Ночь Стилета - 2
Шрифт:
Через две минуты Петр Виноградов понял, насколько сильно он ошибался.
* * *
Ошеломляющая речь Вики и все, что последовало за этим, было действительно подобно взрыву бомбы. А начала она просто.
– Привет всем, - произнесла Вика шутливым тоном, - наконец-то я смогу сообщить вам что-то очень важное.
– Она улыбнулась.
– Знаете, меня действительно зовут Викой. Надеюсь, ни у кого это не вызывает сомнений?
Раздались какие-то смешки. Неплохое начало для серьезного разговора и, как полагали большинство собравшихся, печального разговора.
Вика подняла руку, словно просила тишины:
– Хотя минимум два человека в этом зале уверены, что я та самая женщина, которую они выдавали за меня с момента автокатастрофы. Один из них - вот он, Петр Виноградов.
Еще один смешок, уже одинокий.
– Петр, вы объясните собравшимся, где вы нашли моего двойника? Расскажете про городок Батайск?
– Голос Вики неожиданно налился сталью.
– И про то, что вы сделали со мной? Вы же уверены, что меня больше нет...
Петр Виноградов смотрел прямо перед собой и продолжал улыбаться. Он начал качать головой, словно китайский болванчик. Неожиданно он понял, что хлопает в ладоши и произносит:
– Ой, Вика, ну вы повеселили нас... Забавно...
Но смешков в зале больше не было.
– Петр, не стройте из себя идиота!
– произнесла она жестко.
– Хотя теперь это дело ваше.
Над аудиторией повисла тревожная тишина, которая вот-вот могла взорваться множеством вопросов. Оказывается, всех ожидало гораздо более занятное шоу, чем то, на которое они пришли.
Вика снова подняла руку.
– Я вынуждена сделать очень важные заявления.
Тишина стала густой, темной...
– Я обвиняю вице-президента компании "Континент" Петра Виноградова и присутствующего здесь генерала Родионова в организации убийства моего мужа. Я обвиняю их в покушении на мою жизнь и в похищении моих детей. Я обвиняю их в организации взрыва на свадьбе...
Вика продолжала говорить, а картинка мира давно уже дрожала в голове Петра Виноградова и вот-вот могла взорваться на множество стеклянных осколков.
Климпс
– Товарищ генерал, попрошу вас проследовать с нами.
Родионов не обратил внимания на эту реплику. Родионов смотрел в глаза своей жены, в глаза любимой им Ольги Андреевны, полные слез.
– Женечка, скажи, что все это неправда, - прошептала она.
Множество блицев, вспышек фотоаппаратов, свет наведенных телекамер, и вопросы, вопросы, надоедливые, наглые, безжалостные и... чем-то похожие на тявканье собак. Ведь они все питаются новостями, они все питаются поступками таких людей, как Родионов... Вся свора питается поступками единиц. Тех, кто может действовать. Тех, кто в состоянии совершить что-то, чтобы почувствовать, что он - живой. Что может ответить генерал Родионов на их жалкие вопросы? Они говорят на разных языках, какое может быть взаимопонимание с этим подлым тявканьем? Что ж, пришло их время, время Своры...
– Нет комментариев, - сказал Родионов.
И перед тем как позволить опергруппе себя увести, он обернулся и попросил с простым и тихим достоинством в голосе:
– Подождите, пожалуйста. Одну секунду.
Евгений Петрович Родионов обернулся в поисках фигуры чуть сгорбленного старичка с седыми волосами. Но место, где только что сидел Санчес, оказалось пустым. Евгений Петрович усмехнулся и, ни к кому не обращаясь, произнес:
– Он всегда был умничкой.
* * *
Стилет и Светлана Андреевна стояли у стены, когда мимо них прошла опергруппа с задержанными Петром Виноградовым и генералом Родионовым. Валентин Михайлович Прима остановился рядом с ними.
– Все, - проговорил он.
– Наверное, так.
– Светлана Андреевна кивнула.
– Этих, внизу, задержала группа ОМОНа. Пытались оказать сопротивление, начали корочки предъявлять. Угрожают.
– Понятное дело, - произнес Стилет.
– Ну ладно...
– Прима уже собирался двинуться следом за опергруппой, потом все же спросил: - А как вы догадались?
– Что?
– произнесла Светлана Андреевна.
– Ну, с теми двумя. Кто - где...
– Следы, - сказал Стилет, - все оставляет свои следы.
– Он имеет в виду...
– Светлана Андреевна улыбнулась.
– Мы сделали голосовые отпечатки. Потом сверили. Поняли, что последний месяц это была Вика.
Прима опустил руку в карман, нашел там смятую пачку "Явы". Извлек одну сигарету, закуривать не стал. Мял сигарету пальцами, размышлял.
– Неплохо, - наконец сказал он, - совсем неплохо. Только... как ей это удалось?
– Сбежать?
– Да. И... целый месяц.
– Не представляю.
– Двойная маска, - задумчиво проговорил Прима.
– Сильная женшина. Удивительно.
– Удивительно, - кивнул Игнат.
Вместо эпилога
РАДУЖНАЯ ВДОВА
1
"Правда, она хороша? Много лучше, чем о ней думают".
2
В темной расщелине жило Божество. Сначала она знала, что это лишь убежище краба, маленького беззащитного существа, увеличенное воображением и слоем воды. Но потом она поняла, какая сила заключена в темноте.
3
Спустя четыре дня после Викиных заявлений на пресс-конференции Игнат Воронов находился в кабинете шефини, потягивал предложенный ему черный кофе и с некоторым изумлением разглядывал огромную фигуру витязя на вздыбленном коне, пронзающего копьем чудовищного змея. Вся композиция была исполнена из разноцветного хрусталя.
– Георгий Победоносец, - пояснила Светлана Андреевна.
– Понимаю, - сказал Игнат.
Шефиня вздохнула:
– Такие вот подарки преподносят женщинам-руководителям на круглые юбилеи.
– Впечатляет.
– Более чем. Но, как говорится, дареному коню... Вот только куда его девать? Гонец из Пизы...
Игнат усмехнулся. В устах Светланы Андреевны это было одной из высших форм неодобрения. Фраза "гонец из Пизы" с легкостью трансформировалась в "пи...дец из Ганы". Потом Игнат снова подумал о Вике и о том, казавшемся таким далеким, дне, когда на лужайке загородного дома Лютого был взорван свадебный торт.
– Значит, она сделала это в день свадьбы?
– произнес Игнат.
– Да, у нее имелась склянка с какой-то тропической вытяжкой. Экспертиза показала в ней наличие наряду с прочим довольно сильных алкалоидов. Это и вызвало у Александры Яковлевой наркотический шок. Вика ввела инъекцию при помощи украденного ею одноразового шприца.
– Понятно. А так как наркоманкой в глазах похитителей являлась Вика...
– Совершенно верно. Видишь ли, Игнат, ей крупно повезло. Стечение обстоятельств. Ты не мог этого знать. По причине ранения на свадьбе ты находился в бессознательном состоянии. Но в тот вечер разыгралась страшная гроза, настоящий ураган. Видимо, вещество, введенное Яковлевой, не начало действовать моментально и между ней и Викой завязалась борьба, но шум ее был приглушен грохотом грозы. Вика была заторможенной нарозином наркоманкой, никто, в том числе и Яковлева, не ожидал от нее подобных действий.