Чтение онлайн

И вот теперь, внезапно и случайно, имя Сергей Люсиенко, опять появилось на орбите моей жизни. Помощь именно этого человека нынче срочно требуется Андрею Петровичу Звягину, которого я уважаю.

ДНЕВНИК, ТЕТРАДЬ ВТОРАЯ, ПРОДОЛЖЕНИЕ

1948, ноябрь, 30

Вот уже исполнилось три месяца, как мы переехали в Юрмалу. Сегодня Арнольдас Бекерис уходит в Швецию на рыбацком сейнере. Наш друг давно уволился с работы и не поддерживает с нами никаких контактов, чтобы не навредить нам в случае неудачи его побега из совдепии. Мой дорогой Франц очень расстроен отъездом товарища – фактически Бекерис был последним и единственным другом нашей семьи, но даже он не знал, что я еврейка. Франц теперь очень гордится нашим домом и ему нравится всё вокруг. Мой муж особенно доволен тем, что дом стоит в стороне от дороги и чужих дворов. Франц отказался от всякого ремонта и освежения дома снаружи, он считает, что соседи могут донести в органы, что у нас водятся деньги. Муж рассказывает, что люди в городе шепчутся о возникшем с приходом русских новом способе сведения старых счетов и обид. Достаточно просто написать донос в органы, что во время немецкой оккупации определённого человека видели в компании с немецкими офицерами. Такого навета достаточно, чтобы человека затаскали по допросам. Скорее всего, в ближайшее время его уже нельзя будет встретить на улицах Риги. Франц говорит, что десятки тысяч латышских семей вывезены неизвестно куда в Сибирь, без всяких следов. В городе сплетничают, что происходят случаи, когда обеспеченных людей арестовывают вообще без всяких причин. Спустя недели две к их родственникам являются какие-то посредники и предлагают освобождение арестованного за очень серьёзный выкуп. Мы не знаем, насколько правдивы эти сплетни. Мы с Франеком просто трясёмся от страха каждый день. Франц продолжает работать в своём ателье. Каждое утро он уходит на пригородный поезд в Ригу. Я остаюсь одна на целый день. У нас в доме никого не бывает, только старуха-молочница два раза в неделю приносит нам молочные продукты.

1950, июнь, 16

У меня недавно появилось собственное занятие. Я увлеклась огородом и работой в цветочной оранжерее, стеклянное покрытие которой Франц привёл в порядок. У моего мужа золотые руки – он многое в нашем доме делает своими руками. По выходным Франц всегда что-нибудь мастерит. Он выбелил стены всех комнат и перекрасил все полы, окна и двери. Франц всё делает сам, он не хочет, чтобы в нашем доме бывали посторонние. Муж категорически отказывается наводить малейший порядок снаружи дома. Он привёз семена и рассаду с рижского рынка. В мае я высадила томаты, огурцы, лук и редиску, точно по инструкциям пособия по огородничеству, которое мы нашли среди книг Бекериса. Всходы на грядках выглядят очень красиво, точно так, как они и должны выглядеть, согласно цветным картинкам в книжке. Я провожу много времени в оранжерее. Франц по-прежнему просит у меня ребёнка. Он настаивает на том, чтобы мы выбрались в Ригу, к женскому врачу. Раньше я отговаривалась тем, что я боюсь быть раскрытой. Франц смеётся над моими страхами. Он рассказывает, что в Риге теперь снова появилось много евреев, но других, не таких, как я, а приезжих, советских. Среди этих людей много врачей, учителей и военных офицеров. Они довольно часто занимают хорошие должности и даже покупают дома. Я не верю своему мужу - я хорошо помню, как советы расправились с моим отцом. У меня нет никаких иллюзий о новой власти – у них теперь просто другие методы, но рано или поздно новая власть тоже займётся евреями. Конечно, я ведь почти никогда не бываю вне дома, но я чувствую, что от советских людей нам нужно держаться подальше, они очень опасны. К врачу придётся съездить – у меня уже закончились все аргументы против визита к гинекологу, которые я всегда выдвигаю в ответ на просьбы мужа. У меня осталось только одно условие – мне нужно, чтобы врач был евреем.

1950, июль, 12

Вчера, в субботу, мы, наконец, побывали у врача. Фамилия гинеколога – Голдман. Я своими глазами увидела первого в своей жизни советского еврея. Этот пожилой, седой мужчина произвёл на меня впечатление мягкого, внимательного человека и хорошего специалиста. Меня очень удивил факт, что еврейский врач принимает по субботам. Кроме того, меня поразило нищенское состояние мебели и оборудования в кабинете. Доктор Голдман совершенно не разговаривает на латышском языке, а я, в свою очередь, совсем плохо объясняюсь на русском. Конечно, у нас обоих оставался ещё идиш, на котором мы оба могли бы легко говорить и понимать друг друга, но я побоялась открыться советскому врачу. Мы общались на русском, для чего мне часто приходилось обращаться к помощи Франца. Мой муж, воодушевлённый своим превосходством надо мной, послужил хорошим переводчиком. Франц сильно смущался при переводе интимных подробностей. Когда мы покинули кабинет Голдмана, доктор видимо так и остался под впечатлением, что принимал тёмную, провинциальную тётку из латышской деревни. Перед нашим уходом из кабинета доктор ещё долго шептался о чём-то с моим мужем. Дома Франц сказал, что Голдман не нашёл в моём организме никаких изменений, которые бы не позволили мне иметь детей. Он посоветовал моему мужу тоже показаться специалисту и сдать необходимые анализы. Доктор Голдман также сказал Францу, что мы должны, как можно чаще заниматься любовью, так как возможно у нас не совсем удачное сочетание клеток. Куда ещё чаще – чаще, чем у нас не бывает. Но я точно знаю, что в нашем случае никакие советы докторов не помогут. Это Бог не хочет продолжения моей крови в этом страшном мире.

ВИЗИТ К МИНОТАВРУ, 1 ИЮЛЯ

Часть сегодняшнего дня я решил потратить на контакт с Сергеем Люсиенко, я ведь сам вызвался стать посредником Андрея Петровича. Я не стал беспокоить Звягина, хотя у него, наверняка, есть телефон охранного агентства Labrit. Зачем отрывать от дел важного человека, если в наше время Интернет решает и не такие простые проблемы. Ввожу в поисковую строку Google данные: Латвия, Рига, охранное агентство. А в ответ получаю Security and Bodyguard Agency Labrit, Raina Bulvaris 44, +371-7320422 , электронный адрес и ещё рекламный слоган на трёх языках, латышском, русском и английском:

«Каждый известный и состоятельный человек в группе риска. Обращайтесь к нам – мы принимаем ваш риск на себя!»

Звоню по добытому номеру – отвечает женский, звонкий голос:

– Агентство Labrit, чем мы можем вам помочь?

– Мне нужно срочно связаться с господином Люсиенко, по очень важному делу.

– Вы позвонили по номеру телефона, который используется только для принятия новых заказов.

– Я как раз и хочу поговорить о новом заказе.

– Извините, но Сергей Анатольевич совершенно не занимается новыми заказами. Этим делом у нас занимается Вячеслав Антонович Малинин. Могу я переключить вас на Вячеслава Антоновича?

– Нет, девушка, мне нужен только Сергей Анатольевич лично!

– Извините, пожалуйста, но у меня есть указание не соединять звонки по этому номеру с телефонами руководства нашего агентства. Могу я переключить вас на Вячеслава Антоновича?

– Девушка! Сегодня вам придётся в первый раз нарушить инструкцию. Моё имя Александр Корецкий. Я старый приятель Сергея Анатольевича, приехал из Соединённых Штатов и хочу предложить ему очень хороший заказ.

– Извините! Я не могу нарушать указание руководства. Я сейчас доложу о вас Сергею Анатольевичу. Дайте мне ваш номер – вам позвонят…

– Пишите 753-89-27, сегодня я ещё 2 часа буду по этому номеру, а потом можно звонить на мобильник 918-89-56.

– Спасибо! Я записала. Вам позвонят.

Мне позвонили на мобильник только в полдень, когда мы с женой рассматривали старый фарфор в антикварном магазине. Всё тот же женский звонкий голос объявил:

– Господин Корецкий! Вам звонят из агентства Labrit. Вы можете сейчас разговаривать с Сергеем Анатольевичем или перезвонить вам попозже?

– Я могу говорить.

– Соединяю!

Звонкий девичий голос в наушнике мобильника вдруг резко сменился на хриплый и натужный мужской голос:

– Господин Корецкий! С вами разговаривает Сергей Люсиенко. Я что-то не припоминаю ваше имя из небольшого перечня моих знакомых, проживающих в США. Америку я посетил только один раз в 2000 году и пробыл там совсем недолго. Напомните мне о себе. Мы, действительно, знакомы?

– Серёжа! Мы были приятелями задолго до твоего путешествия в США. В конце семидесятых я целый год прожил в твоей квартире в Пурвике. Нас познакомил общий друг Бен Волков.

– Саня Корецкий! Ну, конечно, я тебя помню. Я тебе свою хату оставил, когда в Москву уезжал работать. Какое у тебя ко мне дело? Хочешь телохранителя нанять на время пребывания в Риге?

– Да нет, по такому простому делу я бы обратился в твоё агентство по контактному телефону. В этом деле я представляю моего приятеля, известного в Латвии бизнесмена Андрея Петровича Звягина. Звягин собирается предложить тебе серьёзный заказ и он хотел бы, чтобы в этом щепетильном деле между заказчиком и исполнителем сложились особенные отношения, с самой высокой степенью доверия. Поэтому он не стал обращаться в ваше агентство официально, а попросил меня быть своим посредником. Разговор совершенно не телефонный. Если тебе интересно, Серёжа, то надо бы нам увидеться, и если после нашей встречи тебе по-прежнему будет интересно, – то тебе придётся ещё встретиться с самим Звягиным. Звягин просил не откладывать решение о принятии его заказа. Ты сможешь найти время для нашей встречи?

– Для тебя, Сашок, у меня время обязательно должно найтись, другие варианты здесь невозможны. Мы ведь знаем друг друга с молодости, с самых наших красивых и весёлых времён. Мы же общими подружками с тобой давно побратались. Называй любое удобное тебе время – я выкрою полчаса для встречи.

– Тогда прямо сейчас…

– Ты где находишься? Я пришлю за тобой машину.

– Мы с женой сейчас в антикварном на углу бывших Лачплеша и Стучки. Я не знаю, как теперь называются эти улицы. Выйти на угол, посмотреть и перезвонить тебе?

– Ты шутишь, мы тебя и так найдём. Оставайся в этом же магазине ещё пятнадцать минут…

Высокий парень спортивного типа в тёмно-сером костюме и синем галстуке в косую полоску появился через восемнадцать минут. Коротко оглядев нескольких посетителей магазина, он решительно направился в мою сторону.

– Господин Алекс Корецкий? Босс прислал меня с заданием вас вычислить, подобрать и доставить к нему в офис. Ещё мне приказано покатать по городу вашу супругу и показать достопримечательности Риги, пока вы будете заняты с боссом. Меня зовут Вадим.