Чтение онлайн

[4] «В иных же случаях это построения, растягивающиеся до бесконечности…» — писал о произведениях де Сада Пазолини, замечая также, что садический дискурс — это «фантастическое представление, в котором сексуальные отношения являются метафорой отношений между властью и подданными» (Пазолини П. Из бесед Пазолини с Г. Бахманом. — В кн.: Пазолини П. Теорема: сценарии, роман, повесть, рассказы, статьи, эссе, интервью. Перевод с итальянского, французского, английского Л. Аловой, О. Бобровой, А. Гришанова и др. М., «Ладомир», 2000, стр. 567). В «Шедевре» власть явлена безумием, это власть второго, враждебного «Я» над индивидом с расщепленным сознанием, власть враждебного и агрессивного двойника…

[5] «Декамерон», «Кентерберийские рассказы» и «Цветок тысяча одной ночи».

[6] Камю А. Литератор. — В кн.: «Маркиз де Сад и ХХ век». Перевод с французского Г. Генниса. М., РИК «Культура», 1992, стр. 178.

[7] Батай Ж. Литература и зло. Перевод с французского Н. Бунтман и Е. Домогацкой. М., Издательство МГУ, 1994, стр. 84 — 85.

[8]  Здесь опять же Мисима, уподобивший в «Исповеди маски» сокровенную внутреннюю красоту человеческих органов внешней красоте лепестков розы. О телесности в современной литературе и об ее историко-литературных коннотациях см.: Чанцев А. Метафизика боли, или Краткий курс карнографии. — «Новое литературное обозрение», 2006, № 78.

[9]  Хайдеггер М. Исток художественного творения. Перевод с немецкого А. Михайлова. М., «Академический Проект», 2008, стр. 129.

[10] Цит. по: Михайлов А. Вместо введения. — В кн.: Хайдеггер М. Исток художественного творения. М., «Академический Проект», 2008, стр. 8.

[11] Там же, стр. 49.

[12] Хайдеггер М. Исток художественного творения, стр. 89.

[13] 13 «Я крушу зеркала, чтоб не видеть, как смотрит двойник!

Зеркала, разбиваясь, сочатся багровым и алым!

<…>

Отобрав твою жизнь, мой двойник и мой враг,

Я останусь один в том и этом мирах».

Сергей Калугин. «Абраксас» <http://orgius.ru/txt/skulptor.html>.

[14] Высокая оценка романа М. Ахмедовой, данная нашим постоянным автором, действительно не очевидна. (Примечание А. Василевского.)

o:p /o:p

o:p /o:p

Десятку детективных книг обозревает прозаик, редактор отдела прозы журнала «Новый мир» Ольга Новикова. В этом случае не обойтись без разглашения детективных тайн, но хорошему, крепкому детективу спойлер — не помеха. o:p/

o:p /o:p

Элизабет Джордж. Верь в мою ложь. Перевод с английского Т. Голубевой. М., «ЭКСМО», 2012, 672 стр. («Millenium») o:p/

Первый роман американской писательницы Элизабет Джордж об инспекторе Линли вышел в 1988 году, а в русском переводе «Великое избавление» было напечатано в 2002 году в серии «Лекарство от скуки» издательства «Иностранка». Заметив, что мои коллеги по редакции обмениваются книжками этого автора, решила и сама заглянуть в них. К детективам я, как и многие, поначалу относилась с высокомерным снобизмом. Да, это жанр развлекательный. Тем не менее у него есть своя эстетика: говорят же об «искусстве детектива». В 1920-е годы исследовали «морфологию сказки», «морфологию новеллы». А как насчет морфологии детектива? Не обнаружатся ли здесь закономерности, значимые и для высокой словесности? o:p/

Естественный способ формализации детективного сюжета — пересказ. Это своего рода рентген, выявляющий достоинства и недостатки произведения. Детективы, как правило, не нуждаются в истолковании, в интерпретации, их смысл — сама фабула в кратком изложении. o:p/

«Верь в мою ложь» — семнадцатый роман об инспекторе Линли. Редкий случай, когда «сериальность» не мешает автору экспериментировать и развиваться. В рамках детектива автор по сути создает психологический роман, затрагивающий серьезные социальные проблемы. И делается это без занудства, назидательности и однозначных приговоров. Как заметил в устном разговоре мой коллега, американка Э. Джордж подмечает и подробно описывает и то, что, вероятно, самоочевидно для англичан, но что создает для нас эффект достоверности. o:p/

Томас Линли, инспектор Скотленд-Ярда, владелец родового поместья в Корнуолле, по просьбе руководства занимается неофициальным расследованием смерти управляющего финансами процветающей компании семейства Файрклог. Втайне от своей непосредственной начальницы он привлекает к расследованию напарницу, девушку «из простых» Барбару Хэйверс — импульсивную, нелепо одетую, но очень толковую. Начальница, с которой у Линли непростые любовные отношения, заставляет сержанта Хэйверс позаботиться о своей внешности и, ревнуя, мешает расследованию. Линли прибегает к помощи своих друзей — судмедэксперта Саймона Сент-Джеймса и его жены фотографа Деборы. o:p/

В процессе расследования выясняется, что почти у всех членов семейства Файрклог есть тайны, и каждый по-своему заинтересован в смерти управляющего. o:p/

У многодетного главы семейства имеются любовница и внебрачная дочь. o:p/

Одна дочь притворяется неходячим инвалидом, чтобы не работать и тянуть деньги у отца. o:p/

Другая дочь пытается спасти двоих детей погибшего управляющего, которые остались в доме с любовником управляющего, архитектором. Их непутевая мать занята своей личной жизнью и не хочет обременять себя заботой о детях. У обоих детей большие психологические проблемы, а старший мальчик попадает в руки педофилов. К тому же муж этой дочери находит неувязки в отчетах управляющего. o:p/

Сын, бывший наркоман, вставший на путь исправления благодаря любви к молодой аргентинке, не подозревает, что женился на трансвестите. Его красавица-жена Алетея боится разоблачения и пытается заиметь ребенка от суррогатной матери. o:p/

В это же время бездетная Дебора сопротивляется намерению мужа усыновить ребенка одной молоденькой девушки. Мать готова отдать новорожденного, но хочет участвовать в его жизни. Не подозревая о том, что скрывает жена младшего сына Файрклогов, Дебора следит за ней с помощью недотепы-журналиста. Испугавшись слежки, Алетея в отчаянии сбегает из дома и пропадает в зыбучих песках. В итоге выясняется, что смерть управляющего — несчастный случай. Но развязка не перечеркивает значимости и интересности всего хода событий. И главный месседж романа можно интерпретировать так: закрытость человека, боязнь исповедаться близким людям ведет к трагическим последствиям. o:p/