Чтение онлайн

Поэтому я шустро расстилаю простыню и ложусь на нее животом.

Саша тут же оказывается рядом. Прикрываю глаза, чтобы не смотреть. Так, кажется, легче воспринимать происходящее.

— Расслабься, Верунь, — говорит тихо, а потом я ощущаю на своих лопатках его руки. Ладони надавливают на мышцы в нужных местах. Пальцы скользят по влажной коже.

— Мммм, — вырывается из груди, когда Саша находит какую-то точку между лопаток, от прикосновения к которой у меня выпячивается задница. От мысли, что майор сейчас стоит надо мной и что его руки доводят меня до экстаза, в крови сиюекундно вспыхивает возбуждение, а трусики намокают. — Ой, да. Вот так хорошо.

— Верунь, — звучит совсем уж сипло голос Саши, пока его руки спускаются к пояснице и профессионально ее разминают. Боже, я готова задержаться тут на подольше, если каждый вечер будет таким, — а у тебя был секс в бане?

— Что? — поднимаюсь на локтях и смотрю на майора через плечо. И очень зря, потому что я вижу, как его шорты встали парусом. Тут же отворачиваюсь обратно. — Нет, не было.

— Если ты продолжишь так стонать, будет, — усмехается и продолжает мять мою поясницу как ни в чем не бывало.

Я же кусаю губы и стараюсь дышать глубже, но получается только если уткнуться лбом в ладони, сцепленные в замок.

— Может, я тогда пойду? — спрашиваю, внезапно осипнув. Да что происходит-то? Ну прикасается ко мне майор, но он сам в банщики вызвался, к тому же не делает ничего такого. Просто массаж, обходящий все провокационные зоны. Вдруг это банная процедура для всех, а не только эксклюзив для меня?

От этой мысли неприятно колет в груди. Ну да, не хватало еще ревновать мужчину, которого знаю всего день.

— Закрой глаза и медленно дыши ртом, — строго отдает команду Саша, не давая мне развить мысль дальше.

Я больше не ощущаю его прикосновений, зато слышу, как он спускается с полки и берет веники, стряхивая с них воду на камни. Помещение мигом заполняется паром, и я делаю, как он сказал: зажмуриваюсь и открываю рот, позволяя горячему воздуху скользнуть прямо в горло.

Первый шлепок веника заставляет вздрогнуть, но тепло быстро разливается под кожей, так что я расслабляюсь и позволяю отхлестать себя по полной. Саша действительно подходит к вопросу со знанием дела и энтузиазмом, так что я успеваю только ахать, охать и мычать от удовольствия, напрочь забыв о предостережениях.

— Перевернись ненадолго.

Делаю как он говорит. Веник осторожно проходит по груди, животу и бедрам. Я закрываю лицо ладонями, чтобы не пялиться на майора, который выглядит внушительно и слишком уж сексуально с веником в руках и поблескивающей в тусклом свете кожей.

— Теперь идем. Аккуратно, — помогает мне слезть вниз с полок.

— Нырять? — спрашиваю я, когда Саша снимает с моей головы шапку и бросает ее на лавочку. — Она же ледяная. Я не полезу, — развернувшись, влетаю в его грудь. Мои руки скользять по влажной коже. Майор же вцепляется в меня лапищами так, будто у него там липучки.

— Не бойся, я подстрахую.

И, приподняв меня, шагает прямо в бассейн. Ледяная вода окутывает тело. Схватив Сашу за шею, прижимаюсь к нему всем телом, сразу ощущая все выпуклости, которые, блин, не опадают даже от температурного разонанса.

Мы выныриваем на поверхность, я жадно хватаю ртом воздух, а майор, не теряя времени, теперь мнет все то, что не успел домять в парной.

— Ну как? — спрашивает, хитро улыбаясь, когда я сверлю его взглядом. И пока я подбираю слова, продолжает: — Вер, а может, выгоним всех и останемся вдвоем, м? — приближает свое лицо к моему, так что наши губы едва соприкасаются.

— Это негостеприимно, — нервно слизываю воду с губ, случайно задевая его нижнюю языком.

Майор сдавленно выдыхает и прижимает меня к себе теснее, так чтобы я наверняка распознала всю внушительную степень его желания.

— Но вечером у тебя не будет шанса сбежать, — прикусывает мою губу и слегка оттягивает.

По ногам бегут мурашки, и вот я уже сама хочу быть еще ближе.

— Я буду расценивать это как угрозу.

Сердечко мое екает, а мир вокруг нас будто окружается сферой, где густое возбуждение смешивается с нереализованным желанием. Мы будто приняли афродизиак и пытаемся не допустить неизбежного.

— Как предложение, — поправляет меня майор. — Хочу тебя.

Майор не дает мне переварить слова — сразу и с пылом целует. Я не ощущаю даже холода воды — жар между нами разгорается стремительнее.

— Так, ну что, банщики, мясо готово. Давайте быстро париться и… — голос Ивана обрывается.

Мы с Сашей отлипаем друг от друга молниеносно. Я отвожу взгляд в сторону, потому что смотреть на любого из мужчин страшно.

— Иди в парилку, Вер. Не мерзни, — ладонь Саши скользит по моему бедру.

Рассеянно кивнув, я вылетаю из бассейна со скоростью света и прячусь за дверью парной ото всех, пытаясь унять грохочущее сердце.

***

Остаток вечера проходит как нельзя тепло и даже по-дружески. Иван и Наталья, разомлевшие после бани, оказываются приятными собеседниками. Я вливаюсь в их разговоры с такой легкостью, будто мы знакомы лет десять. Возможно, это какой-то особо разговорчивый сорт вина, но когда мы прощаемся, я обещаю обязательно заглянуть к ним в рождественский сочельник.

Черт его знает, зачем. Возможно, потому что так просто принято, а возможно, потому что мой мозг уже плавится от прикосновений майора. Саша будто решил меня довести. То приобнимет, то погладит коленку, то вообще, блин, зажмет возле раковины, пока гости не видят.

— Ты всегда такой гостеприимный? — спрашиваю, когда мы остаемся вдвоем.

— Наверное, — пожимает плечами. — Я же всех зову, поэтому слежу, чтобы все были довольны и все было в порядке.

— Это профдеформация. Следить, — коротко поясняю, замечая непонимание во взгляде.

— Иногда мне кажется, что я вообще всегда на работе, — произносит по-философски задумчиво. — Не кисни, Снегурка, это особенности профессии, — подмигивает уже весело, и в моей груди снова вспыхивают искры.

— Почему Снегурка?

— Потому что когда тебя увидел, ты была в белом и посреди снега. А еще ресницы твои эти и губы… — вздыхает. — В общем, как будто из сказки.

Чувствуя, что разговор заходит не туда, делаю круг по кухне. Не знаю, за что схватиться. Руководить чужим холодильником нехорошо, а если схвачусь за веник, чувствую, Саша скомандует бросить все и сесть на диван.