Чтение онлайн

— Отлично. Как раз и видеомагнитофон проверим, а то я его даже не распаковывал. Всё времени не было. Дим, подключи его, пожалуйста, к телевизору, а я пока посижу, отдохну.

Солнышко села рядом со мной на диван и я её обнял. И Маша тоже пристроилась с другой стороны.

— Тебя что, — спросил я свою тайную любовницу, — тоже обнять?

— Если можно, — ответила хитро улыбающаяся Маша.

— Это как Солнышко разрешит.

— Я разрешаю, сегодня можно, — ответила Солнышко, смеясь. — Маша свой человек. Только ты там рукой не хулигань, знаю я тебя.

Мы все трое рассмеялись и я обнял Машу. Маша ждала этого момента с самого прихода, но виду не показала. Только её участившееся дыхание сказало мне, что она опять возбудилась. О том, что сейчас творится с её трусиками, лучше не думать. Вот так, у неё гипервозбудимость, а у меня — гиперсексуальность. А Ирка сидела напротив и нам завидовала. Ну и пусть завидует, а лучше бы выкинула свою блажь в отношении меня из головы и любила бы Серёгу. Вон он как вокруг неё вьётся, аж пылинки сдувает. Что ей ещё надо?

Димка настроил видеомагнитофон и включил кассету с записью вчерашней демонстрации, предварительно перемотав на ускоренном просмотре на тот момент, когда нас стали снимать телекамеры. Кусочек занял всего минуту, а слава была на всю страну. Мы ещё раз вспомнили вчерашние события и Солнышко крепче меня обняла. Вот так, смотри Ирка, ничего тебе здесь не обломится, Солнышко меня никому не отдаст.

Да, хороший День рождён получился, с замечательными подарками и столом.

А потом мы пошли помогать девчонкам относить посуду на кухню и разбирать стол.

— Какие дела на завтра? — спросил Димка, когда мы всё закончили.

— У меня весь день загружен, — ответил я. — Ты гоняй наших фанатов, они понадобятся 19 мая. Проведём их строем мимо памятника, так что репетируйте строевой шаг и прохождение строем в колонну по десять человек в шеренге мимо моего будущего бюста. Справятся?

— Время есть, должны успеть. Да, у меня деньги закончились. Рублей триста нужно.

— Без проблем. Серега, ты продолжаешь по утрам ходишь в свою музыкалку, а в четверг вечером записываем песни. Нам нужно перед поездкой в Лондон добить новый диск. Чтобы к нашему приезду он уже был напечатан большим тиражом и мы открыли своими концертами его продажи, как это было прошлый раз.

Когда гости собирались, то я тихо шепнул Маше, что завтра она мне кое-что должна, и это не преподаватель вокала. Она заулыбалась счастливой улыбкой и тоже тихо прошептала: «Я хоть сейчас». А потом уже громко, для всех, сказала, что у них завтра шесть уроков и так не хочется их сидеть в школе, когда на дворе уже почти лето.

Я намёк Маши понял, что она будет свободна после обеда, и кивнул в ответ. Вот пообнимал Машу на диване и мне чего-то опять захотелось. Но ведь все они этого сами очень хотят и я тоже хочу. Как сказал известный еврейский писатель Шолом-Алейхем: «Если нельзя, но очень хочется, то можно».

«Маша, всем Ша!»

Песня Наташи Турбиной

Денёк обещал быть не просто загруженным, а чудовищно перегруженным. Утром, после зарядки, мне позвонил Ситников и сказал, что в десять приедут англичане, чтобы купить мою с Солнышком песню «На-на-на». Они ее слышали в субботу по радио и им передали от премьер-министра, что эта песня написана специально для него. Так что они бьют копытами и готовы, хоть сейчас, приехать в ВААП.

— Я сейчас никак не могу, — сказал я, доедая яичницу с колбасой. — Меня Юрий Владимирович отправил на десять утра к скульптору лепить мой бюст.

— Не понял, — удивился Василий Романович. — Тебе что, вторую Звезду вручили? Вот это да. Я в понедельник тебя видел на трибуне Мавзолея с одной Звездой. Когда ты успел?

— Вот сразу после Мавзолея в Большом Кремлевском дворце меня и наградили, прямо за праздничным столом.

— Да, лихо ты. Тогда понятно. Надо англичанам популярно обьяснить, что раз ты у нас дважды Герой, то теперь уже они пусть под тебя подстраиваются.

— Это правильно. Я к такому ещё не привык, поэтому вы мне подсказывайте, как лучше мне теперь с ними поступать.

— Теперь ты сам назначай время, а я их буду строить.

— А может мне по такому случаю мой процент поднимут?

— С песни — не вопрос, а с траншей из Лондона — большая проблема. За каждый процент битва была. В пятницу придут два миллиона фунтов и один процент с них это двадцать тысяч фунтов, грубо двадцать тысяч чеков. У тебя итак десять процентов уже есть, так что вряд ли кто разрешит. Я, конечно, попробую, но ничего обещать не могу. Буду просить пять, но рассчитывай максимум на два.

— И на этом спасибо. Тогда скажите англичанам, что я смогу приехать только к часу.

— Они никуда не денутся и приедут. Что им ещё пообещать, чтоб не очень расстраивались?

— Завтра, в четверг, будем записывать четыре новые песни для английского альбома, так что на пятницу назначайте с ними новую встречу. Время пока не знаю, сообщу позже.

— Договорились. Тогда жду в час.

Я вчера Солнышку рассказал, что мы начинаем организацию своего комсомольско-молодежного центра «Демо» при ЦК ВЛКСМ, поэтому у меня дел сегодня просто завал. Пообещал, что буду часов в семь, не раньше. Поэтому пусть займётся уборкой квартиры после гостей, а потом позвонит в «Берёзку» и узнает насчёт двух шкафов в одну из двух наших пустующих комнат. А то даже неудобно перед гостями, их приходится закрывать, потому, что мы их превратили в настоящий склад. Мы даже вчера в них почти все цветы перетащили, чтобы гостям не мешались, а сегодня их уже надо выбрасывать, так как они почти все завяли.

Студию известного советского скульптора Демченко я нашёл быстро. Рядом со входом меня ждал Вольфсон, который сел ко мне в машину и после полагающихся у воспитанных людей приветствий первым делом протянул мне конверт с деньгами.

— Здесь тринадцать тысяч двести, — сказал Александр Самуилович. — Всё точно, как в аптеке.

— И это правильно, — ответил я и, отсчитав из конверта пять сотенных купюр, протянул их ему. — А это ваша премия в размере оклада, как и обещал.

— Спасибо. С вами приятно работать. Вот ещё обещанный план организации КМЦ «Демо» и моя анкета с фотографиями на паспорт и визу.

— Хорошо. Анкету я отдам людям после обеда, а план гляну сегодня же и вам отзвонюсь. Так, что там у нас с двумя майскими концертами?

— Всё отлично. После воскресного вашего концерта, когда на него сам Брежнев приехал, по Москве поползли слухи один другого фантастичнее, один из которых даже утверждает, что вы внук Брежнева, и теперь за билетами начался настоящий ажиотаж. С помощью перекупщиков, которые подняли цену ещё на один рубль, вы заработаете с каждого концерта по две тысячи рублей дополнительно.