Не нужно трех раз, что бы любой человек, имеющий свое мнение, смог бы догадаться, что как поэт Демьян Бедный был намного талантливей Есенина. Достаточно почитать несколько пособий по поэзии, что бы убедиться, что там утверждается обратное. Так кому вы больше верите? Тому, что читаете своими глазами, или тому, что вкладывают в вашу голову другие? А говоря иначе — у вас есть своем мнение, или вы думаете, решаете и оцениваете чужим умом?
К сожалению, в поэзии очень мало значит как написано. Гораздо больше значит — кто написал. И почти всегда все делает имя, а не талант. Но тут еще немалую роль сыграло — что было написано. Ведь Демьян Бедный закатил такую правдочку, что злоба в сердцах христианских не ослабевает и поныне, и у них одно желанье — растерзать, распять несогласного. Даже вроде бы лишенные власти и влияния, они все равно сумели отомстить Демьяну Бедному. Потому что имя им легион, и они были повсюду. И как результат, его стихи перестали печатать, его исключили из партии, за ним была установлена слежка:
Десятки миллионов нынешних православных христиан не желают признавать, что христианство — это чужеземная, еврейская религия, которая навязывалась силой. Триста лет Русь крестили огнем и мечом. Миллионы русских людей были зверски замучены. А после настало религиозное мракобесие, когда нельзя было слова сказать, что бы бдительные ревнители нравов, не выдали тебя на расправу инквизиции, и на муки адские.
Но вот время поменялось, и в России произошла еврейская революция 1917 года. Пришло великое зло, и тень покрывшая Россию, не спала до сих пор. Но как всегда, не бывает абсолютного зла. И в каждой тьме есть проблеск света. Поэтому можно сказать, что евреи-большевики сделали три хорошие вещи: отменили две буквы в русском алфавите, перешли на григорианский календарь, и сказали — бога нет.
Настало время, когда стало можно писать часть правды, о церкви и религии. Пришла пора сказать верующим — бросайте свой наркотик. Но все это не сопровождалось репрессиями, или во всяком случае репрессиями такого масштаба, как репрессии времен мракобесия. Казалось бы, настало время дать слово другой стороне. И если вспомнить, что верующие вырывали языки несогласным столетья, то было бы честно, дать наконец слово другой стороне, раз настало их время.
Верующие часто говорят, что верить или нет — это личное дело каждого. И если так, так дайте сказать свободно людям своего времени. Тем более что вы сами 1000 лет могли лгать. Дайте сказать оппонентам. И если верить или не верить — это личное дело каждого, не мешайте им. Но верующие опять не смогли спокойно пройти мимо, им снова захотелось решать за других, и они опять начали указывать что должно, а что не должно.
Вот почему Есенину спокойно не сиделось, вот почему ему понадобилось топнуть ножкой? Почему он не мог смотреть, как Демьян Бедный кроет еврейского божка, который органически чужд русскому народу, и которому была принесена огромнейшая кровавая жертва. Почему глупый Есенин не вспоминал пытки в застенках русской православной инквизиции. Где людей кнутом и раскаленным до бела железа заставляли верить в еврейского божка?
Но у верующих нет стыда, поэтому Есенин стал защищать и оправдывать Христа, которого нельзя оправдать, потому что все великое зло, принесенное еврейской революцией в Россию — ничто в сравненье с великим злом, которое принес в этот мир Христос Немилосердный. И что глупому Есенину до стонов миллионов жертв клерикализма — ведь ему не слышны их стоны, да и хруста костей под ногами он тоже не слышит. Он как сталинист, твердит свои пыльные догмы, только у одних ангелом был Сталин, а у других — Иисус.
Он не видит полноводных рек крови и слез, которые текущих в горло Христа, он не видит их, потому что он закрыл глаза. Он не хочет видеть и слышать, он хочет закрыть правду, и растоптать несогласного. Христиане всегда делали так, и выступали они не с открытым лицом, а под масками, и все решали они не обсужденьем — а шушуканьем, и сговором. Потому что они ненавидят правду, которая страшна. Потому что они прячутся от истины, которая ужасна. Потому что они обожают ложь, которая так сладка и красива. А суть как всегда двуличное ханжеское лицемерие.
Нет им покоя и сейчас. В 2005 году Русская Православная Церковь снова достала Демьяна Бедного, переименовав город Демьян Бедный — в город Спасск (Пензенская область). Видно они собрались мстить ему вечно, с люто-христианской ненавистью. А потому, если кто видит эти тексты — качайте пока висит, потому что очень скоро это может исчезнуть.
Ну и напоследок — в текстах которые я смог добыть отсутствуют многие главы. Я не знаю, были они написаны, или их нет вовсе. Если кто-то поможет мне прояснить ситуацию — буду очень благодарен.
Владимир Едкий
Введение
Введение, которое многих приведёт в обалдение.
(от Луки, 1: 1-3)
Православные христиане,Российские крестьяне,Бабы и мужики,Молодые и старики!Начинаю я сию страницуВ страстную седьмицу,Под колокола, гудящие тоскливо,В самый разгар поповской «страды»,Когда доходны особливоПоповские «труды».Когда попы в церквах, как тетерева, токуют,«Страсти господни» толкуют:Как мучили Иисуса Христа,В какие его таскали места,И кто в его смерти повинен…Разговор о том длинен:Всё прочитать голова пойдёт кругом,Четыре евангелиста не спелись друг с другом!Поверить Марку — не поверить Луке:Разногласия в каждой строке.Манера писать — самая «боговдохновенная»:Ерунда получилась несомненная!Правда, каждый евангелист,Дописав свой последний лист,Мог бы сказать о своей книжке:«Сие мной писано понаслышкеА после подправлено святыми отцами!»Так иль сяк,Может видеть всяк,Что в евангелиях концы не сведены с концами!Вот по этой-то причине,Хоть я то ж не обретаюсь в апостольском чине,Решил я в сердечной простотеРассказать об Иисусе Христе:Об его подлинном значении,О жизни его, об учении,Об искупительном мучении,То бишь о страстной неделе,Как это было на самом деле!Я не стану ссылаться на «наитие» —Про каждое событиеБуду писать не голословно,А лишь то, что мне известно безусловно;В каждый моментБуду готов предъявить документ.А есть документы не менее ценные,Чем евангелия «боговдохновенные»!Попы попробуют вас морочить,Мои слова опорочить:Но ведь попы такой народ,Что они б теперь закрыли ротСамому Иисусу —Не всякая правда им по вкусу!Особливо если их тыкать в евангельские места,Из коих видно, что на подлинного ХристаХристос, сделанный из поповского мармеладу,По своему внутреннему складуИ внешнему видуПохож, как гвоздь на панихиду:«Федот, да не тот»!Не «учитель благий и кроткий»,А оракул ходкий,Дающий тысячи ответовИ советов,Для бедноты «душеспасительных»,Для богачей — доходоприносительных:«Блаженны кроткие и чистые сердцем,Ибо получат они…кукиш с перцем!Блаженны все, кто сир и наг —Вы удостоитесь небесных благ!»А вот царство земное —Это дело совсем иное:Тут помни, чёрная людина,Что «несть раб болий своего господина!».Вот он каков на вкус и цвет,Четырёх-евангельский Новый завет!Но на дело надо глядеть пошире:Евангелий было всех не четыре,Не пять и не шесть —Всех не перечесть!Все — медоточивые,Все — разноречивые,Все — труды древнехристианского воинстваИ все одинакового достоинства.Но отцы церкви во времена оны,Устанавливая свои каноны,Сделали из евангелий такой отбор,Что не разберёшь до сих пор,Что важней: то, что нам предложеноИли то, что ими уничтожено?Не нравилась князьям церкви книжка,Они кричали: «ересь!» — и крышка…Они уничтожали ересь с великой страстью,Но не всё уничтожили, к счастью.И вот стало явным, что было тайно:Сохранилось случайноСредь пыльной пергаментной груды«Евангелие от Иуды»,Нечто вроде дневникаЛюбимого Иисусова ученикаИ пламенного еврейского патриотаИуды Искариота.Евангелие — прочих других не хуже,Цену имеет ту же:Хочешь верь, хошь не верь —Пергамент, полуистлевший теперь.И узнали мы оттуда,Что оный апостол Иуда,Облыжно прозванный предателем,Был истинным Христовой церкви создателем,Что он, а не Пётр и не Павел,Иисуса всесветно прославил!Что отвалили камень от Иисусова гробаНе ангелы иль фарисейская злоба, —Но Иуда в припадке умопотрясеньяСтал виновником Христова «воскресенья»,Основного евангельского чуда, —Вот кто такой был Иуда!
* * *
Всего не скажешь в первом листе —Много событий подлежит толкованью.Итак, возлюбленные братья во Христе,Приступаю к повествованью!
Глава 1
Начало Нового завета:
— Дедушка Захар и бабушка Лизавета.
(от Луки, 1: 5-63)
По словам евангелиста Луки(Смотри первую главу Нового завета)Жили-были старики:Дед Захар и бабка Лизавета.Жили они, дескать, жизнью богоугодною,Но бабка пребывала весь век бесплодною.И вдруг ни с того, ни с сего, не ко времениРазрешилась бабка от бремени,Чем так изумила своего старика,Что тот лишился языка!На восьмой день, при обрезании младенца,Не обошлось у бабки без нового коленца:Родня хотела назвать мальцаЗахаром в честь отца,Но бабку тянуло к другому именованию:«Хочу,- говорит, — чтоб звался он Ванею!»Родня говорит: «Но имей, бабка, в виду,Что Иванов у нас не было в роду!»А бабка на своём стоит паки и паки, —Стала родня делать Захару знаки:Каково, дескать, твоё решение?Имеешь ли ты к этому делу отношение?Онемевший Захар чего-то мычалИ долго головой качал.Потом дощечку сцапалИ на ней нацарапал,Решив скрыть позор своих старческих днейИ примирившись с бабкиным обманом:«Как звать мальца, бабе видней,Иваном — так Иваном!»Вся родня, что на обрезанье явилась,Сему делу весьма подивилась.А чему тут дивиться? ЗахарБыл до крайности стар,А у бабки в крови ещё что-то тлело:Кому какое до этого дело?На всякую старуху найдётся проруха:Не согреши Захарова старуха,Не могло бы тогда быть и речи,О явленьи Ивана Предтечи,Который, согласно Исайе-пророку,Должен был появиться к назначенному сроку,Был, так сказать, заранье положен по штату…О всяком деле суди по результату!
Глава 2
Как можно на честную девицу
Взвести небылицу:
(от Луки, 1: 26-30; 2: 4-5)
Ежели б кто сказал, что Захарова старухаЗабеременела «от Святого духа»,И ежели б какой дурак,Наслушавшись таких врак,Возжёг бы пред нею лампаду,Сама бы бабка хохотала до упадуИ сказала, сидя у зыбки сутуло:«Дурень! Ветром надуло!»А вот на Марью-девицуВозвели небылицу. —Дескать, онаБыла сговорена,Жениха Осипом звали;Жених с невестой не баловали —Ждали: обвенчает раввин,Тогда хоть в хлев, хоть в овин…И вдруг к невесте-недотроге,Когда у неё была свадьба на пороге,Подлетел какой-то Гаврилка,Сказал, обхватив её: «Милка!Такая-сякая, пригожая,Ни на кого не похожая!Не ломайся — брось!»Она и копыта врозь!..Осип же видел во сне:«Досталась ягодка, да не мне,Хороша Маша,Да не наша!» —Но, несмотря на такой конец,На такую Гаврилкину «операцию»,Повёл Марию под венец,То есть в Вифлеем на регистрацию,Где она сынка родилаИ где заварились чудесные дела:Вифлеемской звезды явление,В небесах ангельское пение,Пришествие к Христу на поклонениеТрёх волхвов, принёсших дары,И Иродово избиениеВифлеемской детворы…Иродова затеяОписана у евангелиста Матфея.Им же предано гласности,Что Осип во избежание опасности,Взяв с собой младенца и жену,Подрал в Египетскую страну.Украсив евангелие историей такою,Матфей не спелся, одначе, с Лукою:Лука же не знал ни Иродова злодейства,Ни бегства в Египет «святого семейства». —Осип с Марией, по его рассказу,Покинули Вифлеем не сразу:На сороковой день после Иисусова рожденьяПобрели они по образу пешего хожденьяВ иерусалимский храм для исполнения закона,Где напоролись на богоприимца-Симеона.Исполнив гражданский и церковный декрет,Осип с Марией вернулись в Назарет!Если возьмёт кого сомненье,Пусть сам произведёт сравненье:Матфей, глава вторая, стих двадцатый;Лука, глава вторая, стих тридцать девятый.Мы же не станем разбираться пока,Кто врёт, Матфей или Лука,Или на обоих одна проба:Врут они оба?..
Глава 3 — ???
Глава 4
Первый блин всегда комом
Или как трудно признать бога в знакомом ,
С которым в детстве едвали
Не вместе горох воровали!
(от Матфея, 13: 54-58; от Луки, 4:16-29)
Во время оно, когда,Вошёл Иисус в годаИ стал плести назаретянам разноеНесуразноеПро своего отца «иже на небесех»,Он этим так ошарашил всех,Знавших Иисусова отца до старости,Что те в великой ярости,Как говорит евангелист Лука,Взяли Иисуса за бокаИ помяли весьма основательно:Не зря, уповательно.— Не морочь назаретских жителей!Не порочь своих бедных родителей! —Пришлось Иисусу улепётывать оттуда,Не сотворив ни единого чуда:Какие уж там «чудеса»,Если тебя дерут за волосаДа загибают салазки,Чтоб впредь свои вздорные сказкиРассказывал пред глупыми детьми,А не пред взрослыми людьми!..— Чудеса только там и бывают,Где дураки рты разеваютИ, не выходя из обалдения,Видят чудесные виденияИ тысячи нелепых вещей,Вроде «нетленных мощей»И Лазаря, встающего из гроба,-Хотя и смотрят в оба…Древние назаретяне,Как и наши неграмотные крестьяне,На чудеса тоже были падки.Но не бывает чудес без загадки, —А тут явился им «агнец божий»,Не какой-то неизвестный прохожий:Им этот божий ягнёнокИзвестен был с самых пелёнок!Вот почему, дело естественное,Осмеяли они его происхожденье божественноеИ даже, рукава засуча,Чуть не кокнули «бога» сгоряча!Никакого чуда поэтому не вышло, —Пришлось «богу» поворачивать дышлоИ брести в безвестныеДеревушки окрестные,В трущобные веси,Где б не сбивали сразу божественной спеси.* * *Когда был Иисус осмеян Назаретом,То присутствовали при этомИ могли его бредням вниматьЕго братья, и сёстры, и мать.Но никто из них не дал подтвержденияЕго чудесного происхождения!Да и как могли, не спятив с ума,Почитать его богом сёстры и братья,Если мать Иисуса самаНе имела об этом понятья!?Это нам известен отчаянный брёхЕвангелистов четырёх,Принявших всякие выдумки на веру:Про звезду и Вифлеемскую пещеру,Про ангелов, певших «слава в вышних богу!»,Про волхвов, нашедших в пещеру дорогу,Про то, как путями иными к себе воротясь,Они скрыли правду от Ирода злобного…Марье Акимовне во сне отродясьНичего не снилось подобного!
Глава 5
Про хитрость материнскую
И бегство Иисуса в страну Гадаринскую:
(от Матфея, 12: 46-48; от Марка, 3: 20-21,30-31; 4:35;5:1)
Говорили Марье Акимовне соседки:«Славные у вас, Марья Акимовна, детки.Только вот старший — беда:Не годится совсем никуда!Не оберётесь с ним, Акимовна, неприятностей:Вы бы с ним без деликатностей!Совет наш прямой:Заманите вы Иисуса домой,А дома — под крепкий замочек:Посиди, дескать, мил-сыночек!А то ты стал больно востёр,-Подведёшь себя и мать, братьев и сестёр!Начальство-то ведь всё замечает,-Начальство, не ровён час, осерчает:Тебя — в смирительную рубашку,А нас, твоих родных, — в каталажкуЗа то, что дали тебе поблажкуУ чужих всё слоняться воротДа будоражить народ!..Сделайте, Акимовна, с Иисусом что-либо!»— «Спасибо, родные, спасибо!Помогли вы мне добрым советом,Уж и сама я думала об этом!» —Марье Акимовне сердечнойНадоело быть в тревоге вечной,-Как передают евангелисты Марк и Матфей,Взяла она остальных сыновейИ пошла за Иисусом следом…Попали они на великий шум:Иисус своим бредомВзволновал весь Капернаум!Есть у простого народа качество:Интересуют его любое чудачество;А тут вот новый пророк объявился!Так возле дома, где Иисус остановился,От любопытного народуНе было уж проходу,-Слушали Христа и говорили вслух:«Да ведь в нём нечистый дух!»И дразнили вопросами ехидными,И оскорбляли словами обидными,И довели до такого раздражения,Что он пустил в ход крутые выражения:— «Сволочи вы и больше ничего!Выкусили!? Во!»Народ, что это слышать сподобился,Немало в свою очередь озлобился.И была б тут Иисусу опять западня,Когда б за него не вступилась родняИ не стала пенять иудеям:— «И не совестно вам, лиходеям!?Человек ведь «ни бе, ни ме»!Не в своём, как говорится, уме,А для вас всё равно, что игрушка!» —Заплакала мать-старушка:— «Сыночек ты мой!Вернулся б ты с нами домой!В хозяйстве нужна нам подмога,-Оставь свою блажь, ради бога!Не жди материнского проклятья!» —И сказали Иисусу его братья,Ёся, Сеня, Иуда и Яша:«Слушай, дурак, что говорит мамаша!..»Иисус был всё же со смекалкою:Завидев мамашу с суковатой палкоюИ братьев Ёсю, Сеню, Иуду и Яшу,Сопровождавших мамашу,Стал он плести: это как понимать —«Ко мне братья и мать!?»От родных всенародно едва не отрёкся,Но потом как-то сразу спёкся:— «Что ж, вернуться домой…я не прочь».И тайком в ту же ночь,Раскусив хитрость материнскую,Удрал в страну Гадаринскую.