Чтение онлайн

– Я защищаюсь. Намерений убить не имею. Это молниевый круг первого порядка. При первом контакте шок. При втором - потеря сознания и головная боль, когда очнется. Если очнется.

– Если?
– ужаснулся я.

– Да очнется, не переживай... Разбойник сейчас здоровый пошел.

– А при третьем контакте что будет?

– Ну если разбойник такой дурак, что в третий раз полезет...
– Гарут вздохнул и повернулся на другой бок.
– Тогда таким идиотам и жить на свете незачем.

– Не ценишь ты жизнь человеческую...
– в свою очередь вздохнул я.

– Люди сами ее не ценят. Дети по канавам лазят, заразу на себя собирают. Про глупости, творимые влюбленными на почве бешенства гормонов, я вообще молчу. После, по ходу взросления, вместо поиска работы что они делают? Правильно, ищут себе как бы спутника жизни! Ватар жах, ни кола, ни двора, но бабу или мужика себе в постель заполучить просто необходимо!

– Брат Гарут, если Создатель и природа запланировали буйство влечения на этот возраст, значит так и надо! Оспаривать Их мудрость просто глупо!

– Возможно ты и прав. Или наоборот? Ты не думал, со своей монашеской логикой, что это сделано для того, чтобы укрепить младой дух труднейшим испытанием в их жизни?

– Подозреваю, - хитро прищурился я, - что мысли молодежи и мысли кротких братьев сильно разнятся.

– Ты даже не представляешь насколько. Как итог нашей беседы, скажу следующее: человек, попавший в ночном лесу в молниевый защитный контур, явно личность разбойная и глупая, не способная помыслить о пользе для общества, не говоря о том, чтобы ее принести, словит явно поделом.

– Допустим. Лишь бы не убился. Давай спать, завтра еще один день в пути.

– Приятных тебе кошмаров.

– Спи с Богом.

***

– Мать твою троллиху, да откуда он взялся!
– негодовал мой спутник.
– На многие лиги вокруг ни души, ночь, монстры голодные бродят! Вот тебе, Дэм, подтверждение нашего вчерашнего разговора - идиот, бродяга, нищий и пьяница!

Амбре от трупа действительно сбивало летающих насекомых и некоторых не особо стойких птиц. Одежда на нем была не то что с чужого плеча, а, скорее всего, с чужого огородного пугала. На голове, в нарушение образа, было надето не дырявое ведро или сушеная тыква, а обычная крестьянская шапка с торчащим из нее куриным пухом.

– Убил, в первый же день третьей жизни - убил...
– выл Гарут, меряя поляну широкими шагами.
– Гореть мне в утробе Сатановой...

– Эээ... бэээ...
– просипел труп, зашевелив конечностями. Мы отпрянули в разные стороны - не каждый день на твоих глазах люди воскресают. То есть, конечно, вчера было реальное воскрешение, а сегодня мнимое, но мне и мнимого хватило бы за глаза. А тут такой шок.

– Поспешил ты с путешествием к Проклятому, - сказал я, наблюдая, как мужичок сперва встал на четыре кости, потом помотал головой.

– Дэм, садись, - засмеялся Гарут.
– Видишь, он подставляет тебе спину. Впервые вижу такую самоотверженность и преклонение перед слугами Венца. Садись, он тебя покатает!

– Святые отцы!
– вдруг тоненьким голоском взвыл мужичок.
– Не губите! В лес зашел, в чаще заплутал, зверя искал, ягоды-грибы, хоть чем-то голод унять, утробу грешную свою от урчания отвлечь!

Я достал из сумки хлеб и сыр, предложил голодающему. Тот взял, не раздумывая, и тут же набил себе рот.

– Успокойся, брат, - вполголоса сказал я Гаруту.
– Венец даже убийц может к себе принять, простить и даровать все блага.

– Как я понимаю, для этого надо освободить принцессу от драконова плена, построить храм на свои деньги и сорок ночей стоять на коленях с молитвой?

Я вздохнул. Все-таки, народное понимание религии сильно упрощено, всех тонкостей никто не понимает.

– Нет, брат. За грехи делом и искупление делом.

– Поговорим об этом позже. Смотри, он вроде больше не умирает от голода.

Мужичок и вправду покончил с угощением, бухнулся на колени и принялся горячо благодарить.

– Ты кто?
– вклинившись в его тираду, спросил я.
– Из какого поселка?

– С Клиньев я, отче, охотник я тамошний, егерь, значитца.

– Как сюда попал?
– удивился я.
– От Клиньев неделя ходу!

– Дак через болото, отче... заплутал, пошел на огни болотные...

– Врет, - сказал Гарут.

– Почему врет?

– Не знаю, почему. Вижу, что врет. Охотник, даже если он шел болотом, даже если потерял все снаряжение, в такой пыльной одежде быть не может. Где грязь? Где тина? За лохов нас держишь?
– Он мгновенно оказался рядом с мужичком и вздернул его в вертикальное положение.

– Бха... бха...
– задохнулся тот, робко пытаясь сопротивляться.
– Так я давно плутаю уже...

– По-твоему, я не увижу лжи?
– разозлился Гарут.
– Разбойник? А ну колись!

– Оставь его, брат, задушишь же!
– Я толкнул его в сторону. Мужичок, получив свободу, живенько развернулся и припустил до ближайших кустов.

– Ушел, - огорчился Гарут.
– Ну и зачем ты мне помешал?

– Грехи твои предупредил, - усмехнулся я.
– Гнев, глупость и смертоубийство.

– Ну... допустим, с гневом я согласен. До убийства бы не дошло. А вот насчет глупости ты в корне неправ. Или ты ему поверил?

– А почему бы и нет? Или по-твоему, все люди грешны и врут при каждом удобном случае?

– Только если это им выгодно. А им это часто выгодно.

Мы немного помолчали, собираясь с мыслями.

– Идем дальше, - решил я.

– Идем, - согласился мой спутник.
– Если этот слабоумный наткнется на гомлина, то пусть зверушка покушает... А если я прав, то на следующей стоянке на нас нападут. Или раньше.

– Не ставлю твой опыт под сомнение, но тебе не кажется, что засада на двух монахов в лесу не принесет разбойникам никакой добычи?

– Кажется. Поэтому и напрягаюсь.

Покачав головой, я взобрался в седло и тронул поводья. Отдохнувшая лошадка радостно всхрапнула и легкой рысью сорвалась с места.

– Дэм, есть вопрос.

– Слушаю.

– Охотники магией пользуются?

– Амулетами разве что.

– Какими именно?

– Амулеты...
– задумался я.
– Разговорники на таком большом расстоянии не работают. Сторону света указать - тоже не то, легче по солнцу определить, ими только в шахтах гномы пользуются. Исцеляющие дорого стоят. Да и фонят они сильно, я бы почувствовал...