Чтение онлайн

– Вопрос у меня есть. Казенного касательства.

Комком почесал затылок. Затем, перевернувшись на бок, поправил замявшийся от долгого лежания орган. Переложил на другую сторону, почесал круглости. Вытер руку о штаны.

– Задавай.

Инспектор с вопросом не спешил. Присел рядом, прохрустев камешками.

– Была у меня когда-то смешная ситуевина. Пиздец, какая смешная.

Кордон молчанием выразил интерес. Рассказывай мол, не мотай жилы битой бутылкой.

– Я развелся как раз. Помнишь, думаю?

Комком кивнул – трудно не помнить, если ты на той свадьбе свидетелем был, а на разводе – потерпевшим – всерьез оседлавший синего дельфина инспектор хватался за ножи и прочие смертоубийственные предметы. Грусть выражал по поводу случившегося, так сказать. Ну и размахивал предметами по траекториям крайне непредсказуемым. Тогда Кордон и обзавелся парой шрамов, пересекающих лоб – словно две молнии рядышком ударить решили, прочертив вместо неба кожу.

– Знаю, помнишь… - Валрус замолчал. Наступила тишина. Только слышалось, как инспектор перебирает камешки в ладони.
– И тут я канистру допиваю, смотрю по сторонам. И понимаю, что какая-то хуйня происходит!

– Я тебе сразу сказал, что загоняешься зря, - проговорил Кордон.

– Во! – Ру швырнул горсть камней. Раздалось несколько всплесков. Ну и один камешек определенно ударился в берег. Глуховато вышло. И всплеск сдвоенный.

– И кааак пошло у меня переосмысление происходящего. И вдруг думаю, а что за нахуй-то, еб вашу мать?! Я, блядь, инспектор по внезапным вопросам или хвост собачий!? Кругом женщины всякие ходят, вниманием не охваченные, а я сижу, и в одно рыло квашу.

– Ты же тогда вроде у Шурыча жил, не? Или путаю?

– У Шурыча, - закивал Ру, - у него, хороняки. Хороший был мужик.

– Бабы сгубили, - хмыкнул комком, - и бухло.

– Бухло, сука, вообще, зло! А Шурыч, блядь, ну пиздец, выдал, конечно… Меня ж тогда Мичман выдернул. Ты, мол, инспектор, вот и решай с внезапным вопросом. А когда человек вдруг вешается, это, блядь, всегда внезапно!

– Помню, - дипломатично проговорил Кордон, - мы тогда все охренели. Зачем? Почему? Раз и все…

– Я в тот день, ух и нарезался… - промолвил Ру и замолчал. – Решил, конечно, по мере сил. Как иначе. Я ж не хвост собачий!

– Валрус, - немного повысил голос комком, - ты, если втихаря прибухиваешь, то хоть поделись.

– У меня дури своей хватает. А бухло, оно только для запаху. Оправдания ради. Думаешь, накатывает, только если веслом по башке получал, а?

Кордон длинно сплюнул в воду – а ведь уходит, уходит! Глядишь, и вправду до темноты брод появится.

– Ничего я не думаю. Пусть воевода думает, у него голова большая, а про зарплату вообще молчу.

– И начал я тут хуем махать. Направо, налево. Баба - не кунджа, на хороший хер идет предсказуемо!

– У нас с тобой сколько разница? – снова прервал инспектора Кордон.

– Полгода примерно.

– Кажется, что лет двадцать, Но ты продолжай, продолжай…

Валрус скривился, будто полный рот лимонника набил. Плюнул резко.

– И как-то слово за слово, хером по столу. Нашел. И на мордочку ничего так, и не дура. Раз, и ночуем. Раз, другой, третий. И ей вроде нравится, и я прям вот вообще. Сладкая баба, что тут скажешь. И так, и так. Вот по всякому и куда угодно….

– И? – оборвал затянувшееся молчание комком.

– И тут выхожу я как-то из Шурычевой калитки, и стоят двое. Прям такие… - инспектор замахал рукой над головой, на пределе досягаемости. Чуть ли не подпрыгивал на жопе и копчике.

– Полтора метра? – хмыкнул Кордон. – Коропокуры на разборки пришли? С лопухами хоть?

– Нахер иди! – беззлобно ругнулся Валрус. – Ты представь, что я стою, а не сижу. Мне вставать лень. И колено, опять же.

– Представил, ну.

– И меня один такой, хвать за грудки, и прям так поднял, ты прикинь, жлобяра какой? И говорит, ты, мол, Валрус Морженко, а? А меня если так хватать, то я честный становлюсь, прям пиздец!

– И?

– Я скрывать не стал. Да, говорю, все верно, Валрус Морженко. А в чем суть вопроса, и зачем вы мне в морду кулаками совать хотите? В чем суть ваших претензий, уважаемые?

– И в чем оказалось?

– Меня тут на землю возвращают. И один, который постарше, и спрашивает «Ты, мол, Ладужку ебал?!»

– А ты?

– Ну а чего скрывать-то? – Ру тряхнул головой. – Ну да, говорю, бывало. Любил плотски. И не раз. И еще планирую. А вы, с какой целью интересуетесь? Рассказала увлекательно и вы теперь тоже хотите? Инспекторского тела захотелось? Отборной, так сказать, моржатины? Только я по мужикам не особо. Совсем не особо. Хотя если Ладужка просит, то хрен с ним, становитесь. Но обязательно жопы побрейте. Но и с мохнатыми справлюсь, если прям очень надо, сумею расшевелить!

– А они? – заржал Кордон.

– Ты жаб видел, когда они токовать начинают? Раздуваются, все такое. Иначе песню петь не могут. Так и эти… Начали слова всякие говорить, все такое. Без песни и драться не могут. Я подождал немного. Ну и нож достал. И ксиву. Одному в горло рукоятью ткнул, второму нос и ухо ксивой сломал. Хуторские, что тут скажешь. Ни ума, ни фантазии. Потом обоих в тюрьму свезли, еще по году камень дробили. Носоух потом на торге мелькал. Принеси-подай, с метлой в зубах. Меня видел, бледнел сразу, пятнами шел.

– А что хотели-то? – снова засмеялся комком.

– Один оказался бывший муж, второй – бывший любовник. Обиделись, так сказать, что баба решила головой думать, а не этой самой. Решили мне мудя отбить.

– Придурки!

– Я вот так им и сказал. И вопрос им сразу задал: «А что дальше? Вот дадите вы пиздюлей инспектору, и что потом делать будете?» И у тебя, комком, тоже самое спрошу. Вот пройдем мы мыс этот, и? Дальше что?

Комком думал недолго – тугодумы вообще редко в комкомы выбиваются – кончаются раньше.

– Хороший вопрос ты задал, инспектор. Прямо таки охуенный, я бы сказал. Одно плохо, почему мне его задал, а не нам.

– В смысле?

– В коромысле, - ухмыльнулся Кордон. – Мы в одном тазу сидим, в котором хотим океан переплыть. Так что, хорош пальцы гнуть. Думать надо.

Инспектор то открывал, то закрывал рот. Этакая жаба двуногая. Хоть соломину в жопу вставляй, да надувай пузырем.

Но пришел в себя быстро. Почти мгновенно. Оно и понятно – среди инспекторов всякой твари полно. И мудаки, и гондоны, и пидорасы (в плохом, разумеется, смысле), но дураков нету. Куда раньше отбраковываются. Кто в драке при задержании, кто при получении взятки после этого самого задержания, а к кому и бывшие мужья с отставными любовниками заходят удачно. Ну и просто так. От неизбежных на море случайностей. Опасная работа, что тут скажешь.