Чтение онлайн

— Предположим, мы поверим в рассказ Джелло?

— Думаю, тогда нам следует пойти к сенатору и сказать, что мы изучим его предложение дальше — политически. Мы съездим в Нью-Йорк, несколько дней поизучаем обстановку. Может быть, даже закажем Дайку Шорту и Фрэнку Шиа произвести опрос насчет губернаторских выборов и дополнительно постараемся выяснить, какого рода человека хотят иметь следующим президентом. Потом мы встретимся с Сисси Саутворт.

— Этой пьяной сукой!

— Финн, я потрясен! — сказал Джош с улыбкой, отворачиваясь от окна. — Сисси всегда хорошо о тебе отзывается.

— Что забыл описать Данте{34} в Аду, так это проснуться утром и увидеть ее рядом в постели. Зачем она нам?

— Я знаю, ты не любишь ее, но Сисси, ее телешоу и колонка в газете крайне важны. Двадцать миллионов семей каждый воскресный вечер, и прибавь пять миллионов читателей! И ты нравишься ей, Финн. Как-то она сказала мне, что ты несчастный старый ублюдок. Когда такое говорит Сисси — это посвящение в рыцари.

— Полагаю, я должен быть хорошим христианином и помнить сказанное «друг другу тяготы носите…»

— Вот и «… исполняй завет Христов» [11] , - проникновенным тоном заявил Джош. — Так вот, — добавил он, вставая. — Прежде всего я прочитаю материалы на Джелло. Завтра мы оба отправимся в Провиденс, встретимся с нашим кандидатом и лидерами штата, передадим все, что у нас есть, а потом отправимся в эту тюрьму и побеседуем с Джелло.

Элмер Мур, комендант тюрьмы Пенсвиль, что находится на южной границе графства Вестчестер, был крепким молодым мужчиной около сорока лет со светлой вьющейся шевелюрой, профессиональной улыбкой и глазами снулой рыбы. Он повернулся на своем вращающемся стуле и слегка фыркнул на карточку, поданную Джошем.

— А я думал, что адвокат этого Джелло — Келли Шеннон, — сказал он.

По тому, как он произнес это имя, я понял, что он не любит семью Шеннонов. Джош тоже это почувствовал и решил обыграть.

— Парень и не пытался провести хоть одно дело, — заявил он. — Поэтому фирма и решила послать нас.

— Я слышал об этом, адвокат, — сказал Мур. — Говорят, старик просто купил ему диплом.

— Возможно, комендант, — оживленно подтвердил Джош. — В наши дни развелось слишком много мальчиков, навязывающих свои услуги пострадавшим при несчастных случаях. Так, когда мы сможем увидеть этого жулика?

— Вот-вот, адвокат. Ваш клиент и есть жулик, — грубо бросил Мур. — От этого сукина сына одни неприятности. И эта старая еврейка, с которой у него роман… как, черт возьми, ее зовут? Ага, Шапиро! Вечно тут крутится. Даже пожаловалась шерифу, что я запугиваю ее Джелло!

Он выдвинул и со стуком задвинул ящик стола.

— Маленький жирный ублюдок!

— Да, комендант, мы не хотим создавать для вас трудности, — с жаром сказал Джош. — Только между нами, единственная причина, по которой я взялся за это дело, так это то, что некоторые его друзья хорошо платят.

— Какого черта молодой Шеннон влез в это дело? — поинтересовался Мур.

— Как я понял, подруга Джелло — соседка Шеннонов, — ответил Джош. — Она встретилась с парнем и упросила взяться за дело.

— Ну ладно, думаю, все в порядке.

Джош наклонился и протянул ему руку.

— Еще раз спасибо, комендант.

Я знал, что в ладони Джоша находится хрустящая стодолларовая банкнота. Рыбьи глаза оживились.

— Его вам приведут, адвокат, — он нажал на звонок, и вошел охранник.

— Приведите Джелло в комнату адвокатов. Он на третьем ярусе.

Мур оставил нас со словами:

— Скажите, если что-нибудь понадобится.

— Уж мы заставим этого парня попотеть, когда вызовем свидетелем в комитет, — прошептал Джош. — Не включай глушитель, пока не увидим Джелло. Они могут засечь помехи.

В своем кейсе я принес маленький прибор, распространяющий мощные помехи, чтобы обеспечить секретность беседы, если есть опасность подслушивания. И Джош, и я были уверены, что тюремная комната для адвокатов была набита подслушивающими устройствами, потому я и принес в кейсе прибор. Ничего особенного в нем не было; его можно купить в магазине электроники менее чем за сто долларов. Но ведь в Вашингтоне без этого не проживешь.

Комната для адвокатов была большой и солнечной. Через зарешеченные окна проникал шум от движущегося транспорта. Мы сели за длинный стол и стали ждать. Я поставил кейс у ножки стола и нагнулся, чтобы включить прибор. Через пару минут открылась дверь, и вошел Джелло. Это был маленький, полный мужчина с отвисшими щеками и тяжелой челюстью. Его глубоко посаженные, поблескивающие от страха глаза были похожи на глаза загнанной лисы; окрашенные никотином пальцы нервно теребили на мизинце тяжелое кольцо с бриллиантом. Его кожа была лишена красок. В общем, все его лицо напоминало мне хорошо замешанное тесто, оставленное встревоженной домохозяйкой.

— Мистер Джелло, мы из вашингтонской юридической фирмы, к которой обратился мистер Шеннон, чтобы проконсультироваться по вашему делу, — произнес Джош. — Я — мистер Майклз, а это — мистер Маккул, мой партнер.

Джош повернулся к охраннику, маячившему рядом.

— Хотите к нам присоединиться, офицер?

— Это моя работа… — начал было охранник, но Джош пожал ему руку.

— Там в углу журналы. Почему бы вам не почитать? Сегодня мы не будем передавать ему ножовку.

Охранник плавно опустил в карман пятьдесят долларов и усмехнулся.

— Ладно, адвокат. Только скажите, когда кончите.

Джелло наблюдал, как охранник пересек комнату и принялся за журналы. Потом Бенни повернулся к нам. Кажется, в его глазах сверкнуло уважение к нам.

— В чем дело? — прошептал он. — Где мистер Шеннон?

— Мы с ним работаем. Вы получили от Келли телеграмму?

— Да, вчера вечером. Но в чем дело?

— Успокойся, Бенни, мы на твоей стороне. Мы из Вашингтона.

Бенни тяжело сглотнул.

— ФБР?

— Нет, — ответил Джош. — Мы работаем с Шенноном в комитете, — быстро добавил он. — Это единственный способ вытащить тебя отсюда. Окружной прокурор готов засадить тебя. А там тебя прикончат. Верно?

Бенни уцепился за запястье Джоша. Потом проговорил одними губами.

— Здесь подслушивают.

Джош улыбнулся и наклонился к нему.

— Посмотри в кейс, когда мой партнер его откроет.

Я небрежно поставил кейс на стол, приоткрыл его, чтобы Джелло мог увидеть маленькую черную пластиковую коробочку, вытащил несколько карандашей и желтую промокашку и сделал несколько движений, будто делал заметки.

— Это глушитель, — пояснил Джош. — Будь здесь хоть пятьдесят «жучков», они ничего не запишут.