Чтение онлайн

Камайнен дрогнула; помедлила секунду – и тихо опустила лук, склонив голову набок и словно о чём-то задумавшись. Если бы Рыжик умел сейчас чувствовать, его бы встревожило это выражение лица ведьмы: как будто Юта решала в уме какую-то сложнейшую математическую задачу... Но он не умел, и потому лишь вежливо кивнул, показывая, что принимает принятое Камайнен решение.

– А какого пса ты тут вообще делаешь? – неожиданно очнулась Нарцисса, непроизвольно стискивая в пальцах ладошку испуганной Тин-Тин. Её раздирало от бессильной злости на шустрого шпингалета Майло, который неизвестно где взял и приволок в свою общагу бывшего директора Антинеля. И если один на один принципалка уж как-нибудь бы справилась с двумя детьми, заморочив им головы или попросту придушив узами, чтобы не путались под ногами, то теперь... теперь всё пошло прахом из-за этого!.. Нарцисса едва ли не со слезами уставилась на невысокого худощавого мальчишку с золотисто-рыжими волосами, так обманчиво безобидного с виду, и беспомощно повторила свой вопрос:

– Здесь нет прорех, тебе не нужно ничего зашивать в Никеле, так какого же препаршивого пса ты здесь забыл?!

– Да, Майло, – согласно кивнул Рыжик, выловив из слов принципалки что-то, понятное только ему самому, – ты всё-таки, пожалуйста, вспомни, куда ты его положил. Твою комнату и кухню мы уже исключили опытным путём, но если мы будем продолжать в том же духе, то к тому времени, когда цель будет достигнута, она уже утеряет свой смысл, свою необходимость. Закрой глаза. Мысли ассоциативно, инстинктами, чутьём, сын северной ведьмы.

– Смайлик, что вы ищете, может быть, я знаю... – робко вякнула Тин-Тин откуда-то из-под локтя Нарциссы. Та грызла губы, пронзённая ясным и холодящим пониманием: они с Рыжиком появились на аллее Прогресса, ведомые одной и той же целью, пусть и с разными намерениями.

– Да откуда тебе знать, – горестно отмахнулся Майло, – дневник моей мамы мы ищем... я его так хорошо, так надёжно спрятал, что теперь не помню, где. Точнее, помню, вот только его там нету. Он уже несколько лет подряд лежал в такой...

– Круглой коробочке из-под печенья с корабликом, да? – жалко подсказала ему Тин-Тин, и её глаза наполнились слезами. Майло нервно дёрнул длинным носом, и в явственном нежелании верить в собственные слова осведомился:

– Ты... ты что, Тин... ты забрала себе... дневник Стефании?.. Тин, ну... – тут Майло, видя, как дрожат губы у готовой разреветься девчонки, сделал над собой неимоверное усилие и, уцепив себя самого за карманы, снисходительно сказал Тин-Тин:

– Ладно тебе, не реви, я не буду ругаться, если ты сейчас вытрешь сопли и принесёшь тетрадь нам с Рыжиком.

– Да-да, – поддержала его Нарцисса и одной рукой обняла Тин-Тин за дрожавшие под серым пальтишком плечи. – Давайте не будем раздувать пожар ссоры из уголька проблемы. Тин сейчас принесёт тетрадь, и мы все вместе пойдём пить чай...

На Юту Камайнен девушка старалась не смотреть; при этом она лелеяла тайную надежду, что ведьма всё-таки попробует сцепиться с этой фарфоровой тварью по прозвищу Рыжик, и тем самым даст принципалке шанс завладеть дневником Стефании. Узы по-прежнему молчали, и распознать, где точно находится тетрадь, принципалка была не в силах. Слава свету, хотя бы головокружение слегка унялось… На какой-то миг Нарцисса поверила, что всё сложится удачно – но тут Тин-Тин в голос завыла, осев на истёртый дощатый пол и горестно вцепившись обеими руками в свои густые тёмные волосы.

– Неееет, ты будешь меня ругать, Смайличек, будешь, – всхлипывала девочка, – и за дело, за дело, потому что я эту книгу обменяла на Перемену...

– Кому?! – хором воскликнули Майло и Нарцисса: мальчишка с яростью, девушка с отчаянием.

– Так Поооооолли же, – простонала Тин-Тин и подняла покрасневшие, несчастные глаза на немо открывавшего и закрывавшего рот Майло.

– Но зачем?! Зачем?! Я бы и так отдал Полли эту тетрадь, он ведь дружил с мамой, и вообще...

– Она всё равно не открывалась, там замочек хитрый, я его и шпилькой, и булавочкой, а он никак, – всхлипнула Тин-Тин, размазывая ладошками слёзы по не очень чистым конопатым щекам. Нарцисса поймала себя на том, что хочет сгрести в объятия и расцеловать эту маленькую воровку, так ловко пославшую опасный дневничок прямиком в Кирпичное. Ведь Элен Ливали сказала, что чувствует приближение Поля, а уж изъять у своего возлюбленного талмуд глава интерната сумеет на счёт раз, когда два уже было. Майло меж тем, забыв о своём первоначальном желании не ругаться на Тин-Тин, выговаривал сидящей на полу девчонке:

– Ну вот сколько тебе раз говорили, не бери чужого, не-бе-ри! Мне вот удалось выменять ключик от замка, я специально привёз его с собой, он у Рыжика, чтобы открыть тетрадь, а ты! Хуже сороки, сожри тебя медь, цапаешь всё, что плохо лежит и медленно бегает...

– Поооолли мне за эту тетрадь обменял настоящий пистолет, – всхлипнула Тин-Тин обиженно – и опять разревелась.

– Так, всё, тихо, не нервируй ребёнка, – Нарцисса решительно подняла плачущую девочку с пола и повела на кухню – умываться над заставленным грязными тарелками оцинкованным рукомойником.

Открывая вентиль, она небрежно спросила у Майло через вздёрнутое плечо:

– Да и в чём вообще проблема? Встретишь своего Полли завтра или послезавтра, он же не съест этот дневник, в конце концов! Откроете да прочитаете. Нашёл беду великую, пфы! Правда, Тин?..

Девочка, которую Нарцисса как раз щедро макнула головой под кран, что-то утвердительно пискнула, даже не пытаясь вырваться из цепко-заботливых ручек принципалки. Майло возмущённо замахал руками, словно ветряная мельница:

– Вот не надо тут мать Терезию корчить, да? Нашкодила, так пусть хотя бы извинится! Нам от смерти этот дневник нужно прочесть, а она... да и кто ты тут вообще такая, фифочка блин, на шпильках, откуда нахрен взялась! Нашлась командирша, на наши головы! Да ещё и ведьму за собой привела какую-то... неправильную...

Он стрельнул глазами в сторону Юты, равнодушно попиравшей грязный пол босыми ножками, убедился, что та на него никак не реагирует, и развил свою мысль:

– Я тебе вот так скажу: ты хоть и старше, но я в этой общаге полжизни прожил, а Тин-Тин и ещё больше знаю, поэтому мы без тебя разберёмся. Забирай эту свою мутную Юту и вали откель явилась!

– Во развоевался, – прищёлкнула Нарцисса языком и принялась деловито возить сорванным с крючка полотенчиком по лицу утратившей всякие способности к сопротивлению Тин-Тин.

– Говно попало в вентилятор! Между прочим, Майло Пеккала, я к тебе пришла...

– Э-э... да? – поразился тот, повнимательнее вглядываясь в Нарциссу. – А... зачем?..

Тин-Тин попыталась было что-то сказать сквозь полотенце, но тут принципалку внезапно обожгло сладостным, долгожданным ознобом: до её измученного тела докатилась волна энергии из соседнего корпуса. Нарцисса улыбнулась, чувствуя, как звенит и наливается упругой силой медь под её кожей. Миг; блеск опаловых глаз, полоснувших по кухне и встретивших взгляд других – льдяных, зелёных, беспощадных.

– Вот за этим, – тихо отозвалась Нарцисса, держа руки на плечах Тин-Тин.

Вдох; удар двух сердец, синхронно толкнувших заряженную озоном кровь и горючую ведьмину топь по жилам – и витой кабель старой наружной проводки, выдираясь из стены, стремительным плющом обвивает Майло, ныряет под воротничок, сдавливая горло... Золотистые глаза моргнули удивлённой своим падением звездой – и бессильно закрылись, заставив Тин-Тин дёрнуться и что-то невнятно крикнуть. Нарцисса предупреждающе сжала пальцы, и девочка замерла под её руками, точно напуганный зверёк. Придушенно всхлипнула от смеси обречённости и страха – ибо, почти одновременно с проводом, из стоявшего на серванте горшка традесканции выхлестнуло несколько колючих стальных плетей, что в мгновение ока свились на теле Рыжика в страшно-прекрасный ажурный узор. Юта Камайнен сжала скрюченные пальцы, затягивая всё туже, туже, вглядываясь в застывшее лицо напротив, тщетно ожидая увидеть хоть что-то, кроме равнодушия фарфоровой статуэтки. Колючки рвали чёрный шёлк, пропарывая ткань, впивались в бледные щёки, кропя их алым... но Рыжик молчал. Молчал, чуть прикрыв глаза, не желая отражать в них перекошенное гневом юное личико восточной ведьмы.