Чтение онлайн

СЕРЁГА ЛЮСИК

Я знаком с Серёжей Люсиенко с семидесятых годов прошлого столетия. Нас с ним познакомил Бен Волков – мой однокашник по политеху.

Пятачок территории Риги, на пересечении улиц Ленина и Падомью бульвар, раньше называли Центром. Фокусом Центра в те времена считались часы в виде четырёхгранной колоны с циферблатами со всех четырёх сторон. Этот, ничем другим не достопримечательный кусочек нашего города, был главным местом тусовки молодёжи. Здесь продавали и покупали фирменные вещи по зашкаливающим ценам, втюхивали приезжим самодуйские джинсы, достаточно крупно играли в карты на деньги и торговали валютой. У центровских часов было принято назначать деловые и любовные свидания. Неустойчивое население Центра состояло из трёх категорий обитателей. Центровики – деловые люди, использующие средоточие нашего города для нелегальной работы: фарцовщики, валютчики, проститутки и другие предприниматели малого бизнеса. Следующими по влиянию шли тусовщики - «золотая молодёжь», в основном студенты, которые крутились в полукриминальной среде для ощущения собственной крутизны и из-за возможности добывания для себя фирменных шмоток. Многочисленные приезжие, болтающиеся по Центру в поисках приключений или «фирмы», составляли самый низкий уровень в иерархии центровского населения. Представители первой и второй групп свято верили, что приезжие лохи специально появляются в Центре для того, чтобы служить источником постоянных заработков для центровиков и случайных приработков для тусовщиков.

Если вдруг приезжий шепотом обращался к первому попавшемуся, модно одетому молодому человеку с вопросом:

– Слушай, парень, ты не знаешь где можно купить часы Сейка ?

Никто из центровских его никуда не пошлёт и даже не ответит «не знаю», а, как правило, скажет:

– Ты приходи на это же место через два часа – будут тебе часы…

Все прекрасно знают специализацию деловых в Центре, поэтому за оставшиеся до встречи два часа обычно успевают найти часовщика и свести продавца с клиентом. Тариф за наводку на клиента 10%, оплата этих комиссионных гарантируется неписанными законами Центра. Знакомство с центровиками удобно, иногда выгодно, да ещё и считается показателем крутизны в глазах у друзей и знакомых девушек. Не ленятся бывать в Центре иностранцы, ищущие деловые контакты. Как правило, это моряки или туристы, которым нужно срочно сбыть какой-нибудь товар или снять девочку.

Мой приятель Волков впервые представил Центр для доброй половины своих однокашников по учёбе в Политехе. В начале учёбы Бен довольствовался ролью тусовщика, а после третьего курса настолько прижился в Центре, что бросил институт и сам стал одним из важняков. Волков специализировался на перепродаже фирменных шмоток, поставщиками которых были знакомые иностранцы и разные завмаги. Иногда для добычи дефицитных товаров приходилось отправляться в специальные деловые поездки на машине по провинциальным магазинчикам всей Прибалтики. Дела у Бена пошли настолько удачно, что к двадцати шести годам он устроил себе Жигуль третьей модели и путём обмена с доплатой заимел собственную квартиру. Обладание такими ценными категориями в двадцать шесть лет по тем временам в совдепии считалось показателем очень серьёзного материального успеха и благосостояния.

Центровики по жизни уважали только два занятия – делать дела и отдыхать с девчонками. Обычно каждый новый день после вчерашнего загула начинали поздно. Бригада Волкова собиралась часов в двенадцать дня, коротко намечали дела, плюхались в машину и вперёд, на плавный объезд родного города. Первая остановка парикмахерская – здесь знакомая кассирша заберёт двести пар импортных женских трусиков или колготок, чтобы к вечеру вернуть по четыре рубля с пары и ещё наварить себе по рублю с единицы товара. Новая остановка комиссионный магазин – здесь подружка-заведующая ещё вчера отфильтровала товар, принятый за день на официальную комиссию. Настоящая «фирма» - товары производства западных стран и компаний с известным именем никогда не пойдут в открытую продажу, так как их цены лимитированы государственным прейскурантом. Поэтому такие вещи условно продают своим людям по ценам прейскуранта с 10-20% наваром для себя, а деловые ребята дальше найдут этим вещам правильных покупателей по правильной цене. Следующая остановка - валютник (магазин продажи товаров за валюту). Знакомая кассирша даст знак, если в магазине ошивается топтун из органов, в таком случае следует поскорее слинять, прикинувшись придурком, случайно забредшим в диковинный магазин. Если девичьи глазки не моргнули – быстро выполняется несколько покупок фирменного дефицита за доллары, которые, в свою очередь, всего полчаса назад были добыты у араба-моряка. К вечеру этого же дня все дефициты уже давно втюханы приезжим кавказцам или узбекам с умножением в несколько раз вложенных денег.

При всей занятости делами никто из бригады ни на минуту не забывает о профессиональной охоте на приезжих девчонок. С приезжими возни всегда меньше и лапшу на уши вешать очень легко. Чем дичь моложе и выше классом – удача ценней. Иногда любительницы случайных приключений отзваниваются и через год, при своём повторном пребывании в столице Латвии. Охота на девчонок не считается второстепенным занятием, а является главным сопутствующим делом. Съём начинается сразу, как только подворачивается подходящий случай. В парикмахерской, в магазине, в ресторане за обедом или даже просто на улице. Если команда засекла достойную кандидатку – бизнес дела останавливаются, начинается профессиональная охота. Хорошо сработавшиеся дружки выдают себя то за моряков загранплавания, то за выездных журналистов или киношников, в зависимости от легко прочитываемых опытными ловеласами девичьих мечтаний. Изредка случаются проколы, но приятная внешность охотников, фирменные шмотки, а главное опыт и набитый глаз чаще всего приводят к победе. Свидания с отобранными «тёлками» забиваются на вечер у центровских часов. Сбивается команда и проводится разминка в одном из ресторанов Старой Риги. Финальная оргия продолжается ночью на квартире Люсика под видеозаписи. И так изо дня в день. В прошлом Серёжа Люсиенко был известным спортсменом – пловец, мастер спорта. Ему даже службу в армии заменили пребыванием в спортивной команде ЦСКА. Сергей ездил на всесоюзные и международные соревнования, занимал высокие места и даже получил хорошую, по совдеповским меркам, двухкомнатную квартиру за его чемпионство в армейском клубе. Люсиенко стал выездным, получал часть зарплаты в валюте и привозил вещи на продажу. Он сумел легко оценить преимущества деловой жизни перед обывательской и бросил свое плаванье – надоело пахать и расходовать жизнь на тяжёлых тренировках. Все его амбиции теперь были сосредоточены только на росте количества и качества обработанных баб и непрерывном умножении бабла. Именно в этот период Люсик вдруг заскучал от однообразной жизни. Он начал ездить в Москву за товаром и сошёлся там с несколькими деловыми людьми. Очередная московская пассия однажды познакомила его с Сусликом - племянником главного идеолога КПСС, который под прикрытием своего дядюшки захватил в стольном городе половину бизнеса валютных операций. Инвалиду-миллионеру требовались ловкие ребята для выполнения финансовых задач, которые неустанно генерировал его блестящий мозг. Серёга очень понравился Суслику и сразу же вошёл в отборные ряды его легионеров. Люсик снял квартиру в Москве, стал жить на ещё более широкую ногу, но, будучи человеком осторожным и запасливым, пожелал сохранить за собой рижскую квартиру. Сергей решил, что в его отсутствие нужно каким-то образом продолжать имитировать жизнь в квартире. Следует вовремя оплачивать все счета. Нужно, чтобы в квартире по-прежнему вечерами горел свет и хлопала входная дверь, но при этом все жилищные активности должны выглядеть и звучать мирно и благопристойно. Именно в период раздумий Люсика над проблемой сохранения его рижской квартиры счастливый случай привёл именно меня на полосатый переход улицы перед волковским Жигулём.

– Сашка! Здорово, дружище! Сто лет тебя не видел! – радостно завизжал бывший однокашник, который не так давно заказывал у меня выполнение курсовых работ за деньги. После приветственного визга последовал целый поток сознания:

– Как ты живёшь? Я давно тебя не видел, зашёл бы ко мне посмотреть барахлишко. Очень хороший завоз сейчас был – финны притарабанили. Ты же разбираешься в шматье, для друзей у меня лёгкие цены – позвони, заходи. А может, котлы нужны? Японские есть, а если потянешь – то и швейцарские для тебя соорудим. Ты институт уже, наверное, закончил. Где работаешь? Познакомься – это Серёга Люсик.

– Здорово, чувачки! Серёжа, меня зовут Саша. Институт я закончил и теперь молодым специалистом на ВЦ вкалываю. Отпахал сегодня целый день за шесть рублей. Нужно развеяться – у меня свидание с девушкой через полчаса. Я рад тебя видеть, Бен, обязательно позвоню, мне как раз свитер хороший нужен. Есть что-нибудь в этом роде?

– Да, конечно есть, свитеров много – заходи!

И тут вдруг вступает Люсик:

– Санёк, у тебя хата своя есть?

– Да откуда у меня своя хата, где мне её взять? Если женюсь, то встану на очередь в своей конторе и лет через десять, может быть, получу. Я с родителями пока живу, у меня отдельная комнатка.

– А девчонку свою, куда сегодня поведёшь, Санёк?

– Сегодня вопрос ещё не стоит так остро, Серёжа. Девушка серьёзная, отношения только начинаются, она так сразу не подпишется на интим. Но, в принципе, этот вопрос меня очень сильно волнует…

– Бен, это тот Саша, о котором ты рассказывал, что он у вас в группе в отличниках ходил, старостой был, а ещё за тебя курсовики делал?

Утвердительный кивок Бена видимо и послужил основанием для принятия Люсиком окончательного решения.

– Саня, я тебе сейчас сделаю предложение, от которого тебе будет очень трудно отказаться. Я завтра могу дать тебе ключи от моей квартиры на полгода, но с условием, что ты переедешь туда жить. Я сейчас работаю в Москве. Мне нужно, чтобы кто-нибудь сторожил мою хатёнку, иначе управдом заметит, что она пустует. Так и потерять хату не долго.

– А сколько придётся платить тебе в месяц?

– Повезло тебе, Саня. Платить за квартиру почти совсем не нужно – мне твои деньги не нужны. Будешь только копеечные счета домоуправления да свет и газ вовремя оплачивать, чтобы не заметили моего отсутствия. Хату в порядке держать будешь, а бардаков заводить не станешь. Я тебя за сторожа взять хочу потому, что нашим центровским ключи доверить нельзя – мигом бардак в моей хате откроют и деньги собирать начнут за моей спиной. Держи мой номер телефона. Забегай завтра вечером, но хотя бы часа за два до московского поезда. Я в Москву уезжаю.

Нужно ли говорить, что назавтра я не просто ехал, а на крыльях летел в Серёгину квартиру. Он выдал мне ключи, ещё раз преподал те же самые инструкции о хорошем поведении и своевременной оплате счетов. Милостиво разрешил свободно употреблять вещи из его гардероба – у нас оказался общий размер одежды и напоследок научил пользоваться видиком, который в те времена имелся только в считанных домах. Я прожил в Серёгиной квартире около года. Это был очень продуктивный период мужской независимости и становления в моей жизни. За это время я своими руками сделал ремонт в квартире Люсика, мимоходом приручил его двух приезжих подружек, одну из Варшавы, а другую из Таллина. Девчонки привыкли по приезде в Ригу останавливаться у Серёги Люсиенко. Потом я познакомился со своей будущей женой, променял свободу на любовь, женился, разменял с доплатой родительскую квартиру, а ключи от хаты Люсика передал в руки Бена Волкова.

Ещё через два года, в Москве, состоялся судебный процесс над группой валютчиков, которыми руководил Суслик. Процесс демонстрировали по центральному телевидению. Ведущий передачи многократно подчеркнул полное отсутствие родственных связей у валютчика Суслова с главным идеологом партии. Я смотрел по телевизору передачу «Человек и Закон» об этом процессе и искренне расстраивался – я не забыл о щедром жесте Люсика в мою сторону, я по-прежнему считал его приятелем. Сергею Люсиенко дали десять лет строгого режима. Об его дальнейшей судьбе мне уже ничего не было известно. Бен Волков укатил в Австралию. Моя семья эмигрировала в Соединённые Штаты, а воспоминания о рижской молодости как-то потускнели в суматохе тяжёлых будней.