Чтение онлайн

– Ну я… Это самое, я не согласен с вами, херы мои и герры! Академиев, как вы, не кончал, не довелось. Но… Говорят у нас не только «ухайдакать», - чёрная кудрявая цыганская голова его оживлённо мотнулась в сторону штатского, - но ещё и «ухайдокать» как на Волге. Там всё больше на «о» налегают. Окают, значит. Ещё есть другое: «завалить», «повалить», «положить», «отхрендить». Это фенька блатная, господа хорошие. Университеты на нарах кто прошёл, тот знает. Вы, я вижу, не прошли.

Немцы оглушительно захохотали. Они покачивали раскрасневшимися мордами в его сторону. На них бравада Цвигуна произвела неотразимое впечатление. «Такой нам и нужен, - украдкой шепнул штатскому с залысинами Фоммель. – Он сразу же войдёт в курс. Дальнейшее будет вытекать из обстановки. Ко всему он недалёк как и все смельчаки. Отчаянные герои Майн Рида – вот кого напоминает мне этот Русс Иван…» «Удивительное совпадение, - штатский взял его под локоть и отвёл к стене с портретом фюрера во весь рост, - но его именно так зовут. Солдатской книжки, как водится, при нём не обнаружено. Зато был найден «смертник» - из внутреннего кармана пиджака был извлечён маленький пластмассовый пенальчик. – Видите, дружище? Если отвинтить крышечку, обнаружится листик бумаги со всеми данными, что заведены в каждом учётном столе военного комиссариата по месту призыва. Так вот – наверняка этот парень из бывших уголовников. Судя по всему, в компаниях малолетних преступников он грабил и убивал в ходе Гражданской войны, что, помнится, была в России. Согласно учётным данным он Иван Иванович Красногорский, двадцати четырёх лет. Место проживания – Смоленск, улица Коммунистическая… - он по памяти воспроизвёл ряд параграфов военно-учётного стола. «…В Смоленске у нашей организации весьма внушительная агентурная сеть, - усмехнулся Фоммель . – Особенно, если учесть мой постоянный контакт с шефом. Герр Вильнер, да будет вам известно прежде чем оставить меня своим преемником в энзацгруппе, провёл на месте серьёзную работу. В «поле» обрабатывали десятки людей, хоть сколько-нибудь скомпрометировавших себя перед Советами». «И что же – результаты на лицо?!?» «По поводу проверки – не сомневайтесь…» «Да, контроль у вас поставлен отменно, - согласился залысый, печально хмуря лоб. – Политическому отделу НСДАП в этом много не достаёт. Не понятно только, почему? Мы же раньше вас, имперской службы СД вылупились на свет». «Говоря откровенно – вот она, эта причина…» - загадочно улыбнулся Беннеке.

– Мои господа, это неучтиво, - трагически возвысил голос абверовец, худой, атлетического сложения шатен с подстриженным высоким затылком и безукоризненным правым пробором. – Вы оставили нас при делах и шепчитесь в гордом уединении. Какие тайны! – он озорно подмигнул обоим голубым глазом под золотистой бровью. – Разве они могут быть среди коллег? Можно подумать, что в наши ряды затесались … хм, гм… агенты русской или британской разведок…

– Ха, ха, ха, весьма остроумно, - хмыкнул залысый, что указал на абверовца оттопыренной ладонью. Будто увидел первопричину всей Вселенной: - Однако не стоит забываться, Ставински. Разве мы не можем вас заподозрить в измене? Хотя бы теоретически? Вы не можете обслуживать разведку генштаба РККА? Насколько мне известно, с 25-го по 30-й выбывали в командировках по обмену в России. Как раз по линии военного отдела рейхсвера, которым заправлял сперва социальный генерал, а затем – старина Бек. Кто вас знает – взяли и закрутили оперативную комбинацию с русскими. А они вас…

– Герр Ставински с таким же успехом может оказаться источником британской разведки, - усмехнулся Фоммель, что отставил левую руку, показав на локте серебристо-чёрный ромбический шеврон СД. – По достоверным данным, половина личного состава из ведомства «лиса» - на службе её величества…

– Остроумней, чем прежде! – авберовец незаметно задел локоть Цвигуна. – Никогда не думал, что за вами водится талант артиста варьете, оберштурбаннфюрер. Особенно, если учесть, что наш первый и.. пожалуй, единственный шеф-основатель СД Рейхард Гейдрих – протеже вашего адмирала. Моё почтение, my dear friend. One spy sent you good wishes. Are you image my visit to White Hall or Secret Intelligent Service?

– Ни черта ни понял из того, что вы сказали. Ублюдочный язык этих саксов…

– Довольно, мои господа, - штатский предупредительно выставил руки. – Quickly, enough!

C этими словами он сделал глубокий вдох-выдох. Сложив ладони сначала на груди, а затем резко выпрямив руки, он нанёс обоими удар в грудь Цвигуна. Парня отбросило с невероятной силой к столу, где уже шевелился поверженный им Прёль. По инерции полёта он снова впечатал его в белённую стену. Хотя тут же, набрав полные лёгкие воздуха и произнеся «ом» (это наполнило мозг и лоб сиянием) тут же взлетел под потолок. Легко стукнув о дощатый пол ботинками-«гавнодавами», он встал «как лист перед травой» - перед тремя чинами третьего рейха.

Штатский, на мгновение, помедлив, достал из шёлкового жилетного кармана длинную плоскую фляжку с эмблемой глаза в солнечном треугольнике. Хлопнув («Что б у тебя рука отвалилась!») Цвигуна по плечу, он с серьезным видом предложил ему хлебнуть содержимое. Васька, осторожно понюхав, глотнул. Сначала как лекарство – эту безвкусную, бесцветную жидкость, плескавшуюся тяжело в узком хромированном горлышке. Затем уже с живым, явно неподдельным интересом. С немым вопросом любопытного идиота «а что там?», что прямо-таки изливался из глубин его антрацито-чёрных, огненных глаз.

– Молодец, Русс Иванович! – полушутя-полусерьезно заметил этот жутко засекреченный штатский (единственный, что ещё не представился ему). – Совсем молодец, парень. Ты сделал верный шаг. Поэтому останешься в живых. Теперь ты надёжно защищён от всего, что может тебе укоротить жизнь. Слушай свой разум, но прежде всего – свои первичные инстинкты. Понял меня? Такие, как страх, радость, боль и… Слушай себя и ты услышишь как нужно себя вести в опасных ситуациях. Ты, верно, понимаешь, о чём это я?

– Помаленьку секу, господин хороший, - отдавая флягу, заметил Васька. – Самую малость просекаю, - одновременно подмигнул он абверовцу своим хитрым глазом, оставляя за собой право на тактический манёвр. – Неразумные мы очень…

– Да уж, конечно!
– внезапно оскалился, как чёрт из преисподней, абверовец. – Ты думаешь нас провести как маленьких деток, русский шпион из СМЕРШа? Довольно нас дурачить!

Он заметно подобрался и, отступив на шаг, тронул кобуру «Вальтера» за клапан. Явно провоцировал парня на соответствующие телодвижения, к чему тот задолго до того был готов. Остальные чины с непроницаемыми улыбками на лицах, ставших на удивление одинаково натянутыми, следили за происходящим.

– Э-хе-хе! – обалдело хлопнул себя ладонью по лбу Цвигун. Ноги его сами собой обмякли. Он сел на пол: - Значится смертушка моя причапала. Убивать меня хотят. Чекиста, змея подлого, разоблачили-таки, значится. Эх-ма, люди добрые! Да ни за хрен собачий сгинуть – рази ж это дело?

– Молчите, Иван Иванович… Красногорский, - серьёзно, однако продолжая улыбаться, заметил штатский. – Если только это ваши подлинные… как есть… данные. В этом у меня есть некоторые сомнения.

– Согласен с моими коллегами, - усмехнулся блондин-здоровяк (под два с половиной метра). – Вы нас за дураков считаете, герр СМЕРШ?

– Вас лично нет, - не моргнув глазом, сострил Цвигун, чувствуя облегчение. – Этих двоих тоже как-то… ну, не очень. Вот вы меня, я извиняюсь, за умного держите? Или всё-таки за дурня?