Чтение онлайн

Я помолчал. Потом все-таки задал вопрос, на который очень боялся получить ответ:

— А люди?.. Что с ними, их больше нет?

— Так мы и есть люди, — тоном наставника сказал Корбен. — Со всеми предрассудками, комплексами и недостатками. Но ты, наверное, про био?

— Я про тех, у кого слишком сложный процесс получения энергии.

Корбен усмехнулся:

— Эти тоже есть. И их пока что большинство.

— «Пока что»? Мы воюем?!

Господи, пусть он ответит «нет»!

— Это необязательно, — пожал плечами Корбен, — они и сами вымрут от своих болезней или перебьют друг друга рано или поздно. А может и нет. Мне они неинтересны. Поверь, у нас своих проблем полно. И чем быстрее ты это поймешь, тем лучше будет для всех нас.

Говорил он спокойно, как говорят о чем-то обыденном. Ну да, физика вместо химии, биология устарела и нужна только дикарям, которым грозит вымирание. Но что-то здесь было явно не так. И я, кажется, понял, что именно:

— Корбен, внутренние органы сейчас не нужны? Ни сердце, ни почки, ни легкие?

Он с готовностью кивнул:

— Желудок тоже не нужен. Как и органическая пища для него.

— А каким образом ты без легких и голосовых связок со мной разговариваешь? — поймал я его. — Корбен, давай-ка я тебе скажу, что будет лучше для нас обоих: прекрати этот дурацкий театр и расскажи, что произошло в действительности!

Корбен усмехнулся:

— А разве мы говорили обо мне?

Потом добавил:

— Но ты прав: био у нас тут нет вообще. Голос мой воспроизводится синтезатором, он в голове. Там же управление мимикой. Вопрос — можно ли общаться без акустики? Можно. И через полторы минуты эта способность у тебя подгрузится. А пульс пропадет. Раньше все возможности цифры человек получал сразу. Но это приводило к проблемам с психикой. Не всем, знаешь ли, радостно от того, что они бессмертны, — он беспомощно развел руками, как бы извиняясь за все человечество, — люди есть люди! Кстати, ты уже оценил главный плюс своего положения?

— Ты про бессмертие? — спросил я.

— Нет, бадди, — довольно улыбаясь, сказал Корбен. — Про то, что бриться каждое утро тебе больше не нужно!

Наверное, сам он считал свою шутку ужасно остроумной. Но мне так не показалось.

— А почему ты меня так называешь, ведь мое имя тебе известно? — я постарался поменять тему. Но меня ждал сюрприз:

— Это уже не твое имя, дружище, — с иронией ответил Корбен. — Оно бы досталось тебе при полной оцифровке. Когда биологический прототип уничтожается и никакой путаницы при этом не возникает. Но это не твой случай: ни на какие активы из твоей прошлой жизни ты рассчитывать не можешь. И на свое прежнее имя тоже.

А дальше было совсем странно: я по-прежнему видел Корбена перед собой, но сейчас у меня перед глазами появилась… Мэри Энн, мой бывший секретарь. Она была в форме офицера NAVY:

— Добро пожаловать на борт, сэр, — отдав честь, улыбнулась она.

Я в шоке посмотрел на Корбена, но он никак не отреагировал на ее появление! Это галлюцинация?

Мэри Энн была полупрозрачна и отчетливо я видел только ее верхнюю часть. Но улыбалась она вполне натурально, и мое замешательство ее, похоже, веселило!

Наверное, что-то отобразилось у меня на лице, потому что Корбен довольно усмехнулся:

— Что, появился Ассистент?

— Да, — неуверенно сказал я, — это Мэри Энн. Мы вместе работали раньше. А это Корбен Даллес, он…

— Он меня не видит, сэр, — подхватила Мэри Энн. — Я ваш личный ассистент, готова к работе двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю… как и раньше, — улыбнулась она.

Корбен Даллас церемонно склонил голову и, глядя куда-то в пустоту, сказал:

— Очень приятно, мэм. — Потом обратился ко мне, — если есть вопросы, то спрашивай, не стесняйся. Не меня, ее спрашивай.

— Кто такой Корбен Даллас, Мэри Энн? И откуда мне знакомо его имя, мы работали вместе?

— Нет, сэр. Корбен Даллас — главный герой фильма «Пятый элемент» 1997 года в исполнении Брюса Уиллиса, режиссер Люк Бессон. Это вымышленный персонаж, вы не можете его знать.

— Но этот парень более чем реален. Кто это? И почему он взял себе это имя?

— Он единолично владеет компанией «New Cro-Magnon XXI, Inc» и руководит всем сообществом. И если он хочет, чтобы его называли именно так, то кто ему это запретит?

— Но ведь это была моя компания. Как она оказалась у него?

— У меня нет доступа к такой информации, сэр. Вам лучше спросить это у него лично.

— А я и вправду теперь вечен?

— Нет, сэр. Даже Вселенная не вечна. Но смерти по биологическим причинам вам больше бояться не нужно.

— А от травм и увечий я могу умереть?

— К сожалению, вам в этом случае потребуется другое тело, а у вас на него нет средств. Так что берегите себя, сэр!

Через час я уже достаточно хорошо понимал как устроено комьюнити. Больше всего вопросов вызывала СиэМ — Common Mind. Это была локальная сеть, и на нее замыкалась вся жизнь сообщества. Через ассистентов она знала все и про всех, являясь одновременно источником новостей, социальной сетью, психологом и арбитром. Что бы ты ни делал и чего бы ни хотел, тебе все равно приходилось делать запрос через нее. Она знала на каждый момент времени о местоположении, состоянии и целях любого члена комьюнити, любого андроида или вспомогательного механизма. Ни один насос или вентилятор не мог запуститься без ее команды. А конфиденциальность? Она соблюдалась только по отношению к чужакам, проникнуть в СиэМ было невозможно. И по этой же причине выйти в мировую паутину можно было только с ее разрешения и под ее наблюдением.

Справа появилось полупрозрачное изображение Корбена, он помахал мне рукой, приглашая принять вызов.

— Ну что, обживаешься? Ты подбери себе имя, кстати. Если не хочешь, чтоб тебя называли HD0315BB0000135.

Я думал об этом. И понял, что сам себе я имя выбирать не буду, было в этом что-то глупое и надуманное.

— Нет, — сказал я, — предыдущее имя мне дали родители, моего мнения никто не спрашивал. Ты первый, кого я увидел, так что придумай мне что-нибудь, я соглашусь на любое.

— Хорошо, бадди.

— Так придумаешь мне имя?

— Уже придумал. Теперь тебя зовут Бадди.

ВАЛИ ИЗМИРА

Корбен выглядел спокойно, но Бадди был уверен, что все идет явно не по его сценарию.

Ждать пришлось не менее часа, потом дверь открылась, и солдаты внесли большой стол. На него поставили блюда с фруктами и изящный красивый кувшин. Последним внесли стул и поставили перед столом. Потом солдаты вышли и тут же зашли другие. Их было семеро и все были с обнаженными саблями. Одеты они были более, чем странно: в кожаных безрукавках и широких шароварах.