Чтение онлайн

— Что бы ты понимал?!
– оскорбляют неуважительные речи нежный слух.

— Он ортопедический.

— Сказала с таким видом, как будто золотой.

— Лучше. Анотомически подстраивается.

— Ага, - подофигел от энтузиазма Алёны Филипп.

— Я понял. Ну, нор-маль-но. Нормально, - успокаивает.

— У всех свои страсти - мордасти. Ты не одинока. Понимаю. Кто-то любит по-жёстче, кто-то помягче, - хрустит шеей, разминая её.

— Мы о матрацах говорим, Островский? Ты обещал, что прекратишь шутить. Скока можно?

— О них. Само собой о них. Ты о чём-то другом подумала?
– невинно улыбается.

— Насчёт обещания...Вы не помогли. Оно с меня автоматически снялось…Спасибо, что подняла, новенькая, - ослепляет улыбкой, когда я протягиваю ему книгу.

— Клади её обратно и давайте доделаем дело. Надоело возиться. Слишком дорого ваш матрац моей психики обходится.

Мы встали на позиции, я послушно кинула книжку на прежнее место. И до моей комнаты из-за того что все поняли серьёзность, шли молча.

Почти. Пыхтели, сопели, кряхтели, пыжились, но считай молча.

— Всё. Можете не благодарить, - забирая книгу, кивает нам мажор и хочет уйти.

Алёна тянется к моему рюкзаку, чтобы взять оттуда ключа.

Но тут с того ни с сего, я решаюсь на нечто новое и невольно останавливаю её.

— Подожди. Филипп.

Реально ждёт.

Думала, уйдёт

— Что? В чём-то ещё помочь?
– беззлобно интересуется.

— Нет. Я хотела спасибо сказать.

— Пожалуйста. Развлекайтесь на здоровье, - отмахивается второй брат и идёт себе прямо по коридору.

Хобася и нет его.

— Может тебе на диком это провернуть?
– отмирает Колесникова.

— Гляди каков эффект. Простое «спасибо» получше газового баллончика.

— С диким не прокатит. Островскому просто книга увлекательная попалась. Ты не видела как он её сжимал, - достаю ключи, передаю их Алёне.

— Опиши, чтобы я поняла, - проворачивает ключи.

— Как голлум своё кольцо. Жаль, что я не заглянула под обложку, - сетую.— Узнала бы какая книга имеет шанс невозможно сильно нравиться мажорам.

— У нас продолжение эпопеи с матрацем. Потом будешь во влажных фантазиях бультыхаться, - кряхтит Алёна.

Пихаю гениальное изобретение, а оно не пихается.

— Надо было попросить Филиппа.

Смех внутри комнаты показал…непонятно что.

Алёна принимала матрац и следила, чтобы он не разбил чего.

И что там у неё могло вызвать ржач?

— Непонятен мне твой смех, Колесникова. Оправдывайся быстрее пока я не надумала чего.

— Остальные мажоры для тебя - мажоры. Но Островский достоин?

— Чего достоин?
– упираюсь обеими руками в наказание моё на сегодня.

Аллилуйя.

Сдвинулся родненький.

Стянув резинку с пародии на хвост, перехватываю волосы в пучок.

— Достоин, чтобы ты его по имени звала. Долго там тебя ждать? Пихай.

— Отойди, я по-другому придумала.

— Ну, давай, изобретательница…один момент. Всё. Отошла!

И я тоже отошла. Посмотрела по сторонам не идёт кто-нибудь, кто может заснять мой позор.

Но было чисто. Школа опять включила режим дома с приведениями.

Разогнавшись, врезаюсь в «лежанку». И, наконец, эта зараза прекратила создавать затык в дверном проёме.

— А-кха-кха. Я похоже себе копчик отшибла, - скатываюсь на пол.

— Не могла. Ты улетела прямо на мягкое. Я чётко видела. Он отмёрз из-за шорт. Прими душ горячий, натяни штанцы тёплые и будет тебе радость, - измождённо ложится на кровать Алёна.

— Ты будешь на кровати, что ли, спать?

— Я просто отдыхаю. Через минуту сползу на своё место.

— Ладно. Я тогда в душ.

— Иди-иди, милая, - летит в спину ёрничество. — Может тебе спинку помылить?

— Ой, да лежи ты молча, - закатываю глаза.

Закрываю входную дверь и забегаю в ванную.

***

Повторно выходить в одном полотенце не стала. Заранее подготовила себе сменную одежду.

И щеголяла по комнате теперь в ней.

Алёна, как рылась в телефоне, когда я вышла, так и продолжает до сих пор.

Но я раскладывала оставшиеся в чемодане вещи. Было не до разговоров. До момента, когда вспомнила кое-что.

— Алён…

— М-м? Ой. До сих пор валяюсь на твоей кровати. Точно, - «соседка» пытается подняться.

— Можешь лежать, я пока что спать не буду. Я спросить хотела.

— О чём?
– кладёт культурно телефон на прикроватную тумбочку, показывая, что готова слушать.

— Ледов недавно показывал какую-то группу. Куда слетается вся новая информация. Типа сплетен, как я поняла. Ты ничего не знаешь о ней?

— Нет. Не знаю, - прикусывая губу, морщит лоб Алёна.

— Я же не они. Меня в группы не приглашают. Мы можем поискать. Не помнишь как она называлась?
– тянется к айфону она.

— В том то и проблема. Не помню. Да я и сомневаюсь, что видела название хоть раз, - закрываю шкаф.

Вещи переложила, остались учебники.

— Ледов мне показал только пост обо мне.

— И что там было?

— Ничего особенного, - беру одну треть стопки, которую к моему потрясению мы не «разбили» матрацем.

— Глупости разные. Возраст, цвет глаза, рост. Описание, в общем. Будто мажоры на охоту собрались, - нервно хихикаю.

Но Алёна смех не поддерживает. Сосредоточенно раздумывает над чем-то.

— Это мысль. Может они реально устроили на тебя охоту? Она многое бы объяснила.

Застываю в нелепой позе, не донеся учебники до стола.

— Зачем тогда Кириллу показывать мне эту группу?

— Кто их знает?! Возможно, его стратегия такая, - акцентирует интонацией последнее слово.

— Ты не знаешь старшеклассников. Они беспощадны и их одолевает скука. Двойное комбо, опасное для любой девчонки, что попала в эдем на бюджет.

— Стратегия? Но тогда он должен был наоборот встать на защиту. Вспомни. Куда Ледов пропал?