Чтение онлайн

Он немного замедлился, чтобы продемонстрировать позу человека, поднявшего двести кг.

Дразнит, показывая как надо разозлиться.

Издав клич самки бабуина, заряжаю мячом.

— Двадцать пять!

Одноклассницы отхлынули. Но дикий...не успел.

В шоке смотрю за тем, как в его затылок прилетает оглушающий удар.

Артём, как в замедленной съёмке, падает на колени и стекает на живот.

Кирилл, бежавший рядом, притормаживает.

— Прилёг отдохнуть? Эй? Тёмыч?
– приседает, видя, что реакция нулевая.

— Только не говорите, что Варя понесёт его в медпункт, - Алёна, которая появилась из ниоткуда, действует на всех...эффективно.

Как разорвавшаяся бомба.

Девочки, как одна, побежали к Артёму. Глеб Ахмедович выругавшись, достал телефон из брюк, чтобы кому-то позвонить.

И лишь меня, и за компанию Алёну не разморозить походу ничем.

— Алён, я его убила?

— Вероятно, - бессердечно подтверждает Колесниковой.

Я затряслась сильнее.

— Зря ты переживала. Видишь, - толкает локтем воздух у моего бока. — Проблема сама разрешилась.

— На, - всовывает мне что-то в руки.

— Зачем он мне?
– сжимаю мяч.

— Твой шанс. Одним ударом - двух зайцев, - показывает глазами на Кирилла, хлопающего по щекам друга.

— После даже помогу тебе спрятать орудие убийства, - улыбается смешливо.

Одариваю её осуждением.

— Тьфу на тебя, Колесникова. Тьфу, - повторяю для большей внушительности и во избежании дополнительных казусов, кладу мячик на пол.

Проверяю не станет ли он «нести возмездие» дальше. И удостоверившись, что не станет, срываюсь к дикому.

Кто бы минуту назад сказал мне, что я побегу к нему, а не от него...

Не раздумывая, заклеймили бы позором. Но жизнь оказывается вон какая поворотливая.

— Чего сразу «тьфу»?
– наступает на пятки Алёна. — И пошутить нельзя.

Не прокомментировав, продираюсь через девчонок.

— Что случилось?
– отзеркаливаю Кирилла, присев.

Колесникова осталась за одноклассницами, что сомкнули ряды и почему-то её решили не пропускать.

— Знаешь, Варь...

— А?

— Он недавно травму получил. Не ты виновата, - прикрыв рот ладонью, шепчет на ухо.

Девушки прислушиваются, но по несчастным лицами видно - ни черта не слышат.

— И голова пострадала знатно.

— По нему видно было, что не всё с головой в порядке, - киваю серьёзно.

Кирилл осуждающе посмотрел, но не сказал, что я идиотка.

Да я и сама знаю. Нашла время тоже.

Я его убила. Убила, осознаю, видя безмятежное лицо дикого.

— Похоже после удара что-то и сломалось - печальным тоном договаривает Ледов.

— Варь, ты плачешь? Эй, - не даёт отвернуться, сцапав за подбородок.

— Я не плачу. У меня просто ресницы жесткие и падучие. Вот одна в глаз попала, - оправдываюсь, дёрнув подбородком.

Не плачу. Мне ничуточки не жалко дикого. И себя я не виню. Да.

— Не беспокойся. Не умрёт, - ободряет Кирилл, как может.

— Не придумывай. С чего мне беспокоится?

Перевожу взгляд на Артёма. Он, будто уже…того-этого.

Двумя пальцами прикасаюсь к его запястью.

Ледов увлечённо не упускает из виду и меня, и друга.

— Что делаешь?
– сквозит немой вопрос в его голосе.

Но по моему телу пробегает холодок от понимания...

— Пульс не нащупывается.

Девчонки - ахают, мальчишки - охают, один Ледов не пугается.

Снисходительно-устало цокает. По-моему разочаровавшись в моих умственных способностях.

— Сердце остановилось, но он дышит?
– скептически хмыкает.

— Пощупай, где сонная артерия, - советует.

Перемещаю пальцы на шею и действительно чувствую биение.

— Хвала небесам, - выдыхаю.

Кирилл таращит на меня глаза и, если приглядеться, в них можно прочитать: «ты - дурочка».

— Я - не врач.

— Варь, необязательно быть врачом, чтобы понять - он дышит. Скажу больше, и стетоскоп для этой цели не нужен, - откланяет Кирилл заявку на отмену моей дурочкости.

— Я...

Физрук сбивает с мысли и мешает придумать более достойную версию.

— Разойдетесь. Дайте Зинаиде Васильевне пройти.

Одноклассницы расступаются, показывая, как к нашей троице семенит пожилая женщина.

Дойдя до нас, она деловито достаёт из чемоданчика бутылёк и ватку.

Отдаёт подержать «ридикюль» Глебу Ахмедовичу.

— На! Девонька. У меня спина больная…

— Отлично, - вставляет Кирилл. — Мой лучший друг в надёжных руках. Прямо камень с души упал...

—...не могу наклоняться.

Женщина зыркнула раздражённо, но стыдно парню не стало.

Стоит на своём, что медсестра некомпетентна.

Плюнув, благо не в буквальном смысле, Зинаида Васильевна потрясла мокрой ватой, привлекая моё внимание.

— И куда её? К голове?
– морщусь от сильного запаха.

— К носу...

Прижала.

Раз секунда, два секунда. Зинаида Васильевна в ступоре, Ледов в ступоре. Все в ступоре.

Но спросить, что случилось не даёт рычание, вернувшегося из чистилища.

— Бл*ть. ВАРЯ, чтоб тебя!

Пальцы сжались на моём запястье, отодвинули от себя руку.

Открыв глаза, Артём тупо лежал на спине, моргая и глядя вникуда.

— Сам или помочь?
– прерывает тишину Ледов.

— Лучше помоги, - поднимает вверх руку.

Кирилл сжимает её «братским захватом» и тянет на себя.

— Откуда ты знал, что я это была?
– открываю рот.

— Сердце подсказало, - застонав, принимает сын дьявола сидячее положение.

— Встанешь?
– оценивающе смотрит на него Кирилл.

— Не. Посижу пока.

Вижу, что дикому плохо. Становится стыдно.

— Прости… Я не хотела.

— Что? Два раза едва не убить?

— Один, - не могу стерпеть наглой клеветы.

— Нашатырь вспомни, - откинувшись немного назад, Артём глубоко дышит.