Чтение онлайн

Минут двадцать с раной происходило что-то страшное, землянин даже отвернулся, чтобы не видеть этого. Но уже через полчаса процесс стал затихать. Рана затянулась. Некоторое время кожа над ней образовывала большой пузырь, как от ожога, а затем постепенно натянулась, восстановилась и стала такой, какой была до ранения. От раны не осталось и следа, лишь шелушение кожи и засохшая кровь вокруг нее выдавало недавнее лечение.

Сергей так возбудился, что ничего уже не соображал. Его нисколько не интересовало, как отнесутся эрсэрийцы к тому, что он использовал не по назначению медикаменты, и что за взыскание полагается за это по уставу. Он даже не заметил, что обновилась кожа его пальцев, вымазанных мазью. Он смотрел на Литу и радовался как ребенок, видя, как розовеет ее лицо.

Однако в себя девушка не приходила. Ее дыхание не стало ни чаще, ни глубже, и Сергей не знал, что надо теперь делать. Он понятия не имел о причинах беспамятства своей пациентки, ничего не знал об ее болезни, кроме потери крови и раны на ноге. Говоря откровенно, Сергей вообще ничего не понимал в медицине, и краткий курс эрсэрийцев здесь не спасал. Искусственное дыхание не помогло. Сергей понял, что еще немного, и потеряет самообладание — он все равно был бессилен!

Ему оставалось только одно, но он никогда не делал подобного и даже не знал, возможно ли это. Идея возникла как-то сама собой. Сконцентрировав все свое внимание на рангмере, Сергей подошел к окну, так, чтобы свет солнца упал на кристаллики прибора, положил правую руку на холодный лоб девушки и всеми силами воли заставил солнечную энергию проникать в свой организм.

Рангмер был несравнимо слабее лестеля, но и он оказался могучим оружием. Огромного труда стоило землянину сдержать в себе избыток сил и медленно, постепенно передавать его Лите. Инстинктивно Сергей почувствовал, что перестараться, значит убить девушку.

Удивительно, но новое лечение подействовало быстро. Лоб под рукой землянина потеплел, щеки покраснели, а рот Литы приоткрылся, впуская в легкие струю свежего воздуха.

Получилось! Теперь Сергей мог наконец расслабиться. Он с удивлением обнаружил, что не только не устал, но наоборот накопил в себе много энергии и долгое время сможет пользоваться только ею. На тренировках его учили питаться энергией солнц, но тогда на руке землянина не было рангмера, силы накапливалось совсем не много, а упражнения казались практически бесполезными. Сергей не представлял себе своих способностей. Обнаружив на диванчике у стены свернутую "тюль", землянин накрыл ею Литу, чтобы не смущать девчонку, когда та проснется.

И это слабое прикосновение разбудило Литу.

Заспанные зеленые глаза уставились в потолок. Когда осмысленное выражение вдруг вернулось к ним, глаза испуганно пробежали по комнате, на мгновение задержались на землянине, опустились к кровати, опять вернулись к Сергею и остановились на окне, словно боясь встречаться с глазами десантника. И в них застыла тревога.

Оба молчали. Сергей с вожделением смотрел на Литу, боясь спугнуть этот прекрасный мираж, и ему ничего не хотелось говорить. Он боялся даже шевельнуться, чтобы не нарушить своего зыбкого счастья. Лита же пыталась сосредоточиться и соединить в памяти последние события.

— Я не чувствую боли? — жалобным и еще слабым голосом произнесла она, обращаясь сама к себе.

— Моя мазь заставила рану затянуться. Не осталось даже шрама! — тихо ответил Сергей.

Лита удивленно посмотрела на него, словно до сих пор надеялась, что образ землянина всего лишь ей привиделся. Наверное, на девушку нахлынули воспоминания, потому, что, когда она отвела взгляд, этот взгляд был уже печальным.

— Как я сюда попала?

— Тебя нашли после сражения. Ты была без сознания и потеряла много крови.

— Кернг… Где он?

— Кернг погиб. Все твои защитники пали.

— Погиб… — она отозвалась как эхо, — Кернг погиб…

— Кто он тебе?

— Друг моего брата. Он был мне и за брата и за отца. Отец погиб пять лет назад, а брат часто покидал дом, оставляя меня Кернгу… Бедный мой силач…

Словно вдруг вспомнив, она вскрикнула:

— А брат, он жив?! Он свободен?

— Кто он?

— Он вел в атаку всадников, Гелм…

Лита хотела еще продолжить описание своего брата, но Сергей прервал ее:

— Гелм скрылся в лесу с отрядом в восемьсот человек. Сегодня его попытаются поймать.

Девушка внимательно посмотрела на него.

— Значит это правда? — с задумчивой грустью сказала она, отвернувшись, — Я в Каборсе. Я наложница… твоя наложница.

— Ты в Каборсе, но ты свободна! — с жаром ответил землянин.

— Но ведь ты солдат Герцога?

— Нет.

— А я принадлежу тебе? Ты привез меня сюда?

— Нет — первое и да — второе.

Лита опять посмотрела на Сергея, на этот раз недоверчиво.

— Я где-то видела тебя раньше… Но не могу вспомнить…

— Это Велт… — начал Сергей и замолчал. Он понял, что космодесантник заставил расвердцев забыть об их встрече в пролеске перед Уирильским лесом, — Если ты закроешь глаза и постараешься ни о чем не думать, я попробую помочь тебе вспомнить.

Ответом был еще более недоверчивый взгляд, но девушка послушалась. Телепатически проникнув в ее сознание, Сергей снял запрет, поставленный Велтом. На самом деле, он просто напомнил некоторые моменты, которые, на его взгляд, могли быть ключевыми. Остальное всплыло само. Резкие воспоминания словно доставили Лите боль — девушка сжала зубы, чтобы не вскрикнуть. Но теперь, Сергей точно знал, она вспомнила об их первой встрече, вспомнила те первые ощущения, что возникли тогда. И Лита действительно посмотрела на него по-новому, но почему-то с еще большей тоской.

— Ты солдат Герцога, а я рабыня, — повторила она, — Ты спас меня и теперь я твоя пленница… Я твоя, а не ты мой.

— Поверь мне, — голос Сергея прозвучал неестественно тихо и мягко — землянин и сам не знал, что сейчас скажет, — Я не солдат Герцога. Мне нет до него никакого дела. Я солдат другого времени и другой эпохи. Я приехал издалека и совсем не для того, чтобы служить Герцогу.

— Тогда зачем же? — вопрос был логическим продолжением его же слов, и Сергею пришлось ответить.

— Те, кому я служу, хотят получить Корону Древних Императоров Космоса… Я выполняю задание… — сказав про Корону, Сергей совершил второе нарушение устава. Лита так удивилась, что поверила. Отступать было поздно и Сергей продолжил: — Там, откуда я пришел, совсем другие порядки, другие законы, другие возможности. Поэтому я так хорошо сражался, а мой товарищ такой сильный гипнотизер. Мне жаль погибшей расвердской армии, жаль Кернга, потому, что все это заставляет страдать тебя. Когда мы встретились в первый раз, я и мой товарищ вместе с бароном Гурсом пытались добраться до Каборса — ближайшего города, возле которого мы высадились. Ты и твои люди сами напали на нас, можно ли меня винить за то, что я защищался? С бароном мы встретились совершенно случайно, и я не испытываю к этому человеку никаких дружеских чувств. Каборс гостеприимно принял нас, но это не значит, что мы сторонники Герцога. Поверь, ты для меня сейчас значишь гораздо больше, чем все герцоги, бароны, графы и прочие!

Запутанное признание землянина совсем сбило девушку с толка.

— Я? — спросила она, — Почему?

Вопрос был задан так открыто и бесхитростно, что Сергей растерялся.

— Потому, что я нашел больше, чем искал.

— Что нашел?

— Нашел свою мечту, — почему-то и это прозвучало просто и бесхитростно, тон в тон Лите. Сергей удивился сам себе — так легко сорвались с его губ эти слова.

— И эта мечта — я?

— Да!

Лита рассеянно посмотрела на него, хотела что-то сказать, но не сказала. Она задумалась, глядя в окно на низко склоненные зеленые ветви дерева.

— Как все странно! — чуть слышно прошептали ее губы. Через минуту она опять подняла глаза, и на этот раз они блестели от почти сдержанных слез. В них светилась благодарность на фоне какой-то совершенно безнадежной роковой печали, — Каборсцы не отпустят меня. Они не простят мне своего страха последних дней перед штурмом и не простят, что брат опять ушел от них… Если то, что ты сказал, правда, если ты действительно хочешь помочь мне, то оставь меня, Сергей, и беги, или отдай меня Гурсу — тогда ты сам останешься жив, а мне будет не так… больно. Ты еще не понимаешь, что из этого города нам двоим нет дороги. Беги из Каборса, иначе и ты погибнешь!