пахло как в закусочной вперемешку с дешевым магазином.

Было несложно освоиться в столовой, после разливки первых нескольких мисок, я уже вошла в ритм.

Когда очередь выросла, я больше не могла разглядывать лица и удивляться, как они докатились до ожидания раздач в столовой для бедных. Я просто наливала чили и старалась, чтобы рука с ковшом не тряслась.

Большинство людей тихо плелись вперед, поэтому я удивилась, когда пожилая женщина сказала мне:

– Ты совершенна.

Я подняла глаза от чана с супом.

– Я?

– Да, - ответила старая женщина. Глубокие морщины покрывали каждый дюйм ее лица. Кожа вокруг глаз сморщилась в уголках, словно она щурилась годами. Вопреки этому ее глаза были ясными и свежими. Ее иссохшие руки потянулись за супом, они выглядели такими хрупкими, что я начала беспокоиться, не будет ли миска достаточно тяжелой, чтобы сломать их.
– Ты не старая, - сказала она.