Чтение онлайн

А леди Ди сияла от счастья. Она дождалась своего возлюбленного и мечтала только об одном: поскорее бы оказаться с ним постели. Всё это я читал у неё на лице и мне было приятно, что я любим ещё и этой очаровательной девушкой. Но она также понимала, что сегодня я устал с дороги и только завтра мы сможем увидеться с ней. Ну не говорить же ей, что мне предстояла сегодня ночь любви с двумя моими жёнами, одна из которых горела желанием наверстать упущенные три дня.

Находясь в таком благостном расположении духа, я чуть не пропустил появление неожиданной угрозы. Нет, в наш автомобиль не собирались кидать бомбу, как в эрцгерцога Фердинанда в 1914 году. Это было сейчас не модным. Сейчас в тренде были снайперы. Вот его-то я чуть и не прозевал. Расслабился, разомлел в обществе леди Ди, а зря. Мог за это поплатиться жизнью. Но я почувствовал снайпера так поздно потому, что тот находился очень далеко от нас. Где-то в девятистах метрах от нашей машины. Если бы был ближе, как в случае с Андроповым, когда снайпер залёг на крыше соседнего дома, я бы его ещё минуту назад засёк.

Но, вообще-то, я так и не понял, в кого он собрался стрелять, в меня или принца. Слишком большое расстояние мешало мне точно определить, кто его основная цель. Но у меня времени не было решать, кто из нас был нужен стрелку. Необходимо было действовать и, причём, срочно. Я громко крикнул водителю:

— Влево!

Шофёр резко крутанул руль в сторону, указанную мной, и машинально нажал на акселератор. Мне даже не пришлось ему кричать об этом. Пулю я не видел, но шестым чувством понял, что она прошла впритык с задней частью машины. Я знал, что машина не бронирована, поэтому пассажиров можно было поразить как через крышу, так и через стекло.

— Что случилось? — спросил удивлённо принц.

— Что-то оторвалось или отлетело от идущей впереди машины и чуть не зацепило нас, — нагло соврал я и посмотрел на Ди, которая даже не успела испугаться и тоже удивлённо смотрела на меня. — Мне показалось, что у неё отскочил автомобильный колпак с заднего колеса.

— Да, я что-то тоже видел блестящее, — сказал водитель, — и оно летело в нашу сторону.

Ну вот, всё получилось очень даже хорошо. Ни у кого моя выходка не вызвала никакого подозрения. А я задумался о том, что это было похоже на дежавю. Лондон, машина, мой крик. Только в этот раз нас никто не преследовал на мотоцикле и я не воевал с террористами с помощью открытой задней дверцы автомобиля. Про сегодняшнее происшествие я никому рассказывать не собирался. Иначе информация обязательно достигнет ушей мамы принца, а мама у него очень непростая женщина. Особо разбираться не будет и сразу вспомнит мою дурную славу и может решить, что это стреляли именно в меня. А значит, принца надо держать подальше от потенциальной мишени в моём лице. Они сами живут, как на пороховой бочке, а тут я ещё со своими проблемами.

Леди Ди продолжала поглаживать мою руку и ей даже один раз удалось украдкой меня поцеловать, пока принц смотрел в другую сторону от неё. Тогда я ей и успел шепнуть всего одно слово: «Завтра». Ди расплылась в счастливой улыбке. А я подумал, что Солнышко не удержится и обязательно расскажет Маше, что со мной успешно удалось договориться о будущих детях. У меня ещё оставалась крохотная надежда, что за эти дни Маша отказалась от этой идеи и сегодняшняя встреча в аэропорту изменит её решение. Но мне в это слабо верилось. Если женщине засела какая-то блажь в голову, то её оттуда вытащить будет сложно, если невозможно. А особенно, когда это касалось таких славных и розовощеких карапузов, которые гуляют с мамами на улицах.

Но вот мы добрались до нашего отеля, который красной скалой возвышался впереди. Перед моими глазами предстал гламурный и элегантный 5-звездочный отель Claridge's, источающий ауру изысканности и роскоши, который разместился в центре лондонского района Мейфэр. Всего в пятнадцати минутах ходьбы от отеля был расположен Букингемский дворец, который я надеялся посетить чем раньше, тем лучше. Надо было побыстрее передать королеве послание от Леонида Ильича и вздохнуть спокойно.

— Принц, — обратился я к Эдварду по-простому, так как только мы оказались в машине, то перестали друг друга величать разными длинными и напыщенными титулами и перешли на обычный человеческий язык, — мне необходимо передать письмо Её Величеству от мистера Брежнева. Когда это лучше сделать?

— Я переговорю с ней сегодня за ужином, — ответил принц, повернувшись ко мне, — и попробую договорится на завтра. Я знаю, что у тебя завтра утром выходит новый диск и ты будешь с утра заниматься его раскруткой. Поэтому попробую твой визит перенести на день или вечер.

— Спасибо. Мы с десяти утра выступаем в самом большом музыкальном магазине Лондона, который называется Rough Trade East на Brick Lane. Там мы месяц назад уже выступали для рекламы первого диска. Внутри магазина есть удобная сцена, где мы и дадим наш мини-концерт.

Как только мы подъехали к парадному входу на двух машинах, к нам сразу подбежали два швейцара и распахнули двери наших авто. Потом они помогли выгрузить наш багаж. После короткого прощания с принцем и Ди мы втроём проследовали в отель. Наши остальные друзья задерживались и мы решили подождать их в холле.

А холл отеля был шикарный. Черно-белые мраморные плиты на полу визуально его увеличивали. Огромная люстра и покрытый золотом камин служили квинтэссенцией роскоши и богатства. За стойкой ресепшн меня встретила девушка, которая сразу поняла, кто мы такие и выдала ключ от нашего пентхауса.

— На ваше имя заказаны ещё два номера, — вежливо напомнила она мне.

— Те, кто там будут жить, сейчас подойдут, — ответил я и вернулся к Маше и Солнышку.

Маша была под впечатлением от всего и чуть не подпрыгивала от переполнявших её чувств. Но вот появился Стив и с ним остальные трое наших друзей. Со Стивом мы нормально так и не успели пообщаться. Нам надо было обсудить массу дел, но мы жутко устали и он это прекрасно видел.

— Эндрю, — обратился он ко мне, — вижу, что вы все устали. Я тогда вечером подъеду, а вы отдыхайте.

— Хорошо, — сказал я и попрощался с ним. — Так, Александр Самуилович и Серега, пошли получать ключи от номеров.

Та же девушка им выдала им ключи. У Александра Самуиловича был одноместный номер, а для русского Ромео и французской Джульетты я заказал двухместный, хотя можно было и одноместным ограничиться. Двухместный был площадью пятьдесят один метр, поэтому я решил, что пусть вдвоём спокойно расслабляются. Женька сама прилетела из Парижа только два часа назад, поэтому Стиву их всех очень удачно удалось встретить и собрать вместе.

Этажи у нас были разные. У нас был седьмой этаж, у остальных четвёртый. В лифте я выдал Вольфсону три тысячи фунтов и сказал, что в конце нашего пребывания в Лондоне возможна премия, чему он был очень рад. Мы их высадили на четвёртом, а сами поехали на седьмой. Белл-бой вёз наши вещи, к чему Маша пока не могла привыкнуть. Она периодически посматривала на свой чемодан и, видимо, переживала, чтобы он у неё не пропал. Он же был у неё единственный, поэтому самый дорогой. Посмотрим, сколько у неё будет их через неделю.

Когда коридорный ушёл, довольный чаевыми и за ним закрылась дверь, Маша сразу бросилась ко мне на шею и стала целовать, приговаривая, что она по мне ужас как соскучилась. И только потом она ахнула, увидев, где мы будем жить. Двести квадратны метров — это вам не двушка в девятиэтажке. Мои жёны пошли осматривать наши апартаменты, из каждой комнаты которых постоянно доносился восхищенный голос Маши. Но настоящий радостный визг раздался из ванной комнаты, куда я тоже направился, чтобы понять, что же так обрадовало мою вторую жену.