Чтение онлайн

Они прошли сквозь двери.

– Вика, простите, - позвал ее Алексей Романов, - можно вопрос? Откуда вы знаете мое имя?
– произнес он чуть смущенно.

Вика улыбнулась. Ее голос зазвучал непривычно низко.

– Не было у меня никакой амнезии, Алеша, - сказала она, - никогда не было.

Лидия Максимовна сделала к ней шаг, протянула ей листки с приказами:

– Вот. Все сделано.

– Не совсем, - возразила Вика.
– Порвите к чертовой матери это уведомление о сокращении. Действительно - все уже.

Лидия Максимовна бросила на Вику быстрый взгляд. Ее ресницы чуть задрожали, Вика смотрела ей прямо в глаза, и это, быть может, продолжалось всего лишь мгновение. Потом Лидия Максимовна широко улыбнулась и негромко проговорила:

– Добро пожаловать, девочка. С возвращением.

Вика кивнула, улыбнулась в ответ.

– Ну что, пойдемте наводить там у нас порядок?
– произнесла она.

* * *

Когда появилась Вика, шум начал стихать. Вика прошла на свое место за столом с микрофонами, и Петр Виноградов галантно привстал, пододвинув ей стул. Они сели рядом. Хотя в душе Петра Виноградова все ликовало, он выглядел абсолютно серьезным. Вика пару раз ударила пальцем по микрофону, потом сказала:

– Мне кажется, и так будет слышно.

В этот же момент к генералу Евгению Петровичу Родионову, сидевшему в дальнем углу, дабы не привлекать ненужного внимания, подошел пожилой, чуть сгорбленный мужчина с длинными седыми волосами. Он опирался на трость с массивной деревянной ручкой, присел рядышком, наклонился к Родионову:

– Она сейчас расскажет такую сумасшедшую историю...

Родионов вздрогнул, изумленно посмотрел на своего соседа; на его губах появилась еле заметная усмешка, и он негромко проговорил:

– Плохо выглядишь, сынок.

– Все же лучше, чем бы вам хотелось, - усмехнулся Санчес.

– Это правда, - просто сказал Родионов.
– Где они?

– Подождем.

– Чего нам ждать? Где они?! Я сделал все, о чем договорились.

– Сейчас появятся. Вон, уже идут.

Открылась боковая дверь, Родионов увидел свою семью, и у него отлегло от сердца.

"Живы, - подумал он, - все остальное не важно".

Их сопровождал какой-то человек в солнечных очках, настолько пижонских, что он походил на парня с какой-то дешевой рекламы. Евгений Петрович усмехнулся:

– Это что ж, такие у тебя теперь напарники?

– В каком-то роде, - согласился Санчес, - в каком-то роде.

– И как ты собираешься отсюда уйти, сынок?
– проговорил Евгений Петрович.
– В здании полно моих людей.

– Я же говорю: она сейчас расскажет просто сумасшедшую историю.

– Я тебя не понимаю. Давай прямо: деньги у тебя. Достаточно всякой ерунды. Я дам тебе уйти. Пора заканчивать весь этот фарс.

– Я-то уже давно закончил. Но боюсь, тут и без меня все завертится.

– Как хочешь.
– Родионов привстал.
– Я иду забирать свою семью. Наш уговор окончен.

– Окончен, - сказал Санчес, - а ваши домашние под надежной защитой. Насчет моего напарника - Стилет, вам, конечно, уже известно это имя.

Евгений Петрович вздрогнул, бросил на Санчеса недоверчивый взгляд:

– Ты о чем говоришь, сынок?

– Удивлены? Удалось вас второй раз сегодня удивить?
– Санчес привстал и шепотом произнес: - Он меня не знает. А так, наверное, давно бы убил. Как считаете?

Родионов какое-то время раздумывал.

– Чего ты хочешь?
– наконец произнес он.

– Ничего. Быть может, лишь посмотреть, как вы удивитесь в третий раз.
– Санчес снова зашептал.
– И я не буду иметь к этому никакого отношения. Это все плоды ваших собственных рук.

– С огнем играешь?

– Мне не оставили выхода.

– Я иду забирать мою семью, - сказал Родионов.

– Идите, - кивнул Санчес, - вас ждет там много интересного.

* * *

...Вика еще раз постучала по микрофону и склонилась к Петру Виноградову.

– Где мои дети, Петя?
– тихо проговорила она.

– Что?!
– Петр Виноградов смотрел прямо перед собой. На его губах застыла дежурная и совершенно идиотская улыбка. Он не понимал, о чем его только что спросили.

– Расслабься, Петя, - так же тихо произнесла Вика, - я знаю, где мои дети.

Петр продолжал улыбаться. На какое-то мгновение ему показалось, что он сейчас потеряет сознание.

* * *

Валентин Михайлович Прима и опергруппа находились в коридорах головного офиса "Континента", когда Вика начала свою речь. О Светлане Андреевне Прима знал, что она возглавляет крупнейшую частную охранную фирму "Шерлок" и что она очень сильно помогла им в этом деле.

Потом дверь пресс-холла открылась, появились Светлана Андреевна и человек, которого Приме представили как Воронова.

"Что ж, как и договаривались, с поличным", - подумал Прима.

– Все, - сказал Игнат Воронов, - сейчас.

* * *

Двумя минутами раньше Петр Виноградов думал о бутылочке шампанского "Дом Периньон", которую он поставил в лед и которую откупорит, когда все закончится. Первый фужер Петр выпьет в одиночестве - он всегда так поступал в свои удачные дни. Шум и праздник - это все уже потом, позже.

"Вика" наконец появилась, и сейчас она начнет свою речь. Детей все не везли, черт бы их побрал, но Родионов его заверил, что с этим все в порядке. Ладно, близнецы не омрачат ему праздник, рано или поздно их сюда доставят.

Быть может, сегодня Петр позволит себе даже побаловаться одной сигареткой. Всего лишь одной - из-за этого он не начнет снова курить.

Петр поискал глазами Родионова: тот примостился где-то с краешку. Мог бы вообще не появляться здесь сегодня. Между ними теперь не может быть никакого недоверия. Теперь уже нет.

"Вика" вошла. Петр галантно поднялся и пододвинул ей стул. Петр Виноградов не обратил внимания на то, что выглядела она как-то очень необычно, радостно, что ли. Вернее, это его не насторожило - девочка тоже порядком выбилась из сил, возможно, рада, что и для нее это все заканчивается.

"Вика" села рядом, склонилась к Петру Виноградову и сказала то, от чего мир взорвался у него в голове. Вопрос "Где мои дети, Петр?" даже не был абсурдным. В системе координат Петра Виноградова этот вопрос просто не мог существовать.