Чтение онлайн

Бадди с тревогой посмотрел на Корбена, тот по-прежнему не выказывал никакого удивления. Но развивались ли события по его сценарию, или он просто делал хорошую мину при плохой игре было непонятно.

Наконец в помещение зашел молодой человек в длинной, почти до земли, черной одежде и красной феске. Он сел за стол и тут же около него появился крепкий бородатый мужчина с голым торсом и налил ему прозрачной жидкости из кувшина в единственный стакан. Потом тихо отошел назад. На его место встал другой человек в таком же длинном черном одеянии.

А молодой человек задумчиво оторвал виноградину и положил ее в рот. И спокойно, не торопясь, разглядывал Бадди с Корбеном.

— Меня зовут Ондер-ага, сын Юсуфа, внук Ахмеда. Я вали Измира милостью всевышнего и халифа Абдул-Меджида III, да будет он править вечно. А кто вы?

Мужчина рядом с его стулом начал:

— Honorable and noble lord Onder-aga is…

— Прошу прощения, — перебил его Корбен, — но в переводчике нет необходимости.

Ондер-ага не оборачиваясь поднял левую руку и едва заметно махнул, приказывая удалиться. Переводчик, поклонившись, вышел из помещения пятясь задом.

— Тогда отвечай, — сказал он.

— Мы из комьюнити «New Cro-Magnon» в ста сорока трех…

— Назови свое имя, — тут же перебил его Ондер-ага.

— Меня зовут Корбен Даллас, а это…

— Как звали твоего отца? — не обращая внимания на слова Корбена, опять перебил Ондер-ага.

Корбен удивленно посмотрел на вали:

— А какое это имеет значение? Я сюда прилетел…

— Я хочу знать с кем сейчас разговариваю. Ты назвал свое имя, скажи кто твой отец!

— Послушайте, Ондер-ага, зачем нам лазить по нашим генеалогическим деревьям? Мне есть что вам предложить…

— Тебе нечего сказать? — надменно спросил его молодой человек, положив в рот виноградину. — Ты стесняешься своего отца?

Корбен замолчал, не зная, что ответить. Похоже, к таким вопросам он был не готов.

Ондер-ага удовлетворенно кивнул:

— Почему ты молчишь? Ты рожден во грехе от блудницы, что открывает лоно всем, кто попросит ее об этом? И зачем ты приходишь незваным ко мне, на землю великого Абдул-Меджида III? О чем мне с тобой говорить?

— Меня пригласили, Ондер-ага. Мы действительно можем быть полезны друг другу, от нашего сотрудничества хорошо будет…

— Говори, с чем пришел, человек, который не знает имени своего отца. Что для нас хорошо, а что нет — я решу сам! — отрезал Ондер-ага.

— У нас есть…, - в который раз попытался что-то сказать Даллас, но молодой человек поднял руку, останавливая его и перевел взгляд на Бадди.

До Корбена наконец дошло, что лучше больше молчать, дабы не усугублять ситуацию.

Ондер-ага пил воду мелкими глотками и теперь разглядывал Бадди.

— А как зовут тебя? — обратился вали к Бадди.

— HD0315BB0000135, Ондер-ага — ответил он, стараясь ничего не объяснять пока не спросили.

— Что за родители могли дать своему ребенку такое имя? — удивился молодой человек. — Или ты тоже не знаешь своих отца и мать?

— У моего нынешнего тела нет родителей, Ондер-ага. Я являюсь оцифрованной копией биологического человека и не могу считать своими родителями тех, в чьей семье он появился на свет, — выдал Бадди заранее подготовленную фразу.

Ондер-ага молча разглядывал своих собеседников.

— Вы… роботы? — наконец, брезгливо спросил он.

Корбену хватило ума смолчать, вопрос был адресован не ему.

— Нет, — ответил Бадди, — мы такие же люди, только наша биологическая основа заменена на полимерный аналог.

Ондер-ага взял со стола грушу, снял ножом кожуру и, не торопясь, начал есть.

— Чего вы хотите? — наконец, спросил он.

Все внимание Ондер-ага заняла груша, поэтому кому он задал этот вопрос было непонятно.

— С нами был андроид, — осторожно сказал Корбен, — он член нашего экипажа. Что с ним, почему его не взяли с нами? И нам нужна подзарядка, если у вас есть возможность предоставить нам доступ к электричеству, мы были бы вам весьма признательны…

— Это все? — по-прежнему не глядя на собеседников спросил Ондер-ага.

— Нет, от вас было предложение, вот этот человек, — Корбен сделал шаг к столу, протягивая какой-то небольшой плоский предмет золотого цвета, но два охранника тут же резко вышли вперед, быстро повернулись лицом друг другу и скрестили сабли, преграждая путь.

К Корбену подошел бородатый слуга, взял предмет из рук Корбена и, держа его двумя руками, с поклоном положил на стол перед вали.

Тот внимательно посмотрел на предмет, не беря его в руки.

— Что это?

— Нам необходимо найти этого человека, он связывался с нами…

— Ты собираешься мне пересказать сюжет из «Тысячи и одной ночи»? — Ондер-ага удивленно поднял брови. — Я знаю только одного человека с таким именем. Но, боюсь, он давно умер. Зачем он тебе?

— Этот человек предлагал нам сотрудничество, он и пригласил нас сюда, — Корбен чувствовал себя в дурацком положении и никак не мог смириться, что он постоянно должен оправдываться. — У нас есть интересное предложение для халифа Абдул-Меджида III. Оно наверняка заинтересует его. Вы окажите халифу неоценимую услугу, если донесете наше предложение до него.

Ондер-ага закончил с грушей и с насмешкой посмотрел на Корбена.

— Вы. Собираетесь. Оказать. Услугу. Халифу Абдул-Меджиду III, — перекатывая каждое слово во рту как леденец, отчеканил Ондер-ага. Потом покачал головой и задумался.

Молчал он достаточно долго, было ощущение, что он уже просто забыл о собеседниках. Потом, не поворачивая головы, негромко сказал:

— Моего отца знают во всем Халифате, и на все праздники к его памятнику несут цветы. И деда моего все знали, и прадеда. Каждый из них сделал очень много для процветания моей страны. Это большая честь иметь таких предков, я всегда должен им соответствовать.

Говорил он медленно, ни к кому не обращаясь. Это был разговор с самим собой:

— Я решил покровительствовать наукам и культуре. И теперь я знаю, что именно мне нужно сделать. Я создам новый музей, Музей роботов. Там будут те, кто возомнил себя равным Творцу. Этот музей должны увидеть все подданые Великого Халифата — он повернул голову и в упор посмотрел на Корбена. — С чего ты взял, робот, что великий халиф Абдул-Меджид III, да будет он править вечно, захочет разговаривать с глупой машиной?! Да за одну только мысль об этом ты должен быть сожжен, а прах твой развеян над морем.