Нож сновидений
Шрифт:
На лице Эфраима Ямады, как и у всех Благородных, был пепел, хотя он и был низкородным. Его волосы были подстрижены под горшок, оставив сзади хвостик и узкий гребень поперек иначе выбритой макушки. Только у простолюдинов за столами, вне зависимости от их звания, не было знаков траура. Седой, высокий мужчина с широкими плечами и узкими бедрами в золоченом синем нагруднике все еще сохранил часть своей юношеской красоты. – «Он сообщает о по меньшей мере ста тысячах копий, Капитан-Генерал. Приблизительно вполовину меньше его сил».
«А сколько вышло после того, как Туран пересек границу?»
«Приблизительно двести тысяч, Капитан-Генерал».
Галган вздохнул и выпрямился. – «Стало быть Туран оказался между двух армий, возможно всей армии Арад Домана – одна впереди, другая позади, а он между ними в меньшинстве». – Вот дурак! Это же и так очевидно.
«Туран должен был выгрести Тарабон до последнего меча и копья!» – рявкнула Сюрот. – «Если он выживет после разгрома, я отрублю ему голову!»
Галган выгнул седую бровь. – «Едва ли Тарабон уже достаточно покорен, чтобы рассчитывать на такую помощь», – сухо заметил он. – «Кроме того, у него есть дамани и ракены. Они должны возместить ему перевес в численности противника. Кстати о дамани и ракенах. Я подписал приказы о повышении Тайли Кирган до Лейтенант-Генерала и о возвышении ее до низкородной, так как вы отклонили их, а также приказ о возвращении большей части ракен в Амадицию и Алтару. Чизен до сих пор не нашел того, кто создал этот переполох на севере, а мне не нравится сознавать, что кто-то, кто бы там ни был, сидит в засаде, ожидая, пока Чизен вернется к Молвайнскому Ущелью».
Сюрот зашипела, и сжала в кулаках плиссированную ткань юбки, прежде чем смогла справиться с собой и расслабить руки. Она не позволит этому мужчине увидеть свои эмоции! – «Ты забываешься, Галган», – холодно произнесла она. – «Это я командую Предвестниками. И в данный момент я командую всем Возвращением. Ты не смеешь подписывать никаких приказов без моего одобрения!»
«Вы командовали Предвестниками, которые были переподчинены Возвращению», – ответил он спокойно, и Сюрот почувствовала привкус горечи. Новости из дома вселили в него уверенность. После смерти Императрицы Галган может попробовать стать первым Императором за девять веков. Похоже, сегодня ночью он должен будет умереть. – «А что до вашего командования Возвращением…» – Он прервался на полуслове при тяжелом звуке грохота сапог в коридоре.
Внезапно в дверном проеме в полном облачении с руками на мечах, появились Стражи Последнего Часа. Острые глаза из-под красно-зеленых шлемов внимательно обшарили комнату. Только после того как они убедились, что внутри безопасно, они расступились, открыв коридор, забитый Стражами – людьми и Огир. Сюрот почти не обратила на них внимания. Ее взгляд был прикован к маленькой темнокожей женщине с обритой головой и пеплом на щеках в плиссированном синем платье. Новости уже распространились по городу. Должно быть, даже еще не добравшись до Дворца она уже знала о смерти матери и всей своей семьи, но ее лицо было неподвижной суровой маской. Колени Сюрот непроизвольно подкосились. Вокруг нее все Благородные становились на колени, простолюдины пали ниц.
«Благодарим Свет за ваше безопасное возвращение, Ваше Высочество», – произнесла она хором вместе с остальными Благородными. Значит Эльбар потерпел неудачу. Не важно. Туон не примет новое имя и не станет Императрицей, пока траур не будет закончен. За это время она даже могла умереть, расчистив дорогу новой Императрице.
«Генерал Знамени Карид, покажите им, какой подарок привез мне Капитан Музенге», – сказала Туон.
Высокий мужчина с тремя черными перьями на шлеме что-то аккуратно вытряхнул на зеленые плитки пола из холщового мешка. По комнате распространился запах тлена. Бросив мешок, он прошел через комнату и встал возле Сюрот.
Потребовалось всего лишь мгновение чтобы узнать лицо Эльбара с ястребиным носом в этой разлагающейся массе, но как только она его узнала, она упала ниц, целуя плитки пола. Но, не впадая в отчаяние. Она сумеет все исправить. Если только они не успели его допросить. – «Моя честь принижена, раз кто-то из моих людей оскорбил вас, Ваше Высочество, так сильно, что вы забрали его голову».
«Оскорбил», – Туон казалось взвешивала произнесенное слово. – «Можно сказать и так, что он оскорбил меня. Он пытался меня убить».
Вздох ужаса пронесся по комнате, и прежде чем Сюрот смогла открыть рот, Генерал Знамени Стражи наступил ей на зад сапогом, и схватив за гребень волос приподнял ее лицо от пола. Она не сопротивлялась. Это только добавило бы оскорбления.
«Моя честь сильно посрамлена, раз один из моих людей оказался предателем, Ваше Высочество». – Прохрипела она. Она пожалела, что не может говорить более естественно, но проклятый мужлан согнул ее так сильно, что едва не сломал ей спину. Удивительно, что она вообще смогла говорить. – «Если бы я только могла подозревать, то сама бы отправила его на допрос. Но если он указал на меня, Ваше Высочество, то это ложь, чтобы защитить своего истинного хозяина. У меня есть кое-какие мысли на сей счет, которые я буду рада с Вами разделить наедине, если Вы позволите». – Если получится, она свалит всю вину на Галгана. Узурпация им ее власти в этом поможет.
Туон посмотрела поверх головы Сюрот. Она встретилась взглядом с Галганом, Абалдаром и Ямадой, и обвела взглядом всех благородных, кроме Сюрот. – «Всем известно, что Зайред Эльбар всей душой принадлежал Сюрот. Он не предпринимал ничего, если бы она не приказала. Поэтому больше нет Сюрот Сабелле Мелдарат. Эта да’ковале будет во всем прислуживать Страже Последнего Часа, пока ее волосы не отрастут настолько, чтобы было приличным отправить ее для продажи».
Сюрот даже не вспомнила о ноже, которым она собиралась вскрыть себе вены, к тому же нож остался вне ее досягаемости в ее апартаментах. Она вообще не могла думать. Она начала кричать, выть что-то без слов, еще до того как с нее начали срывать одежду.
Андорское солнце по сравнению с Тар Валоном было очень теплым. Певара сняла плащ и начала привязывать его за седлом, едва в короткой вспышке исчезли Переходные Врата за спиной, скрыв из глаз вид на Огирскую Рощу Тар Валона. Никто из них не хотел, чтобы видели их отъезд. По той же причине они вернутся в рощу, если дела не будут слишком ужасны. В противном случае, они могут совсем не вернуться. Она решила, что данная задача может быть поручена только тем, кто соединяет в себе дипломатические способности с львиной храбростью. Она хоть никогда не была трусихой. Это все, что она могла сказать о себе.
«Откуда ты узнала плетение для связывания Стража?» – внезапно задала вопрос Джавиндра, точно также сворачивая собственный плащ.
«Ты должно быть помнишь, что я как-то уже говорила, что Красные Сестры будут служить Башне лучше, если заведут себе Стражей». – Певара подтянула свои красные перчатки, не проявляя беспокойства по поводу заданного вопроса. Она ждала, что его зададут раньше. – «Почему ты удивилась тому, что я знаю это плетение?» – По правде говоря, ей пришлось упрашивать Юкири, и выдержать сильный натиск, чтобы скрыть причину своего интереса. Но она сомневалась, что Юкири сумеет догадаться. Красная, связавшая себя со Стражем звучит также маловероятно, как летающая женщина. Но именно по этой причине она явилась в Андор. Они все явились.
Джавиндра была единственная из команды Тсутамы, которая была передана им, когда Певара и Тарна не смогли предоставить достаточно имен, чтобы удовлетворить Высшую. Угловатая Восседающая и не пыталась скрыть своего неудовольствия по этому поводу, хотя она постаралась спрятать его подальше, когда была рядом с Тсутамой. Тарна тоже была тут, светловолосая и жгуче холодная. Ее палантин Хранительницы Летописей остался в Тар Валоне, но раздвоенные юбки были до самых колен украшены красной вышивкой. Для Хранительницы Летописей Элайды будет трудно иметь Стража, хотя мужчин можно будет разместить в городе, подальше от Башни, но прежде всего, это была ее затея. И хоть она и не проявляла рвения, но все же твердо настояла на своем участии в этом эксперименте. Кроме того, им остро не хватало людей, потому что они нашли еще только трех Сестер, которых воодушевила подобная затея. Долгое время предназначение Красных – выискивать мужчин, способных направлять, и доставлять их в Башню для укрощения, делало этих женщин менее терпимыми ко всем мужчинам сразу, поэтому причин для выбора было мало, и все они сильно различались. Джезраил – тайренка с квадратным лицом – хранила у себя миниатюру с портретом юноши, за которого едва не вышла замуж, вместо того чтобы отправляться в Башню. Его внуки к этому времени уже должно быть обзавелись собственными, но она все еще упоминала о нем с большой нежностью. А Десала – симпатичная кайриэнка с большими карими глазами и непоседливым характером – при любой возможности перетанцует со всеми мужчинами и будет танцевать до самого утра. У пухленькой остроумной Мелари, которая всегда была рада поболтать о том, о сем, в Андоре были внучатые племянники и племянницы, на учебу которым она регулярно отправляла деньги.