Чтение онлайн

— Пойдемте… раз у Каса забрали все фрукты, то придется вернуться с пустыми руками, — натяжным спокойствием звенел голос Гавриила. Мальчики поплелись в сторону замка, держась рядом.

По пути они натыкались на разные прилавки и витрины, на одной из которых стояла книжка с красивой обложкой. Кас застыл, глядя на нее; глаза его светились от красоты, а рот раскрылся в удивлении. Он почти прильнул к стеклу, что преграждало его руки и глаза от таинственных страниц этой красивой книги. Но Гавриил взял его за руку и сказал: "Пошли", а сам на секунду взглянул на эту книжку. Посмотрев на горящее лицо брата, Гавриил помрачнел и ускорился, дабы скрыться от злосчастного прилавка. Когда солнце опустилось к линии горизонта, окрашивая море в красный, мальчики зашли за порог своего дряхлого и зашарпанного домишки. Свет из окна упал на лицо сидящей за мелким столом матери; она сгорбилась и смотрела бездушно в пол, поглотившись своими тревожными мыслями, попутно грызя ногти. Несколько желтых волосинок выглядывали из-под серого платка, скрывшего волосы. Чуть увидев своих сыновей боковым зрением, она ринулась со стула, словно собака с цепи, и крепко обхватила всех троих. Она лепетала что-то непонятное, но мальчиками было ясно, что она высказывала свои переживания. Тяжелее навалившейся матери на детские тела для них были ее слезы, которые полились рекой по красным от нахлынувшей крови щекам. Их лица сделались бледными, печальными и жалкими. Оторвавшись от них, она стала целовать каждого в макушку, продолжая жаловаться на боль в груди, которую вызвали эти трое своим долгим походом. Вдоволь наплакавшись, она присела на стул и, осмотрев их и не найдя пакета с фруктами, грустными и жалеющими глазами взглянула на Каса.

— Что же случилось? — спросила она наконец. Кас поник головой и дергал пальцы.

— Их забрали… прости, мама, мы не успели защитить Каса и отобрать фрукты… — подавленно отозвался Гавриил, тоже склонив голову, а за ним и Левиафан, который скрипел зубами от злости.

— Ох и дураки вы… — проронила мать, положив худую руку на голову Каса. — Не стоит так унывать. Главное, что вы целы и пришли домой… остальное мелочи.

Кас прижался к матери и стал плакать, а она гладила Гавриила и Левиафана по голове. Кастиил стоял в тени. Он помнил и этот момент: как нежные руки мамы аккуратно жалели и утирали слезы; как теплые слова ее ласкового голоса утешали бури, что были внутри трех мальчишек. В одинокой слезе, катившейся по щеке взрослого ангела, были все эти сохранившиеся, но затупленные чувства и ощущения. Капля натянулась на конце кожи и изо всех сил старалась удержаться, но законы физики были властны даже над этой упертой каплей, и когда она расплескалась по полу, то все вокруг быстро исчезло и вновь преобразилось. Кастиил наклонился и наблюдал звезды в фиолетовом небе. Ночью троица мальцов крепко и сладко спала в одной кровати — все эти похождения, греющее солнце и попытки защититься от избиений быстро изматывали. Их мать засыпала позже, но сейчас она явно не собиралась спать. Поцеловав каждого сына, она накинула темный плащ, тихо отворила скрипучую дверь и остановилась. Оглядевшись, она взглянула на лица своих детей, освещенных лишь жалкой свечой, но в этом полумраке эти детские худые лица казались неописуемо красивы. На дрожащих губах появилась улыбка, которая скрылась в тени накинутого капюшона. Кастиил, будучи стоящим в центре и наблюдавшим всё, хорошо понимал, куда она собралась и почему ждала, пока мальчики не заснут. Ее сильное, но глупое сердце считало, что сыновья не подозревают и не понимают того, что она делает ночью. Кастиил так же хорошо знал, что Гавриил лишь делал вид, что спит, но сам всегда видел сквозь полузакрытые глаза, как фигура матери скрывается в ночной тьме. Он всегда молчал, всегда смотрел на нее. Отвернувшись на другой бок, он вжался в подушку и накрылся одеялом. Кастиил подошел к нему и присел. Хрупкие детские плечи тряслись под одеялом, а тихие всхлипы глухо слышались из подушки. Гавриил никогда не показывал свою слабость и пытался казаться рассудительным; лишь ночью, когда никто не видел его, он мог снять холодную маску и дать горьким слезам волю. Кастиил протянул руку и хотел приобнять мальчишку, но рука прошла сквозь подушку. Все же ему стоило помнить, что он подобен призраку. Сердце внутри ангела билось сильней, голова стала трещать, а брови дергаться. Сдерживая слезы, Кастиил поник головой и крепко сжал кулак. Тогда он не подозревал, что Гавриил сдерживал и копил все эмоции лишь для того, чтобы братья не отчаялись; он всегда был тверд и спокоен, чем облегчал горе и страдания своих братьев, ведь они могли положиться на него, единственного сильного духом. И этот образ он сохранял всегда, когда они смотрели на него и говорили с ним. Кастиил был зол на такой глупый поступок — пускай тогда он не знал, но сейчас он зол на то, что Гавриил брал слишком много, не позволяя братьям разделить боль — вместо этого он брал всю их боль на себя.

— Гавриил… — промычал Кастиил сквозь зубы, — идиот!!!

Тихий плач прекратился. Кастиил поднял голову, удивленно смотря на такое же удивленное лицо Гавриила, которое смотрело на него. Мальчик застыл и не сводил глаз. Кастиил стал вилять из стороны в сторону и когда подтвердилось, что Гавриил видел его и даже следил глазами, то опешил и свалился на пол. Они молчали и разглядывали друг друга. Гавриил поднялся и сел на кровать, вытягивая шею и щуря глаза; с тумбы он взял свои очки и поднес свечу ближе к лицу Кастиила. Когда черты его внешности были озарены желтым мерцающим светом, Гавриил раскрыл рот и чуть не выронил свечу.

— Папа… — проронил он дрожащим голосом. Кастиил опомнился и попятился назад. Да, он сильно похож на отца, на отца Каса и Гавриила: те же черные короткие волосы, стоящие ежиком, то же вытянутое лицо с круглыми голубыми глазами и высоким лбом. Приняв Кастиила за отца, Гавриил медленно спустился на пол босыми ногами, аккуратно подошел к нему и, чуть помешкав, вцепился в его шею, уткнувшись лицом в плечо Кастиила.

Ком в горле не дал Кастиилу сказать и слова. Он смотрел в пол, пытаясь осознать все, что сейчас происходит. Дерганное маленькое тело Гавриила вывело его из шока. Мальчик снова плакал. Кастиил помрачнел; нежно обхватил его спину, он прижал его к себе и крепко обнял. Молчаливая встреча братьев была грубо прервана: Гавриил, Кас и Левиафан исчезли, словно их не было, как все вокруг. Кастиил пришел в себя уже на рыхлой земле. Запах пороха, крови и лязги мечей — Кастиил осознал, что находится посреди битвы. Мимо и сквозь него бежали мирные горожане. Обломанные дома, высокий пожар и звуки отдаленной битвы вызвали боли в разуме, а вместе с ними и воспоминания, которые материализовались… Недалеко он слышал знакомые голоса. Мать и трое ее сыновей пытались убежать от наступающей группы демонов, которые устроили этот поджег. Оборонительные силы Эдема были подавлены, а все, кто остался на этой земле, либо умирали от пожара, либо от рук рогатых солдат. Кастиил видел, как в руках матери находилась его молодая версия, видимо, раненная в ногу, ведь штанина и ботиночек были испачканы кровью, а Гавриил и Левиафан бежали рядом. Они бы смогли скрыться и убежать, если бы не огненный залп сзади. Он поразил рядом стоящий дом. Его ошметки разлетелись в стороны. Один из них вонзился в ногу матери; она повалилась на землю, выронив Каса. Левифан быстро поднял брата. Гавриил упал на колени и пытался поднять мать, но его сил было мало; он безуспешно старался, игнорируя упреки и просьбы самой матери оставить ее и бежать дальше. Когда его сознание не помутилось от нехватки энергии (до атаки семья не могла поесть и голодала три дня). Мать подняла его и, обхватив его лицо, криво улыбнулась, выплюнув кровь. Гавриил смотрел на ее жалкое выражение сквозь слезы, желая снова броситься поднимать ее и тащить.

— Гавриил, мальчик мой… — хрипло начала она, — побереги силы. Я уже не встану… моя жизнь закончится здесь… но не ваша… прошу, позаботься о своих братьях… будь их защитником, братом и родителем… я верю, что вы выживете и будете жить хорошо… — спустив последние силы, она потянулась и поцеловала его в лоб. Ее рука безжизненно упала на землю — она умирала… Гавриил чуть отступил, вертя головой. Он отказывался верить и кричал.

Недалеко послышались мужские крики. «Демоны» — едино подумали братья. Гавриил посмотрел на бледное лицо матери. Ее кривая улыбка, мелкие радостные глаза и слезы были последним выражением ее жизни. Сжав кулаки до крови, Гавриил подхватил Каса, и вместе братья смогли добраться до безопасного места. Они уже были далеко от опасности. Кастиил смотрел им вслед. Подойдя к телу матери, он опустился и попытался взять ее руку — у него снова получилось, как тогда с Гавриилом… Дрожащие синие губы юноши коснулись холодной белой ручки женщины. Кастиил склонился перед телом матери и уткнулся головой в землю.

— Спасибо… — протянул он, хмурясь и сдерживая эмоции. Взглянув в последний раз на это удивительно красивое и доброе лицо даже после смерти, Кастиил обернулся, чувствуя, как пламя поглотило тело матери и все остальное. Плечи ангела задергались, а зубы сверкнули в злом оскале.

— Всеотец, — тихо обратился он к своему богу, — почему я снова вижу эти кошмары? Неужели я умер и теперь буду видеть это снова и снова? Неужто тебе нужна моя духовная смерть? Хотя… я должен поплатиться за свою слабость… тогда ты по праву желаешь полной гибели моей. Я готов… я заслуживаю смерти…

Все звуки резко пропали. Пламя потухло, а демоны и трупы исчезли. Рокот зверя разносился эхом. Кастиил встрепенулся. Обгорелая земля стала возвышаться перед ним. Корешки, ветви и листья сложились в подобие арки. Самодельная дверь из грязи и остального медленно отворилась. Сухие стволы тянулись и тянулись к ангелу. Коснувшись его тела, они обхватили его и резко дернули в эти ворота. Пустой мир стал превращаться в песчинки и исчезать, оставляя лишь белое пространство…

Битвы трех деревень были похожи на странный механизм. Когда пламя сражения потухало в одном месте, в другом оно только начинало загораться. И сейчас огонь битвы вспыхнул далеко от деревень.

Было сложно атаковать врага и терпеть головные боли. Кровь залила глаз, отчего приходилось вертеть головой чаще. Мало того, что из команды Ребекки пропал Левиафан, так еще и непредвиденная сложность — некогда обычные эльфийские солдаты разом мутировали в двухметровых тварей, которые были сильны и ловки, словно звери. Гавриил и Кастиил брали весь огонь на себя, пока Ребекка пыталась выследить мага, который и сделал солдат такими. Из-за недавнего пробуждения от гипноза, под который попали все, ее контроль был слаб. Твари вокруг то нападали, царапая плащ и кожу, то кричали, сбивая с толку. Они действовали стаей, подобно волкам; отбившись от одного, нужно сразу же принимать другого, и ни магии, ни физических и ментальных сил уже не оставалось. Закусив губу, Ребекка крикнула и запрокинула руки — ледяной купол толстым слоем отгородил ее от внешнего мира. Чуть присев и сгорбившись, она приложила руки к вискам. Боль от второго укуса губы ослабила боль в голове — блондинка искусала всю губу, а потом уже начала свою операцию. Нахмурив лицо, она протянула руки в стороны — каждый палец ее тянулся так, словно невидимая сила пыталась вырвать его. От мозга до пят прошла электрическая волна внутри тела девушки. Эти колебания вошли в землю через ноги и в воздух через пальцы. Невидимая волна хлестнула от дрожащего тела ангела. Она разносилась на сотни и тысячи метров, ощупывая каждый изгиб камня. Уши Эденс ловили каждое звуковое колебание, через которое проходила волна; нервные импульсы искрились в пальцах, имитируя прикосновения. И вот нашелся тот, ради кого ангел перевернула две тысячи квадратных метров. Руки обессиленно свисли. В полумраке глаза ангела сияли фиолетовым; когда тело приходило в движение, от света глаз оставался фиолетовый световой хвост. Бледный кулак резко сжался с хрустом костей. До ушей ангела донесся глухой крик, прерванный подступающей к глотке крови — эльфийский маг был убит. Ребекка тяжело выдохнула и свалилась на землю. Ко рту подступила рвота, а в глазах помутнело. Было бы уместно применить силу исцеления, но горький факт был неизменяем — это ангельское тело было неподвластно магии исцеления. Готовясь свалиться без сил, Ребекка увидела, как стена ее ледяного купола была пробита.

Кастиил тревожно подбежал, поднял и отнес за бугор слабое тельце Эденс. Гавриил осмотрел ее рану на голове и лишь скрипел зубами, ведь ничего, кроме как сделать повязку из своего плаща, он не мог. Со смертью мага и мутировавшие твари были убиты — «Их мозг поддерживал маг, иначе они бы не стали тактично сбиваться в группы и бить кого-то определенно» — заключил Гавриил. Кастиил лишь жалобно смотрел на израненное лицо Ребекки и гневался за неосторожность команды. После тех странных воспоминаний он, как и остальные, был еще не готов к битве, что, конечно, еще сильней ударило по общему духу команды, как и пропажа Левиафана. Кастиил не чуял его ангельскую ауру, но неожиданно почуял другую. Высунув голову из-под оврага, он щурился и прислушивался. Нить этой ауры не натягивалась, а расслаблялась, отчего точное местоположение источника ауры трудно определить. С небольшого склона кто-то спустился и медленно шагал по местности. Свет давно покинул лес, так что тот, кто шагал был иголкой в стоге сена — но тогда Кастиил был отличным магнитом. «Прямо за нами!» — шепнул он Гавриилу и вынул ангельские клинки. Гавриил резко поднялся и пустил две стрелы в предполагаемого оппонента. Свет выстрела на долю секунды осветил длинный черный плащ и капюшон. Стрелы столкнулись с невидимой стеной и исчезли. Гавриил оскалился. «Позволь мне» — сказал Кастиил. Гавриил кивнул и натянул тетиву. Кастиил рванул с места, махнув клинками. Он шел в лобовую атаку — противник делал какие-то неясные движения, которые ангел, не задумываясь принял за попытку атаковать. В должный момент их столкновения ангел ловко прыгнул, летя по инерции вперед. Он приземлился за спиной. Клинки быстро коснулись плаща, но были отражены. Кастиил потерял равновесие и опешил. Враг использовал его негодование и ударил концом трости, за который держался. Ангел влетел в дерево и выхаркал кровь. Враг стоял неподвижно. Сзади что-то свистнуло — стрелы вновь развеялись у самого тела. «Так и думал…» — мыслил Гавриил. Поправив очки, он встал в полный рост и выкатил грудь вперед, расставив руки в стороны. «Твой ход» — басом отозвался он, прожигая незнакомца исподлобья холодным и ядовитым взглядом. Трость вальяжно протянулась к нему. Вокруг нее образовались синие шары. Резко дернув трость, враг выстрелил этими шарами. Неожиданно перед Гавриилом возникло что-то белое — враг пошатнулся. Гавриил расплылся в хитрой улыбке. В светящимся луке образовалась стрела, а вокруг нее такие же синие шарики. Взрыв поднял дым, в котором пропал незнакомец. Кастиил не успел разглядеть момент выстрела.

— Ты в порядке? — спросил подбежавший Гавриил.

— Драться в силах, — быстро сказал Кастиил, обнажая клинки.

— Лобовые атаки против него бесполезны — он маг, и использует мощный щит. Но есть вариант задеть его…

Неожиданно перед лицами возникли синие шарики… ВЗРЫВ!!!

Раскрыв глаза, братья удивились своей целостности. Кастиил почуял сильный, но краткий скачок ангельской магии.

— Госпожа!!! — крикнул он, бросаясь в яростную атаку.

Незнакомец грубо сжал ее горло и пытался удавить. Кастиил нанес прямой удар и тут же отлетел. Гавриил быстро выстрелил тремя стрелами, после побежал к Ребекке. Враг вздрогнул при виде ангельского лука и телепортировался. На ходу Гавриил схватил Ребекку и перекатился через жалкий бугорок, оставив ее за ним. «Купился… думал, что мое отражение атаки работает многократно» — заметил он меж делом. Враг, тоже поняв это, затрясся от гнева. Кастиил снова бросился на него. Маг провел рукой и создал портал. Кастиил ничего не понял — клинки уперлись в кого-то, а значит он нанес удар. Подняв голову, он увидел шокированное лицо Гавриила. Кастиил в испуге отпрянул от брата. Незнакомец снова зарядил синие шары. Вынув клинок, Гавриил отдал его брату и, схватив за лицо, грозным тоном крикнул:

— Сейчас атакуй его справа! Беги!!! — Кастиил немного подергался, но все же кинулся на врага. Тот же громко хмыкнул, не отходя от нападения. Гавриил натянул тетиву.

Его выпущенная стрела в момент расслоилась. Сотни ангельских стрел быстро летели на мага. Тот пошатнулся, но убегать было поздно — Кастиил уже наносил удар. Для братьев стало счастьем, что в критический момент маг не смог быстро сообразить себе пути отступление. Стрелы и заряженные ангельской магией клинки ударили в унисон. Свет озарил лес. Щит мага устоял перед этой сильной атакой, однако кровь таки хлынула из тени капюшона. Маг ощутил боль в районе спины. «План сработал. Пока он был сконцентрирован на двух мощных атаках с разных углов, он совсем забыл про тыл. К сожалению, стрел, что я запустил по другой траектории, недостаточно, чтобы убить его» — рассудил Гавриил.